Диверсанты Сталина. Спецназ НКВД в тылу врага - Алексей Попов

Также путем минирования 23 июня 1943 года с помощью агента Коленчица спецгруппой «Родные» был уничтожен изменник Родины Сарнацкий, командир карательного взвода, водивший полицейских к базам партизанских отрядов и предававший семьи партизан. Мина была заложена в стол предателя в караульном помещении, за который обычно садился Сарнацкий. Во время взрыва было убито и ранено еще несколько полицейских.^[655]

Агент Орел, получив мину у оперработника снецгруппы «Авангард», 30 ноября 1943 года осуществил ее закладку в помещении фашистского Красного Креста. В результате взрыва было убито и ранено 16 фашистских солдат и офицеров. Документы свидетельствуют, что операция вызвала среди немецких пособников в Несвижском, Клецком и Минском районах серьезную панику.^[656]

Исследование боевой деятельности чекистских подразделений дает основание для вывода, что оперативные работники многих спецгрупп к 1943 году накопили опыт проведения специальных операций, как по ликвидации высших чинов вермахта, так и видных ставленников оккупантов из числа белорусских буржуазных националистов, многие из которых были агентами спецслужб фашистской Германии. К операциям такого рода с полным правом следует отнести уничтожение Ивановского^[657], председателя «Комитета доверия», бургомистра Минска; Козловского, редактора «Белорусской газеты»; руководителя «Белорусской народной громады» Рябушко, шефа-проводника «Белорусских профсоюзов»; члена «Комитета доверия» и многих других предателей белорусского народа.

Мероприятия по ликвидации Ивановского интересны по тактике их исполнения тем, что они были осуществлены в центре Минска в условиях жесткого полицейского режима и массовых репрессий среди гражданского населения, вызванных, как это объясняли оккупанты, уничтожением Кубе. В этих условиях вероятность даже случайного задержания исполнителей воинскими патрулями была чрезвычайно велика. Однако четкое взаимодействие между боевиками-участниками спецгруппы и агентами органов госбезопасности, которые принимали участие в операции, позволяла свести риск к минимуму, серьезную роль сыграло умело организованное за объектом наружное наблюдение, что позволило выбрать время и место заключительного этапа операции.

Ликвидация Ивановского была поручена спецгруппе «Мстители». Непосредственно участвовали в боевых действиях агенты органов госбезопасности Орловский и Вилейский. На подготовительной стадии были привлечены к работе спецгруппы жители города Минска Костя и его жена Зарецкая. По характеру служебной деятельности Костя имел возможность встречаться с Ивановским в городской управе. В основу операции были положены сведения об образе жизни объекта, полученные в процессе разработки Ивановского. В сборе сведений о предателе наряду с Костей приняли участие и другие агенты органов госбезопасности. Накануне операции, в целях безопасности семьи Кости, было решено переправить ее в партизанский отряд. Выполнение этого задания было поручено агенту Доре. Однако ей удалось переправить к партизанам лишь дочь агента, а жена выехать из Минска не смогла и принимала участие в подготовке операции в качестве агента-связника между боевиками и Костей.^[658]

В соответствии с планом операции было решено выбрать место для засады в развалинах на улице Минска по пути следования Ивановского к своему дому. В этих целях агенты, организовав своими силами наблюдение за объектом, сами выбрали это место.

Операция началась 29 ноября 1943 года с прибытием группы в Минск. Агенты остановились на специально подобранной для этой цели явочной квартире. В этот же день им удалось связаться с Костей и уточнить план операции. 2 декабря они впервые лично увидели объект, следовавший в пролетке по центральной улице в городскую управу. Проведение заключительного этапа операции было назначено на вечернее время следующего дня, когда Ивановский должен был возвращаться с заседания «Белорусского научного товарищества». Однако в этот день уничтожить бургомистра не представилось возможным, так как он во время заседания был куда-то вызван и, видимо, возвращался домой по другой улице. Учитывая эти обстоятельства, место засады боевики перенесли ближе к дому объекта.

По сообщению агента Кости вечером 4 декабря Ивановский находился в помещении «Белорусской народной самопомощи», но дождаться его в засаде и в этот раз не удалось. Как выяснилось, Ивановский эту ночь провел у своей приятельницы артистки Кушель-Арсеньевой. 5 декабря в воскресенье управа не работала и наблюдение за Ивановским не велось. В этот день Орловский, Вилейский, Костя и Зарецкая уточнили отдельные детали операции. Было принято решение организовать засаду непосредственно напротив здания в руинах у городской управы. 6 декабря Костя передал через Зарецкую, что Ивановский находится в своем кабинете в здании управы, а сам он имеет возможность вести наблюдение за объектом. После этого сообщения агенты-боевики прибыли к новому месту засады. Зарецкой было поручено передать мужу, чтобы тот подал условный сигнал, когда погаснет свет в кабинете бургомистра. Костя оставался у подъезда управы и мог наблюдать за выездом пролетки с Ивановским.

После получения сигнала оба агента последовали за объектом. Улицы города в тот вечер были многолюдны, пролетка часто останавливалась на перекрестках. Почти десять кварталов по самому центру Минска агенты вели преследование объекта. Недалеко от дома бургомистра, на повороте, Вилейский вскочил в пролетку с Ивановским и предложил ему изменить маршрут. Ивановский сделать это отказался, закричал о помощи и выхватил пистолет «ТТ». Поняв, что бургомистра взять живым не удается, Вилейский выбил у него из руки пистолет и выбросил самого Ивановского из пролетки, успев одновременно сделать в него два выстрела. Дважды выстрелил в объекта подбежавший к нему Орловский. После выполнения задания оба агента разными путями стали пробиваться через руины к окраинам города. Для Орловского это сделать оказалось сложно. Ему пришлось уничтожить попытавшегося задержать унтер-офицера Г. Райснера (агент успел захватить документы и оружие убитого), а через несколько кварталов застрелить полицейского, также попытавшегося задержать агента^[659]. Только 8 декабря Орловский сумел возвратиться на базу спецгруппы.

На взгляд автора, нельзя не сказать и о деятельности легендарного советского разведчика, удачливого «ликвидатора» Николая Ивановича Кузнецова (Пауль Зиберт, Колонист), действовавшего в городах Ровно и Львов на Украине с позиций партизанского отряда «Победители» под командованием оперативного работника 4-го управления НКГБ Д.Н. Медведева.