Футбол без цензуры - Вадим Евсеев

Так вот, у Вадика этот характер, можно сказать, в крови. Это его самовыражение, его «я». Если надо будет – под поезд бросится. Кроме того, он был физически достаточно сильным игроком и хорошо ориентировался на поле, был тактически зрелым игроком. Мне кажется, что если бы он был чуть побыстрей и покоординированней, то мог бы лучше играть в атаке.

Зато на стандартах не раз и не два забивал голы. Здесь проявлялись его качества – агрессия, нацеленность на борьбу. Помню статью, которую написал легендарный тренер сборной ФРГ Хельмут Шён: «Ищите борьбу всюду!» Вот Вадик – он эту борьбу всюду и искал, воплощая этот лозунг.

Не могу сказать, что стараюсь подбирать под игроков какой-то ключ. Исхожу из того, что мне надо помочь футболистам сыграть лучше, чем до сих пор. Мои отношения с ними строятся именно на этом – и я стараюсь делать их участниками процесса. Если, конечно, это игрок зрелый, с именем – как Евсеев или Лоськов. Стараюсь с ними же обговаривать, что в конкретный момент, с учетом их состояния и индивидуальных особенностей, им лучше всего делать на тренировках.

Наши отношения строятся на том, что есть команда и надо ей служить, поставить ее интересы выше личных. И если игрок с точки зрения этих профессиональных вещей понимает свою роль в команде, то у нас складываются хорошие отношения. И с Вадиком, человеком командным с головы до пят, проблем в этом плане не было никаких. Конечно же, к игрокам с именем относишься по-другому, чем к молодежи, большее число вопросов с ними согласовываешь. Не задевая молодых, все-таки и им показываешь: есть люди с именем и заслугами и их надо уважать.

Уже позже из интервью узнал, что Вадик однажды задремал у меня на теоретическом занятии. Некоторые такие случаи я замечал, некоторые – нет. Бывало так, что и тренеры засыпали. Но ту ситуацию, когда задремал Евсеев, не помню.

Подобное может о разном говорить, и истории эти можно по-разному трактовать. С одной стороны, что человек не режимил, не спал, пришел не готовый – ни к тренировке, ни к теоретическому занятию. А с другой стороны, есть взгляд игроков: ну что, мол, эти тренеры, все время рассказывают одно и то же, мы все это давно знаем.

А мне в таких ситуациях вспоминаются слова Владимира Салькова. Когда я принял «Анжи» в первый раз в 1999 году, приходилось одно и то же повторять несколько раз. Как-то сказал: «Надо будет – и десять раз скажу». И тут опытнейший, очень квалифицированный тренер Сальков вмешался: «Сто раз придется говорить одно и то же!» Эти слова мне запомнились на всю жизнь.

И сегодня в «Амкаре» мы, теперь уже вместе с Вадиком, говорим игрокам одно и то же, заставляем избегать ошибок. Но дело в том, что у каждого футболиста есть своя манера и свои привычки. От вредных очень тяжело избавляться – то зону не закрыл, то игрока не прикрыл, то не открылся вовремя. Ты повторяешь – а главное, они всё это понимают. Но понимать и делать – две разные вещи. И когда в очередной раз футболисту об этом напоминаешь, он предпочитает закрывать глаза: «Лучше посплю».

Единственная проблема, которая была у Евсеева-игрока – это лишний вес. И на эту тему мы не раз вели разговоры. Он с большим трудом сбрасывал лишние килограммы.

Раньше я очень жестко относился к этому вопросу – например, в 1999 году в «Анжи». А вот в том же «Сатурне» уже не был таким категоричным. Мы измеряли жир и мышцы на соотношение, и в некоторых случаях, когда объемы мышечной массы оказывались высокие, а жировая прослойка чуть завышена, жестко футболистов за это не ругал. У Вадика, помню, были большие бедра. С рядом требований он соглашался, но приходилось ему непросто. Значит, процент жировой прослойки выходил выше нормы.

Вовремя ли он закончил? Наверное, да. Ему тяжело стало долго играть из-за физиологических особенностей – того же веса. На других позициях несколько легче с этим справляться, чем на месте крайнего защитника. Поэтому правильно сделал Андрей Гордеев, ставя Вадика в последнем сезоне в опорную зону. Это примерно то же самое, что я сделал в «Анжи» с Роберто Карлосом. В центре можно чуть помедленнее бегать.

Когда я уходил из «Сатурна», пришел в раздевалку, сказал ребятам, в том числе Вадику, спасибо и пожелал успехов. Не пожал руку только генеральному директору Борису Жиганову, невесть откуда взявшейся личности, которая все это с моей отставкой и намутила. Когда Никита Симонян с Евгением Ловчевым на постройке какого-то ледового дворца встретили губернатора Бориса Громова, Никита Палыч сказал: «Как же так? У вас команда заняла высшее место за всю историю. Никогда «Сатурн» не поднимался на пятое место. Как можно освобождать тренера?»

Громов ему ответил: «Я же дал ему свой личный номер. Он мог мне позвонить. Но не позвонил». А с чего бы мне ему звонить? Рассказывать, что в клубе происходит? Я был с головой погружен в игры и подготовку к ним.

То, что когда-нибудь Евсеев будет помогать мне как тренер, во времена «Сатурна» я себе не представлял. Может, если бы поработал в Раменском еще годик-другой, то и подумал бы. А тогда у Вадика еще оставалась возможность играть. После моего ухода мы не то чтобы были на связи и постоянно созванивались, но сохранили хорошие отношения. У него были свои дела, у меня – свои. Судьба нас развела, чтобы свести спустя много лет в Перми…

* * *

Летом 2010-го перестали платить зарплату. Премиальные на карточку приходили, а оклады – нет. С июля и по конец сезона. Ничего не объясняли, только говорили, что денег сейчас нет, – и «завтраками кормили». В итоге все свалили на вице-губернатора, который за распределение земли в Московской области отвечал, попался на четырех с половиной миллиардах растраты и сел в тюрьму…

Знал тогда Ефремов, что клуб будет банкротиться или нет, – не знаю. Но если бы в августе того года двух наших молодых, Махмудова и Сапету, продали, соответственно, в «Спартак» и «Зенит», то деньги нам на зарплаты нашлись бы. А предложения поступили, и деньги за них хорошие давали – за одного, по-моему, три миллиона евро, за другого два.

Но Гордеев как тренер выступил против их продажи, и в итоге оба остались. После сезона Махмудов перешел в тот же «Спартак» бесплатно. А мы своих денег так и не получили.

То, что «Сатурн» объявят банкротом и всех нас разгонят, мы не могли представить себе до последнего момента. Если бы надежд не было – кто-то из ребят, может, по-другому повел бы себя во время матча последнего тура, который, как потом выяснилось, завершил историю клуба. Против «Алании».

Владикавказцам в Раменском во что бы то ни стало нужна была победа. В противном случае они вылетали из Премьер-лиги. Мы же находились на десятом месте, и турнирного значения игра для нас не имела. Если б знали, что клуб развалится и нам деньги не вернут, отдали бы тот матч, хоть заработали бы, ха-ха. Шутка.

А если серьезно, за то, чтобы мы проиграли тот матч, нам предлагали большие деньги. Полмиллиона долларов. В перерыве уже был миллион.

Нет, в раздевалку никто не заходил, сумму не озвучивал. Все и так всё знали. А еще один показатель – после перерыва Гордеев не вышел сразу же на поле. Его на пять минут задержали авторитетные в определенных кругах люди, которые в Раменском живут и работают. Они с «Аланией» были в хороших отношениях.