Старый колодец. Книга воспоминаний - Борис Бернштейн

Я любил и до сих пор люблю преподавать. Лекция забирает меня целиком, любые горести и неприятности в эти минуты уходят в небытие — пусть временно. Лекция, которая мне кажется удавшейся, доставляет самому скромное удовольствие. Но за все надо расплачиваться. Я знаю, что есть преподаватели — любопытствующие, преподаватели — садисты, преподаватели педанты, для них часы приема экзаменов — звездные. Я не из их числа. На экзаменах я тоскую. Надо решать, какую отметку поставить, это ужасно. Даже интеллигентные студенты на экзамене выглядят не лучшим образом, потому что это — экзамен. Надо слушать нечто невнятное. Приходят в голову мысли о краткости земного пути и тщете человеческих усилий.

Поэтому начинаешь ценить блестки, украшающие серую ткань студенческих ответов.

«Остров Крит находился на полуострове Пелопоннес».

«Он был очень трудолюбимый художник».

«Эта церковь была полосатого цвета».

«В Голландии было три великих художника — Франс, Хальс и Рембрандт».

Экзамен по истории искусства — двухчастный. В первой половине студент отвечает на вопросы, обнаруженные в билете. Во второй он должен опознать произведения, которые я ему показываю в репродукциях. Удачи во второй части могут искупить провалы, случившиеся в первой: в конце концов, я учу художников, а для них образное мышление важнее словесного.

Вот я показываю студентке собор, баптистерий и падающую башню в Пизе. Испытание не из трудных.

— Это пизанская башня, — правильно говорит испытуемая.

— А какой это стиль?