Дела плоти. Интимная жизнь людей Средневековья в пространстве судебной полемики - Ольга Тогоева

Флави нашел способ под выдуманным предлогом избежать судебного преследования (за совершенное преступление — О.Т.), но Господь, наказывая его за измену, внезапно после пленения Жанны забрал к себе его брата, Луи де Флави, [погибшего] от пушечного ядра. Что же касается самого предателя, то его смерть приблизила Бланш д’Овербрюк, его супруга, которая из-за плохого с ней обращения задушила его, пока он спал, с помощью цирюльника^[951].

Луи де Флави действительно погиб в июне 1430 г. под Компьенем, во время осады города англичанами и бургундцами. Это событие упоминалось в «Хронике» Ангеррана де Монстреле, который, однако, никак не связывал его с пленением Орлеанской Девы, уделив основное внимание тому, насколько мужественно держался в этот момент сам капитан города: он не только никому не показал своего горя, но и приказал после очередной отбитой атаки неприятеля трубить победу, «дабы приободрить людей»^[952].

Любопытно при этом отметить, что практически одновременно с версией об особой роли, которую сыграл Гийом де Флави в судьбе Жанны д’Арк, продав ее бургундцам, во Франции начала набирать силу и несколько иная трактовка событий. Впервые, как представляется, она возникла еще в хрониках второй половины XV в., авторы которых особо отмечали раздражение капитанов французского войска, вызванное военными успехами Девы, и указывали на зависть с их стороны как на основную причину ее провала под Компьенем. Об этом, в частности, сообщал анонимный создатель «Хроники Турне»: