Уманский "котел". Трагедия 6-й и 12-й армий - Олег Нуждин

Немецкое командование предполагало, что в селе все еще находится штаб какого-то советского корпуса, который необходимо или уничтожить, или пленить. Для решения этой задачи немцы сформировали боевую группу, в которую вошли не задействованные в штурме Подвысокого части 54-го горного саперного батальона, усиленные одним 20-мм орудием 4-й роты 61-го зенитного полка и боевой группой 1-й горно-егерской дивизии. Сначала противник перехватил дорогу, ведущую из Емиловки на север, чтобы исключить любую возможность прорыва в обратном направлении. После короткого боя он разгромил колонну, двигавшуюся по ней в направлении Троянки, и взял в плен примерно 150 бойцов и командиров. Возможно, что среди них оказался тяжелораненый полковник В.П. Крымов. Командира 44-й танковой дивизии немцы отправили в лагерь в Голованевск, где тот скончался от ран через несколько дней.

Захваченное егерями 54-го егерского полка знамя 153-го полка Красной армии

Теперь боевая группа атаковала само с. Емиловка. В ходе ожесточенного боя ей удалось захватить часть села, однако вскоре пошел дождь, и зачистку пришлось прекратить. По этой причине мелкие группы красноармейцев смогли скрыться от преследования. Среди спасшихся оказался и генерал Я.И. Тонконогов, сумевший укрыться на хут. Жабок. Через сутки здесь его обнаружили немцы и взяли в плен^[380]. Во второй половине дня 7 августа бой за с. Емиловка возобновился, и к вечеру противник доложил о достигнутом успехе и захвате почти 200 пленных, среди которых оказалось несколько комиссаров.

Во второй половине дня в соответствии с приказом штаба LII корпуса под Емиловку стали прибывать батальоны 54-го полка 100-й дивизии. Перед ними стояла задача по уничтожению советских войск, державших здесь оборону. Однако переброска 54-го полка оказалась совершенно бессмысленной, так как никаких советских войск в Емиловке уже не было. В домах, на улицах и в огородах немцы нашли несколько убитых красноармейцев и горных егерей, которых похоронили на следующее утро.

В течение дня соединения LII корпуса проводили зачистки вокруг Голованевска, Александровки, Мариамполя и ст. Емиловка. К утру 7 августа части немецкой 100-й дивизии заняли следующие позиции. Северо-западнее Голованевска выдвинулся 1-й батальон 54-го полка, в то время как 3-й батальон разместился в самом городке. К северо-востоку от с. Александровка располагалась оборона 2-го батальона. Три батальона 227-го полка были выдвинуты командиром соединения генералом В. Занне в сторону с. Шепилово и Межиречка, так как, по имевшимся у него данным, в лесах вокруг этих населенных пунктом концентрировались значительные силы советских войск. На западной окраине с. Шепилово находился 3-й батальон 227-го полка, на восточной окраине Голованевска – 2-й, а у леса южнее с. Межиречка – 1-й.

Первые атаки со стороны окруженцев последовали в 3.15. Из леса южнее с. Межиречка выехала колонна грузовых автомашин с посаженной в кузова пехотой. Как только она приблизилась на дистанцию 200–300 м к позициям 1-го батальона, как немцы открыли сосредоточенный огонь из стрелкового оружия. Попав под обстрел, колонна развернулась и направилась в обход, в сторону с. Шепилово. Поднятый по тревоге 3-й батальон 54-го полка был немедленно направлен от Голованевска на юг, чтобы перекрыть брешь между с. Шепилово и Александровка.

Около 6.00 утра многочисленная колонна грузовых автомобилей показалась в виду солдат 3-го батальона 227-го полка и была отогнана огнем. Через некоторое время около 30 грузовиков предприняли попытку прорыва между правым флангом 3-го и левым флангом 2-го батальонов 227-го полка. Бой возобновился, и большая часть прорывавшихся была вынуждена вновь отступить, только 10 автомашинам удалось проскочить через полосу заградительного огня и укрыться в лесу западнее дороги Голованевск – Александровка. На зачистку лесного массива направился прибывший 3-й батальон 54-го полка.

Его атака началась в 8.00. Через час в наступление перешли батальоны 227-го полка. Уже в 12.45 командир 3-го батальона 54-го полка доложил о завершении операции. Почти без потерь его солдаты уничтожили прорвавшуюся в лес группу, взяв в плен 81 красноармейца и три исправных грузовика в качестве трофея^[381]. Есть основания предполагать, что именно 3-й батальон 54-го полка 100-й дивизии разгромил штабную группу 80-й стрелковой дивизии.

После неудачи с прорывом 6 августа группа генерала В.И. Прохорова нашла себе убежище в Москалёвом лесу. Утром 7 августа противник начал артиллерийский и минометный обстрел, предваряя им начало своей атаки. Желая избежать потерь, командир 80-й дивизии вывел всех, кто остался под его командованием, на свекловичное поле и попытался с ними пробиться на с. Межиречка. В этом бою, произошедшем в 3–4 км юго-восточнее села Краснополье, группа управления дивизии к 15.00 была уничтожена. На поле боя осталось до 80 убитых бойцов и командиров.

Как докладывал вышедший из окружения батальонный комиссар Д.С. Липецкий, во время артиллерийско-минометного обстрела военком 80-й дивизии был ранен в ногу и самостоятельно передвигаться уже не мог. Попытки вынести его с поля и укрыть в лесу также оказались безрезультатными. А когда в 15–20 м неожиданно показались немцы, полковой комиссар С.Ш. Прейс передал Д.С. Липецкому свои часы и партбилет, сказав, что будет отстреливаться, а последний патрон оставит для себя. Дальнейшая судьба военком 80-й дивизии достоверно неизвестна^[382]. Возможно, он покончил с собой, как поступали многие политработники, не желавшие попасть в плен, а может быть, погиб в перестрелке. Во всяком случае, его не оказалось среди выживших, не видели комиссара и среди военнопленных.

В лесу после боя на свекловичном поле собрались батальонный комиссар Д.С. Липецкий, начальник штаба и начальник артиллерии 37-го корпуса полковники С.М. Рогачевский и С.А. Кабатчиков, а также начальник штаба 80-й дивизии полковник Г.С. Гмыря. Не исключено, что в этой группе находился и командир 80-й дивизии, но конкретных упоминаний об этом нет. Вскоре укрывшаяся в лесу группа вновь была обнаружена и обстреляна противником^[383]. Уходя из-под огня, она перебралась в урочище Александровское, расположенное северо-западнее с. Маринополь.

Полковник Г.С. Гмыря во время прорыва или во время боя под Голованевском был ранен и отправлен в медсанбат своей дивизии. Здесь ему сделали операцию и извлекли из плеча осколок снаряда. Вечером медсанбат захватили немцы, и полковник оказался в плену вместе с остальными ранеными и медперсоналом^[384].