Вирус "А". Как мы заболели вторжением в Афганистан - Валерий Самунин

Осадчий звонко расхохотался. Появилась улыбка и на лице Орлова-Морозова. Вова Гвоздь по-дружески хлопнул Валерия по плечу. После этого участники совещания подогрели чай и довольно долго приводили друг другу свидетельства мудрости древних книг.

— Да, как сказал Екклесиаст, «…что было, то и будет, и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем…», — подытожил экскурс в историю Осадчий. — Однако давайте вернемся к нашим баранам. Я согласен с тем невеселым прогнозом, который вы предлагаете. Я тоже думаю, что Афганистан стоит на пороге войны. Причем не такой гражданской войны, в которой представители одного социального класса сражаются с представителями другого класса. Войны, в которой угнетенные выступают против угнетателей. Тут будет война большинства народа против правящего режима. Как показали гератские события, халькисты вряд ли смогут в дальнейшем достаточно надежно опираться на армию и полицию. Я думаю, что наша задача сейчас давать такую информацию, которая бы не оглушала, не шокировала московское начальство, а аккуратно подводила бы потребителей нашей информации к мысли об абсурдности химер Тараки, Амина и наработок некоторых наших партийных советников. В этой связи в ближайшие дни мы должны подготовить обстоятельную аналитическую справку, в той или иной степени закладывающую фундамент под наш прогноз. Она не должна быть совсекретной. Нужно, чтобы в Москве ее смогли прочитать как можно больше людей. Прежде, чем что-то доказывать начальству, с ним нужно провести ликбез. Как вы думаете, на какую тему должна быть такая справка?

— Учитывая, что в гератских событиях главной движущей силой было мусульманское духовенство, я считаю, что нужно подготовить документ о влиянии фундаменталистского ислама и мусульманского духовенства на развитие обстановки в ДРА, — предложил Хотяев.

— А материала. у нас для этого хватит? — поосторожни-чал Орлов-Морозов.

— Я думаю, что для такой справки можно использовать не только агентурную, но и открытую информацию. Да и Валерий, мне кажется, поделится архивами, которые он припасает для своей диссертации, — успокоил заместителя резидента Хотяев.

Через несколько дней Орлов-Морозов сидел в своем кабинете, надев на кончик носа учительские очки и попыхивая трубкой, читал представленную Хотяевым справку «О влиянии мусульманского духовенства на развитие политической обстановки в Афганистане». За столиком сбоку примостил-ся в ожидании приговора автор документа, который нещадно смолил одну за другой дешевые сигареты «Ява».

«Как со всей очевидностью показал недавний мятеж в Герате, — читал заместитель резидента, — противники нового режима в своей пропагандистской деятельности намерены максимально использовать лозунги защиты ислама от пришедших к власти в стране безбожных прокоммунистических сил, а в своей организационной деятельности афганские контрреволюционеры намерены опираться на широкие возможности мусульманского духовенства (по иранскому образцу)».

— Тут, Володя, надо немного… подредактировать. И еще: дай одним абзацем, как иранские.״ аятоллы использовали свое.״ положение в целях продвижения исламской революции.

Хотяев согласно кивнул.

«Ислам — религия, которую с молоком матери впитали и которой слепо следуют самые широкие народные и, главным образом, крестьянские массы Афганистана, — продолжил чтение Орлов-Морозов. — Эта религия на протяжении веков воспитывала людей в духе всеобщего мусульманского братства, предопределенности всего происходящего, то есть принципов, способствующих сглаживанию в сознании народа имеющихся социальных противоречий. Эта религия постоянно внушала афганцам идею превосходства благочестивого мусульманина по отношению к представителям других религий и уж, тем более, по отношению к атеистам, идею справедливости мусульманской общины и порочности светских принципов управления, существующих в других и, прежде всего, европейских странах.