Серый волк. Бегство Адольфа Гитлера - Джерард Уильямс

В гостинице было 84 номера и медицинское отделение с врачами, медсестрами и массажистами, большой бассейн, библиотека и столовая на 200 мест. Каждый номер был оборудован системой отопления и кондиционирования воздуха, полы были выложены гранитом, а стены облицованы привозным каррарским мрамором и украшены бронзовыми канделябрами. Здесь же находились отделение банка, винный погреб, продовольственный склад, пекарня, скотобойня, электростанция и гаражи с собственной заправкой и хранилищем топлива. Из 70 работников отеля только 12 человек были местными жителями из Мирамара, и все они работали за пределами основных помещений гостиницы и не имели контактов с гостями. Остальные 56 служащих приехали либо из Буэнос-Айреса, либо из Германии, и говорили по-немецки. Кроме современной телефонной станции и телефонных линий, связывавших постояльцев гостиницы «Гранд-отель Вена» с внешним миром, на вершине 20-метровой водонапорной башни была установлена телекоммуникационная антенна. С этого наблюдательного пункта, а также еще из одной башни, расположенной ближе к берегу, бдительные стражи контролировали все подходы к гостинице по земле, воде и воздуху.

Маленький торговый городок Мирамар, лежащий на расстоянии многих километров от больших дорог и торговых маршрутов, был довольно странным местом для большого, великолепного отеля с водолечебницей. Пальке, известный своей деловой хваткой, превратил фирму Mannesmann Argentina в весьма прибыльную компанию. Он руководил открытием отеля с декабря 1945 года по март 1946 года, а затем уехал.[557]Управление принял начальник службы безопасности гостиницы, бывший полковник немецкой армии по имени Карл Мартин Крюгер. Этот человек безупречной репутации, известный в Мирамаре как Инженер, прибыл сюда в 1943 году. Он сделал все, чтобы пребывание Гитлера в лечебнице[558]было как можно более комфортным; в частности, для высокого гостя были заготовлены эксклюзивные посуда и постельные принадлежности – одеяла, простыни, полотенца и посуда с монограммами «АН» (от Adolf Hitler).

Гитлер с женой и в сопровождении многочисленной свиты часто совершал однодневные поездки в Бальнеарию, городок в 5 км от озера Мар-Чикита. Бывший фюрер фотографировался с другими высокопоставленными нацистами и подписывал желающим экземпляры «Майн кампф». Один из свидетелей таких светских выездов говорил, что Гитлер часто погружался в размышления[559]и мог ответить «Сейчас я далеко отсюда». Супруги наслаждались жизнью в роскошном и недоступном для посторонних прибрежном отеле. Один из их охранников вспоминал, что семейная пара часто прогуливалась по берегу, и Гитлер восхищался великолепными закатами.[560]Поначалу казалось, что операция на лице по удалению осколков прошла успешно, однако позднее боли возобновились[561]и вновь стали отравлять Гитлеру жизнь.

В феврале 1946 г., после избрания на пост президента Аргентины, Хуан Доминго Перон наконец получил неограниченную власть в стране, что должно было развеять любые скрытые страхи преследования у беглых нацистов. В конце 1940-х годов Гитлер свободно перемещался по Аргентине в пределах треугольника, вершинами которого были три стратегических точки – Сан-Карлос-де-Барилоче, Ла-Фальда, где располагался дом его друзей и первых спонсоров Эйкхорнов, и озеро Мар-Чикита. В каждом из этих районов Гитлер владел обширными землями.[562]

Все это время Мартин Борман по-прежнему оставался в Европе и управлял созданной им системой издалека. С помощью портативной шифровальной машины Т-43 он поддерживал постоянный контакт с Людвигом Фройде. Он также использовал широкую сеть своих связей, особенно в Ватикане, чтобы обеспечить собственную жизнь за рубежом в будущем. После неудачного визита во Фленсбург в мае 1945 г. (см. главу 10), Борман пять месяцев скрывался в предгорьях баварских Альп, прежде чем рискнул посетить Мюнхен, столицу Баварии, ставшую когда-то колыбелью нацизма. Й. А. Фридль, бывший член НСДАП и старший сержант австрийской полиции, знавший Бормана с давних пор, снова увидел его в октябре 1945 г.[563]Как вспоминал Фридль, Борман был «еще с какими-то мужчинами в машине, припаркованной у консульства Испании». Когда он подошел и поприветствовал своего старого товарища, между ними состоялся короткий диалог. Борман сказал Фридлю, что пытается получить визу для въезда в Испанию.