Терроризм от Кавказа до Сирии - Игорь Прокопенко

«Когда мы ставили вопрос, что надо его арестовать, надо задержать, в Генеральной прокуратуре разводили руки и говорили: «Извините, но это уже не в нашей власти».

Все дело в том, что благодаря Москве Масхадов практически получил дипломатическую неприкосновенность. В селе Новые Атаги Масхадов и Лебедь подписали Хасавюртовские соглашения. А затем, в январе 1997 года, Масхадов стал вторым президентом так называемой независимой Ичкерии.

Смерти ему желали многие. Кроме российских спецслужб, с ним хотели поквитаться наемники и полевые командиры, недовольные дележкой поступающих из-за рубежа денег. Охотился за Масхадовым и Рамзан Кадыров. Именно его отряд неоднократно садился на хвост Масхадову. Но каждый раз тому удавалось уйти.

Вот что говорил Рамзан Кадыров во время встречи с журналистами:

«Мы считаем, что проиграли мы, а не выиграли».

«Почему?» — спрашивает журналист.

«Потому что результат — мы не могли забрать Масхадова. Сейчас еще неделя, заберем и заявим, что мы выиграли».

Однако сделать это удалось лишь спустя пять месяцев. Российские спецслужбы получили от агентурных источников информацию, что в селении Толстой-Юрт скрывается некий крупный полевой командир. Кто именно, предстояло еще выяснить. Оперативные сотрудники установили наблюдение, приступили к сбору данных.

Одновременно в этом квадрате начала работу радиолокационная разведка, которая вскоре и засекла мобильный телефон Масхадова по тем самым СМС-сообщениям. Как только информация подтвердилась, в Чечню тут же было переброшено спецподразделение ФСБ. Спецоперация была настолько секретной, что только единицы знали о ее истинной цели. Ведь точное местонахождение Масхадова было неизвестно. Именно поэтому группы захвата проверяли сразу несколько домов. Вскоре в одном из помещений было найдено большое количество карточек оплаты мобильной связи. Ни у кого из членов семьи, проживающих в этом доме, сотовых телефонов не оказалось. Отпираться было бессмысленно. И хозяин указал на свой подвал.

Рассказывает оперативный сотрудник ФСБ России:

«Пройти туда можно было только через вертикальную штольню, размером приблизительно метр на метр, или 70 на 70 сантиметров. Легко предположить, что если бы сотрудники ФСБ спускались туда, они могли спускаться только по одному. Можно сказать, что их бы расстреливали из этого бункера. В общем-то, выбор был невелик. И наклонным зарядом вход в этот бункер был подорван. В результате произошло обрушение части крыши. Образовался завал, который позволил оперативно подойти к этому лазу. Нам удалось спустить туда зонд, и через зонд на телеэкране, на мониторе ясно было видно тело лежащего человека. Мы задержали нескольких человек, сподвижников Масхадова, и потом достали самого Масхадова».

Было неясно, как погиб Масхадов. Группе захвата никто не ставил задачу на его физическое устранение. Позже следствие установило, что Аслана Масхадова убил телохранитель. Это подтвердила баллистическая экспертиза пули, извлеченной из тела президента Ичкерии. Так Масхадов унес с собой многие тайны чеченской войны.

Свидетельствует специалист по антитеррору ФСБ России:

«Те мероприятия, которые проводились вокруг него, они планировались тщательно. Случая здесь не было. И важен момент, что его ликвидация совпала с выводом тех оперативных источников, которые там участвовали. Потому что при ведении боевой операции по нейтрализации лидеров бандформирования или в период внедрения важно сохранить или себя, или оперативного источника».

Через неделю после спецоперации оперативным источникам была выплачена премия ФСБ — 10 миллионов долларов за информацию, которая позволила обнаружить Аслана Масхадова.

Из бункера, кроме оружия и взрывчатки, изъяли личный архив Масхадова. После расшифровки информации, содержащейся в компьютерах, были получены важные сведения, которые помогли нейтрализовать других активных боевиков. А дом, где скрывался Масхадов, взорвали и сровняли с землей.

Шамиль Басаев ликвидирован 10 июля 2006 года. На кадрах, предоставленных Федеральной службой безопасности, запечатлен Шамиль Басаев за сутки до ликвидации. Запись сделана на мобильный телефон агента российских спецслужб. Действие происходит на одной из лесных баз боевиков в Ингушетии, где они готовились к совершению крупномасштабного теракта. Но на следующий день, 10 июля 2006 года, у ингушского села Экажево все закончилось уничтожением Басаева.

После захвата заложников в Буденновске в июне 1995-го Шамиль Басаев стал для российских спецслужб одним из главных объектов охоты. Против него возбудили уголовное дело, он был объявлен во всероссийский розыск. Но вскоре Басаев принял участие в президентских выборах в Чечне. И стал первым вице-премьером, получил официальный статус.

Рассказывает министр внутренних дел РФ в 1995–1997 годах Анатолий Куликов:

«Это очень серьезный, кстати говоря, фактор, когда на контрольно-пропускных пунктах в тот период, допустим, не задержали того же Басаева. Хотя такое стремление было, и оно оставалось постоянно в качестве задания для спецподразделений».

Из Москвы по-прежнему не было приказа о задержании или ликвидации опасного полевого командира. Так было и на этот раз, когда группа, работавшая по Басаеву, подошла к нему совсем близко.

Рассказывал мне сотрудник подразделения антитеррора ФСБ России:

«Басаев был фактически в окружении 10–15 человек, можно было провести тогда операцию, но, мягко скажу, не дали «добро» на проведение против него боевой операции».

Принято считать, что в Москве на Басаева делали серьезную ставку. Быть может, даже отводили ему роль резидента на Северном Кавказе. Но расчеты оказалась неверными.

Басаев воевал в Абхазии. Его обучали военному делу российские военные специалисты и советники, работавшие на абхазской стороне. Куратором Басаева от российских спецслужб был человек, которого в узких кругах знают под псевдонимом Мансур.

Вот что рассказывал нам в личной беседе Мансур, бывший сотрудник спецслужб:

«Я занимался тем, что действительно с ним часто общался. И по различным аспектам ведения боевых действий, и по другим мероприятиям, связанным с боевыми действиями, типа разведки, получения информации, планирования. Но об одном могу сказать точно, агентом нашим он не был. Бумаг на работу не подписывал. Так что разговоры о том, что Басаев работал на наши спецслужбы, не верны. Басаев уже тогда был обычным боевиком». Через несколько лет после этого разговора Мансур погибнет при загадочных обстоятельствах, ненадолго пережив Басаева.

После заключения Хасавюртовских соглашений агентурная работа на территории Чечни была частично свернута. Спецслужбам потребовались неимоверные усилия, чтобы хоть как-то наверстать упущенное. К тому же Басаев, обученный российскими специалистами, отлично знал их методы работы.