Танкисты-герои 1943-1945 гг. - Виталий Жилин

В начале октября 1941 года, когда враг прорвал оборону Брянского фронта и его подвижные соединения устремились вдоль шоссе Орел — Тула, над Тулой нависла смертельная опасность. Ставка Верховного Главнокомандования навстречу им срочно выдвинула сформированный 1-й гвардейский стрелковый корпус. Командиром этого корпуса был назначен генерал Д. Д. Лелюшенко.

Ставя в Кремле вновь назначенному командиру корпуса задачу, Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин, начертив на карте красным карандашом конечный рубеж обороны на реке Зуше, сказал:

— Дальше Мценска противника не пропускать!

Тяжелая задача поставлена перед войсками генерала-танкиста: надо сдержать три полнокровных танковых корпуса противника одним своим, еще не полностью укомплектованным.

С большой радостью генерал Д. Д. Лелюшенко встречает здесь полковника М. Е. Катукова, прибывшего в его распоряжение во главе 4-й танковой бригады (М. Е. Катуков впоследствии будет командовать 1-й гвардейской танковой армией, станет дважды Героем Советского Союза, маршалом бронетанковых войск. О нем очерк размещен в этой книге. — Автор.)

Готовя войска корпуса, генерал Д. Д. Лелюшенко не перестает учить личный состав:

— При превосходстве врага — никаких контратак. Чаще меняйте позиции танков, рубежи обороны, да так скрытно, чтобы враг не догадался. Подпускать фашистов надо ближе, бить в упор, сдерживать. Когда ослабите его действиями из засад, тогда и в контратаку.

— Вы поглубже зарывайтесь, — требует он от командиров рот. — Не страшны и танки, когда люди надежно укрыты.

— Твоя «тридцатьчетверка» десяток фашистских танков уничтожит. Окопайся, да подготовь огонь по рубежам, — учит генерал-комкор танкистов.

Девять суток воины 1-го гвардейского стрелкового корпуса героически сражались на полях Орловщины в районе Мценска. Четырежды занимали они новые рубежи, видя, как это применял Д. Д. Лелюшенко и в Прибалтике, подвижную оборону, изматывая противника. На пятом рубеже — по реке Зуше, как и предписала Ставка ВГК, враг был остановлен. А 11 октября решительным контрударом корпус выбил его из Мценска. Итак, расчеты немцев быстро проскочить к Туле, а там и к Москве, были сорваны. Они застряли в лабиринтах обороны из опорных пунктов и рубежей с целой системой артиллерийских и танковых засад. А тут еще дерзкие контратаки танкистов по флангам и тылу. Гитлеровцы здесь понесли большие потери.

В этих боях родилась советская танковая гвардия. А родоначальницей ее стала доблестная 4-я танковая бригада полковника М. Е. Катукова, которая была преобразована в 1-ю гвардейскую танковую бригаду.

К середине октября 1941 года гитлеровские войска создают серьезную угрозу Москве с запада. Они захватывают Вязьму, устремляются к столице по Можайскому шоссе.

Именно в это время генерал Д. Д. Лелюшенко был отозван в г. Москву и непосредственно в Ставке ГВК от Верховного Главнокомандующего получил новую задачу: возглавив войска 5-й армии, действовавшей под Можайском, отразить удары другой танковой группировки врага.

«…Завязалась борьба за каждый населенный пункт, до последнего патрона отстаивалась каждая высота, — пишет Н. Денисов в очерке „Советской гвардии командарм“, вошедшем в книгу седьмую „Герои огненных лет“ (Москва, 1984). — Некоторые деревни по нескольку раз переходили из рук в руки. Ожесточенный бой разыгрался в середине октября на знаменитом Бородинском поле, где в 1812 году русская армия дала бой иноземным захватчикам.

Соединения 5-й армии, сдерживая натиск гитлеровских войск, опирались на укрепления Можайской линии обороны. Оборудовать ее воинам помогали не только местные колхозники, но и рабочие столичных предприятий. У всех, кто находился тогда на Бородинском поле, было приподнятое настроение.

— В те минуты нам казалось, — вспоминал Дмитрий Данилович, — что мы стоим перед лицом истории, и она властно повелевает: „Не посрамите славу тех, кто пал здесь смертью храбрых, умножьте их доблесть новыми подвигами, преградите путь врагу“.

И советские воины стояли насмерть. Горели фашистские танки и бронетранспортеры. Пылали окрестные деревни. Повсюду рвались снаряды, взметая султаны дыма. В конце дня, когда лучи предзакатного солнца осветили видневшийся вдали памятник фельдмаршалу Кутузову, гитлеровцы усилили натиск. Группа их танков прорвалась к наблюдательному пункту командующего 5-й армией. Лелюшенко, штабные офицеры, разобрав винтовки и бутылки с горючей смесью, заняли места в окопах. Начался скоротечный ожесточенный бой. В ходе его Лелюшенко был тяжело ранен. „Придя в сознание, я услышал, — писал он в одной из своих книг об этом эпизоде, — что враг тогда не прошел через Бородино. Никогда я не был так счастлив, как в ту минуту…“»

Потерявший сознание командарм был эвакуирован в госпиталь, который дислоцировался в г. Горький (ныне г. Нижний Новгород. — Автор).

Мучительно переживает генерал свой выход из строя. Торопит врачей с выпиской. Но рана заживает медленно. Тогда Дмитрий Данилович обращается с просьбой вернуться в боевой строй. Ставка ВГК удовлетворяет его просьбу. Это было как раз в те дни, когда гитлеровцы возобновили наступление на Москву с еще более решительными целями. Разгорелись невиданные по своей ожесточенности бои.

Сложная обстановка создается на Калининском направлении, где тяжелый удар наносит 3-я танковая группа противника. Наша 30-я армия не выдерживает напора врага и отходит. Выписавшись из госпиталя, Д. Д. Лелюшенко в самый разгар боев вступает в командование этой армией, действовавшей на правом крыле Западного фронта.

Приказ командующего войсками фронта 30-й армии звучал лаконично и немногословно:

— Любой ценой удержать плацдарм юго-восточнее Иваньковского водохранилища.

Более двух недель войска армии под руководством «приземистого, крепко сбитого, бритоголового, непоседливого, неукротимо-энергичного, порой крутого и вспыльчивого», — как писал о нем Главный маршал бронетанковых войск П. А. Ротмистров, — генерала Д. Д. Лелюшенко самоотверженно отстаивали каждую пядь родной земли. Сражались все — боевые части, штабы, тылы, даже легко раненные бойцы. Самому командарму приходилось несколько раз по-солдатски участвовать в схватках с наседавшими фашистами.

В итоге генералу Д. Д. Лелюшенко удалось построить оборону войск армии так, что о нее разбиваются все атаки фашистов, несмотря на их численный перевес.

А вскоре в армию прибывают свежие сибирские дивизии, и генерал Д. Д. Лелюшенко готовит свои войска к контрнаступлению. Он получает приказ прорвать растянутый фронт врага между Волжским водохранилищем и Дмитровом, наступать в общем направлении на город Клин.

Из очерка А. Соболева «По дорогам войны», вошедшего в книгу первую «Люди бессмертного подвига» (Москва, 1961):

«…Лелюшенко обдумывает ночную операцию. Он проверяет свои мысли, беседует с сибиряками.

— А если ночью навалиться? Танки фашистов будут слепы, а самолеты летать не смогут. Как думаешь? — допытывается Дмитрий Данилович у здоровенного, разрумяненного морозом солдата в добротном сибирском полушубке.