Александр Попов - Моисей Радовский

Особое место в педагогической деятельности Попова занимают те курсы, которые в России им читались впервые, — курсы электротехники и телеграфии без проводов. Читая их, Попов выступал пионером электротехнического, а затем и радиотехнического образования в нашей стране. Оба этих курса он начал читать еще в Кронштадте. Важно отметить, что интерес к новому курсу — электротехнике — немедленно нашел отражение в прессе. Попов приступил к лекциям с января 1897 года, и местная газета тогда же сообщила: «Вчера, 24 января, в Минном офицерском классе преподавателем Поповым прочитана первая лекция об электродвигателях, собравшая большое число слушателей». Газета не только каждый раз сообщала о лекциях Попова^[728], но и поместила 1 марта подробный отчет о них, составленный В. А. Петровым и Д. С. Макаровым. Их записи с заголовками «Об электродвигателях» были опубликованы в том же году в печатном органе Морского министерства^[729]. Вслед за этим они вышли и отдельным изданием с предисловием А. С. Попова.

Электротехника стала неотделима от военно-морского дела. Основательное знание ее сделалось необходимым для всех морских офицеров; им было предписано обязательно прослушать курс Попова. Примерно в то же время, что и Минный офицерский класс, преподавание электротехники ввели у себя Технологический и Электротехнический институты: в первом этот курс читал А. А. Воронов, во втором — М. А. Шателен.

Совершенно новым в практике преподавания был курс радиотехники, который до Попова нигде не читался. Начало курса радиотехники или, как он тогда назывался, «Чтения о телеграфировании без проводов» относится к 1900 году. В марте этого года, после того как новое средство связи столь успешно показало себя во время операции по снятию броненосца «Генерал-адмирал Апраксин» с камней близ острова Гогланд, председатель Морского технического комитета вице-адмирал И. М. Диков, намечая ряд мер, направленных к широкой радиофикации флота, на первое место поставил вопрос о подготовке кадров специалистов в этой области. В своем докладе управляющему Морским министерством вице-адмиралу П. П. Тыртову он писал: «Если Ваше превосходительство разрешите приступить к устройству телеграфных станций на боевых и учебных судах нашего флота немедленно, то следует устроить в начале апреля при Минном классе временный краткий курс для ознакомления судовых минных офицеров балтийского флота с приборами для телеграфирования, с приемами работы и с устройством телеграфной станции на судне. С будущего учебного года телеграфирование без проводов могло бы войти в курс Минного офицерского класса»^[730].

Получив разрешение управляющего Морским министерством, Диков в числе других распоряжений потребовал составить программу таких кратких курсов. Это было поручено сделать Попову; ему же была поручена «организация обучения необходимого теперь же числа офицеров и нижних чинов обращению с аппаратами и производству сигнализации беспроводным телеграфом»^[731].

Попов успел сделать только первый шаг в деле подготовки военно-морских специалистов в области нового средства связи. Ему уже не довелось читать регулярных курсов в Минном офицерском классе, потому что, когда предполагалось начать чтение лекций, он был назначен профессором Электротехнического института.

В 1901 году в столичном Электротехническом институте освободилась кафедра физики. Ее руководитель В. В. Скобельцын и ведавший кафедрой электротехники М. А. Шателен были изгнаны из института за публичный протест против избиения революционных студентов полицией^[732]. Институт находился в ведении почтово-телеграфного ведомства, которое само входило в состав Министерства внутренних дел. Были приняты все меры к тому, чтобы находящееся в этом министерстве высшее учебное заведение было ограждено от революционного влияния. В одном из первых пунктов Положения об Электротехническом институте говорилось, что он «состоит под главным начальством» самого министра внутренних дел^[733]. Студенты принимались с тщательным отбором и во время обучения в институте подвергались ограничениям в большей мере, чем студенты других высших учебных заведений^[734].

Тем не менее никакие чрезвычайные меры не могли устоять перед напором революционного движения, которое захватило студентов Электротехнического института, так же как и учащихся других вузов. Несмотря на свой молодой возраст, Электротехнический институт имел уже богатую историю не только в области распространения электротехнических знаний, но и в пропаганде передовой революционной мысли. Его студентами были созданы довольно многолюдные социал-демократические кружки^[735], с которыми были связаны видные большевики. Студенты хорошо знали В. И. Ленина, которого прятали от слежки в здании самого института^[736].

Учащиеся этого института, как и других учебных заведений, в то время представляли собой большую общественную силу, и с ней приходилось считаться. Вот почему директор Электротехнического института принял срочные меры к замене В. В. Скобельцына и М. А. Шателена авторитетными учеными, когда названные профессора еще не были уволены. В донесении директора института H. H. Качалова министру внутренних дел Д. С. Сипягину мы читаем: «Ввиду ожидаемого освобождения двух ординарных кафедр в Электротехническом институте (по физике и электротехнике) представляется неотложным вопрос о подыскании ныне же соответственных кандидатов, обладающих, независимо от специальных познаний и дара преподавания, еще и безупречными нравственными качествами и достаточно авторитетным именем в науке. Последние два условия особенно существенны в целях обеспечения возможно успешного и правильного направления учебной деятельности студентов»^[737].