100 великих русских путешественников - Николай Непомнящий

Василий Данилович Поярков – русский землепроходец. В 1643–1646 гг. руководил отрядом, который впервые проник в бассейн реки Амур, открыл реки Зея, Амурско-Зейскую равнину, среднее и нижнее течение реки Амур до устья. Собрал ценные сведения о природе и населении Приамурья.

Основанный в 1632 г. на берегу реки Лены «Якуцкий острожек» занимал выгодное географическое положение и в 1642 г. стал административным центром вновь организованного Якутского воеводства. Русские землепроходцы искали новые «землицы» на юге, продвигаясь вверх по притокам Лены – Олекме и Витиму. Скоро они перевалили водораздельные хребты, и перед ними открылась обширная страна на великой реке Амур, населенная оседлыми даурами, по языку родственными монголам.

Из русских первым побывал в Даурии казак Максим Перфильев, ходивший туда в 1636 г., вероятно, на разведку. Он составил карту, которой пользовались вплоть до XIX в. После Перфильева Даурию посетил «промышленный человек» Аверкиев. Он достиг пункта слияния Шилки и Аргуни, где, собственно, и начинается Амур. Он был пойман местными жителями и отведен к их «князькам». Очевидно, он чем-то угодил им. Его не казнили, а напротив, отпустили, не причинив никакого вреда, даже обменяли его бисер на соболиные шкурки. Аверкиев еще больше умножил слухи о богатствах Даурии.

За дело освоения земель дауров взялся первый якутский воевода Петр Головин. Он решил отправить в Даурию военную экспедицию. В июле 1643 г. Головин послал на Шилкар 133 казака с пушкой под начальством «письменного головы» Василия Даниловича Пояркова, выделив судовой инструмент, много парусины, боеприпасов, пищалей, а также медных котлов и тазов, сукна и бисера – для подарков местным жителям.

Поярков был образованным человеком. Выходец из северных губерний Европейской России, он дослужился на сибирской службе до должности письменного головы – чиновника для особых поручений при воеводе. К отряду присоединилось полтора десятка добровольцев-промышленников («охочих людей»). В качестве переводчика при отряде числился Семен Петров Чистой.

Пояркову был дан ряд заданий: описать реки и народы, живущие на них, их занятия, выяснить природные богатства края и представить «чертеж и роспись дороги своей и волоку, к Зие и Шилке реке, и падучим в них рекам и угодьям». Был составлен маршрут похода и даны некоторые сведения о реках и народе, живущем на Амуре, а также твердый наказ Пояркову, чтобы его люди не трогали и не обижали местное население.

Поярков двинулся в Даурию следующим путем: поднялся по Алдану и рекам его бассейна – Учуру и Гонаму. Судоходство по Гонаму возможно лишь на 200 км от устья, дальше начинаются пороги. Участникам экспедиции приходилось десятки раз перетаскивать суда на себе, волоком. И это приходилось делать более 40 раз. Тем временем наступила осень, и река стала. До водораздела между Леной и Амуром было еще очень далеко.

Поярков решил оставить часть людей зимовать возле судов, а сам налегке с отрядом в 90 человек двинулся зимником на нартах. Через Становой хребет он вышел к верховьям реки Зеи. Здесь они наконец-то попали в страну «пашенных людей», в Даурию. Дауры были миролюбивый и работящий народ.

Поярков сразу же потребовал от дауров, чтобы отныне они платили дань русскому царю. А чтобы подкрепить свои слова действием, захватил заложниками несколько знатных туземцев.

В.Д. Поярков. Современный портрет

В середине зимы хлеба уже кончались. В окрестных селениях все запасы давно были захвачены и съедены, а до теплого времени было еще далеко. Оставленные с припасами суда на Гонаме задерживались. Начался голод. Казаки стали примешивать к муке кору деревьев, питались кореньями, часто болели. Начался мор.

В это время окрестные дауры, которые скрывались в лесах, осмелели и организовали несколько нападений на острог. Но Поярков был умелым военачальником. Нападавших дауров перебили, их трупы валялись на снегу перед острогом. Голод крепчал, тогда казаки стали поедать эти трупы. Еще немного – и они начали бы есть друг друга. Но наконец весной пришли суда с припасами. У Пояркова теперь оставалось менее 100 человек, но он все же решил двигаться дальше, вниз по Зее. Плыть пришлось через сравнительно густонаселенные районы (окраина Зейско-Бурейской равнины), но местные жители, наслышавшись о жестких порядках Пояркова, не допускали русских высаживаться на берег. В них тотчас же летели тучи стрел.

Наконец отряд вышел к Амуру и продолжил плавание вниз по реке до устья Сунгари. Здесь уже начинались земли совершенно другого народа – «пашенных» дючеров, родственных маньчжурам.

Дючеры жили в поселках (по 70–80 домов в каждом), окруженных возделанными полями. Чтобы разведать обстановку, Поярков послал вперед группу казаков. Дючеры внезапно напали на них и почти всех перебили. Только двоим израненным казакам удалось вернуться к отряду. Войско Пояркова еще более сократилось, насчитывало теперь семь десятков человек. Но и тогда Василий Данилович не отказался от того, чтобы продолжить плавание вниз по Амуру.

Через несколько дней пути показались шалаши гольдов (нанайцев). Селения здесь были крупные, по сто юрт в каждом. Гольдов казаки не тронули, потому что брать здесь было нечего.

Казаки поплыли дальше.

Через две недели пути на берегах нижнего Амура они увидели летние жилища на сваях и встретили новый «народец». Это были гиляки (нивхи). Тоже рыболовы, как и гольды, но еще более отсталые и бедные.

Еще через две недели Поярков достиг устья Амура. Время было позднее, сентябрь, и путешественники остались здесь на вторую зимовку. По соседству в землянках жили и гиляки. Вначале отношения складывались добрососедские. Казаки покупали у гиляков рыбу и дрова, а Поярков собирал сведения об острове Сахалин, богатом пушниной, где живут «волосатые люди» (айны). Он узнал также, что из устья Амура можно попасть и в южные теплые моря. В своем донесении Головину Поярков написал: «Только тем еще морским путем никто (из русских) не ходил в Китай». Так впервые было получено представление о существовании пролива, названного позже Татарским, отделяющего Сахалин от материка. Но откроют пролив и нанесут его на карту лишь через 200 лет.