От Нефертити до Бенджамина Франклина. Эксклюзивные биографии самых интересных исторических персонажей - Наталья Басовская

Кроме того, он использовал лесть. У него есть такая запись: «Люди очень любят лесть. Королям надо льстить по-королевски». И он обращал к Виктории такие слова: «Вы фея, вы волшебница». Причем когда он стал премьер-министром, она была уже не очень молода, родила детей, стала грузной и мало походила на фею.

В 1876 году, будучи премьер-министром, он придумал присвоить Виктории титул императрицы Индии. Идея очень понравилась стареющей королеве. За это Дизраэли получил титул лорда Биконсфилда, причем имя Биконсфилд принадлежало герою одной из книг, которую он написал двадцатилетним.

Но нельзя, конечно, рассматривать Дизраэли просто как льстеца и карьериста. Он стал одной из ключевых фигур европейской истории Нового времени и участвовал в решении ряда международных вопросов, отражающихся и на сегодняшней ситуации в мире.

По его инициативе и при его активнейшем участии Англии удалось купить контрольный пакет акций Суэцкого канала. До этого каналом владели на паритетных началах французская компания и хедив — правитель Египта, находившегося под властью Османской империи. Узнав о том, что хедив египетский, нуждавшийся в деньгах, решил продать свою долю, Дизраэли начал действовать в нарушение правил, без санкции Парламента (Парламент был на каникулах, созвать его внезапно не представлялось возможным, к тому же было понятно, что когда он соберется, то будет долго обсуждать…).

Дизраэли получил 4 миллиона фунтов с согласия Кабинета министров и одобрения королевы. Он занял деньги у Ротшильда. Во время ланча Дизраэли пришел в клуб и просто попросил у Ротшильда денег. Тот поинтересовался: под какие гарантии? И Дизраэли ответил: гарантии Британского государства. В эту минуту «Британское государство» был он.

После покупки акций Дизраэли писал королеве: «Дело сделано. Он Ваш, Мадам». Он — это Суэцкий канал. Ротшильд тоже не остался в накладе. Деньги были ему возвращены, а предприятие оказалось прибыльным.

Кстати, многие либералы были против покупки этих акций и английского контроля над Суэцким каналом, предвидя, что за этим последует дальнейшее усиление Великобритании на Ближнем Востоке и возможная экспансия… Так и произошло: в 1882 году англичане захватили Египет.

Дизраэли был англичанином более, чем многие этнические англосаксы. Интересы монархии он воспринимал как свои собственные. Постепенно он стал отождествлять свою личность с Великобританией.

Вершина дипломатии Дизраэли — 1878 год. Для пересмотра условий Сан-Стефанского мирного договора после русско-турецкой войны на Балканском полуострове созван Берлинский конгресс. В этой войне Россия доказала, что она, несмотря на все анахронизмы своей внутренней политики, сильная держава, и вернула себе прочные позиции в Европе. Сан-Стефанский договор, предоставлявший независимость Болгарии, означал дипломатический успех России и как бы сглаживал ее предыдущую неудачу в Крымской войне.

Дизраэли, как и Бисмарк, который председательствовал на этом Берлинском конгрессе, и еще ряд крупных деятелей европейской дипломатии, хотел сдержать нараставшее влияние России, противопоставив ей дряхлеющую Османскую империю. Европейским государствам было выгодно, чтобы две эти империи ослабляли друг друга. Очень многие сегодняшние вопросы уходят корнями именно туда.

Пожилой Дизраэли, о котором враги уже распустили слух, что он вот-вот умрет, приехал веселым, румяным, крепким и всячески подчеркивал свою физическую форму. Он имел полуторачасовую беседу с Бисмарком и сказал ему: либо мир на условиях Англии, уточнение Сан-Стефанского мирного договора, либо война с Россией, — тогда готовьтесь в ней участвовать. Бисмарк, как известно, меньше всего на свете хотел воевать с Россией. И он сделал все, чтобы потеснить ее дипломатически: условия договора пересмотрели, и Болгария не получала реальной независимости до 1908 года. Политика Бисмарка — Дизраэли вполне удалась.

А заодно Дизраэли в благодарность от Турции получил для Великобритании Кипр. Он, в сущности, нажал на Османскую империю, предупредив султана, что если тот не уступит Кипр англичанам для военно-морской базы, то может не рассчитывать на помощь против России. Турки, уже сильно напуганные войной с Россией, вынуждены были уступить.

И по сей день на Кипре сохраняются противоречия, фундамент которых был заложен именно тогда.

С годами Дизраэли заметно изменился. Начав с глубочайшего презрения к простому народу, он в зрелые годы не раз разумно поддерживал законные действия в пользу рабочего класса и ограничения эксплуатации. Он говорил, что дворцы не могут быть в безопасности там, где несчастливы хижины.

Но в конце 1880 году он совершил серьезную ошибку, которая предопределила конец его карьеры. Он начал войну в Афганистане. Английские войска в составе 36 тысяч человек вторглись в Афганистан из Индии. Сначала они действовали успешно — пока шла война армий. Но потерпели поражение, когда началась партизанская, народная война.

После первых побед Дизраэли написал королеве: «Мы добились научно обоснованной границы для нашей Индийской империи». Глубочайшее лицемерие! На самом деле это была просто колониальная экспансия.

Вероятно, у Дизраэли были планы дальнейшего продвижения в глубины Средней Азии, в частности в Туркестан, чтобы, как он сам сформулировал в одном из документов, «сбросить московитов в Каспийское море».

Но неудачи в Афганистане подорвали его позиции, и в 1880 году партия тори проиграла выборы либералам вигам. Новый кабинет формировал отчаянный личный враг Дизраэли — крупный политик Уильям Гладстон. Их отношения отразились в такой фразе Дизраэли: «В чем разница между несчастным случаем и несчастьем? Если, скажем, сэр Гладстон свалится в Темзу, это будет несчастный случай, но вот если его оттуда вытащат, это уже будет несчастье».

После неудачи на выборах Дизраэли прожил очень недолго, около года. 19 апреля 1881 года он умер в Лондоне от простуды. Королева Виктория, которая привязалась к нему всем сердцем, глубоко о нем скорбела и прислала на похороны букетик примул, сопроводив это словами о том, что примулы — его любимый цветок. Никто никогда прежде об этом не слышал. Но после похорон Дизраэли в Англии образовалось Общество примулы. В пятилетнюю годовщину его кончины дамы носили примулу на шляпе или на платье, собачек и кошечек обрядили в ошейники с примулами. Об этом в изумлении написал русский купец Щукин, бывший в те дни в Лондоне. Он не знал, что англичане вспоминают человека, мудро сказавшего: «Здоровая консервативная политика — это консервативные люди и либеральные средства».