Босфор и Дарданеллы. Тайные провокации накануне Первой мировой войны (1908-1914) - Юлия Лунева

Германская военная миссия, как и Балканские войны 1912–1913 гг., была прологом к Первой мировой войне, которая разгорелась через полгода после дипломатического кризиса из-за миссии Лимана фон Сандерса и вследствие австрийского натиска на Сербию, а не из-за русско-германских споров о Константинополе.

Весной 1914 г. главными соперниками на мировой арене оставались Германия и Англия. Однако с 1913 г. и почти до самого начала мировой войны усилия британской дипломатии были направлены на то, чтобы скрывать остроту англо-германского антагонизма.

Россия стремилась к открытому превращению Антанты в военно-политический союз, который должен был оказать сдерживающее воздействие на Германию, а в случае, если бы война все-таки разразилась, с самого начала обеспечить России и Франции активную поддержку со стороны Британии.

Даже незавершенные русско-британские военно-морские переговоры были важным шагом на пути укрепления связей внутри Антанты и значительно облегчили союзникам разрешение труднейшей задачи: согласование дипломатических усилий России, Франции и Великобритании в решающие дни июля 1914 г.

В результате в последние недели перед войной был выработан проект морского соглашения между Россией и Англией, однако императорское правительство не настаивало на принятии Великобританией средиземноморских проектов российского Морского министерства, затрагивавших вопрос о Проливах.

Вплоть до начала мировой войны Петербург ничего реального не сделал для подготовки десанта в Проливах. Не многое было сделано и для развития Черноморского флота, перед которым стояла задача не только оборонять побережье империи, но и добиться господства на море для высадки и защиты десанта от возможного нападения турецкого флота.

Совещание 8 февраля 1914 г. по вопросу о Проливах также констатировало, что российские действия в отношении Проливов могли бы осуществляться только в условиях европейской войны. В военных и морских кругах считали, что одновременно с операциями на Западном фронте во время предстоящей войны Россия должна занять Константинополь и Проливы, чтобы успеть к моменту мирных переговоров поставить другие державы перед свершившимся фактом владения Россией Проливами. Только в таком случае, полагали в Петербурге, Европа согласится на разрешение этого вопроса на приемлемых для России условиях.

Июльский кризис 1914 г., послуживший началом мировой войны, стал последним в цепи международных кризисов и локальных войн, не раз ставивших под угрозу европейскую стабильность. В 1914 г. Россия сознавала, что без надежных союзников она не может вступить в схватку с Германией и Австро-Венгрией, и уже не питала иллюзий, что проблему Проливов можно решить мирным путем. Поэтому одной из основных причин вступления России в Первую мировую войну явилась давняя вожделенная цель царизма — Константинополь и Проливы.