Письма с Прусской войны - Денис Сдвижков

Я вам напишу о моих состояниях: уже много дней я исполняю свои обязанности в полку, каковые чрезвычайно тягостны. Я также пользуюсь слугами, [но] поскольку маленький Васька умер, а мой кучер болен, у меня их осталось только трое^[989]. Жаль бедного Михайлова, гренадера, уже произведенного в капралы по вашему распоряжению^[990]. В роковой день 14 августа он был ранен в ногу подле меня. Когда я распорядился, чтобы его увели за фрунт, сперва проводив его сам, пушечное ядро снесло ему голову и поразило двоих, которые его вели.

Мы по-прежнему двигаемся по правобережью (Одера. — Д. С.), неприятель неподалеку от нас. Мы все еще ожидаем, что столкнемся друг с другом. Дай Бог, чтобы это не было, как 14 августа^[991]. По сущей правде, мы одержали победу, но Бог мой, сколько убитых с обеих сторон! Это была скорее бойня, нежели битва. Оставаясь даже на всю ночь на поле баталии, покрытом убитыми и умирающими, нельзя было сделать и шага, не наткнувшись на труп пруссака или русского.

Возможно ли быть воином (оставаться воинственным), чтобы видеть все это, [тому] кто чувствителен к словам других! Только представьте, жизнь моя: всю ночь проводя на коне, скакать повсюду, задевая за ноги умирающих, жалобные стоны, проникавшие мне глубоко в сердце, слышать множество людей, окликавших меня по имени, прося как милости, чтобы я их прикончил и положил конец их жалобам и страданиям.

Вот, сердце мое, что за отрады войны^[992], вот ради чего мы совершаем тяжелые марши, терпим все тяготы и невзгоды. Ради того, чтобы сдохнуть, как собака, или прикончить других.

Вы пеняете мне, драгоценное мое сердце, на мои упреки. Простите, жизнь моя: что ж я должен был думать, столь долго не имея от Вас известий? Сейчас же я вижу, что Вы все та же, как я Вас оставил. Да сохранит Вас милостивый Господь и подаст Вам счастье всякого свойства! Вы пишете, жизнь моя, что мой брат хотел переслать мне все Ваши письма, — у меня их все еще нет, ибо с тех пор, как мы расстались, он прислал мне всего одно письмо. Вы желаете, дорогая моя Наташа, чтобы я писал Вам долгие письма: не могу, жизнь моя, поскольку большие пакеты не принимают.

Мы под командованием князя Долгорукого, хотя он и ранен^[993]. В первый раз я написал Вам, жизнь моя, что Тизенгаузен^[994] убит — но нас всех ввели в заблуждение, он в плену. Наш Броун^[995] отправился в Торунь лечиться. Его невозможно будет узнать после ранений, с несколькими ранами на лице. Вы мне пишете также, жизнь моя, чрез кого я мог бы получать Ваши письма. Самое надежное через кн. Долгор[укова]. Он передает их мне всегда самолично, но я советую Вам, жизнь моя, посылать их в конверте моей матери^[996].

Вы пишете, жизнь моя, чтобы я берег свою жизнь. Будьте уверены, дражайшее сердце мое, пока я буду любезен вам, я буду беречь ее, насколько смогу совместно с честию.

Я весьма доволен Вашим знакомством с моей тетушкой и со Строг[ановым/и], они истинно достойны Вашей дружбы. Ничего не желаю более, чем слышать, что Вы уже расстались с Вашим Фомкой. Ради всего святого, будьте же мне верны и сохраните Вашу клятву! Не низводите меня во ад. Вам слишком хорошо известно, моя дорогая супруга, до какой степени я вас обожаю. Да, жизнь моя, Вы навечно привязали меня к себе, и ничто на счете не заставит меня перемениться.

Со вчерашнего дня мы вступили в Прусскую Померанию^[997]. Прощайте жизнь моя, ангел мой, душа моя! Всечасно молю Бога, дабы он даровал Вам щастие всякого рода и благополучие, даже если для того должны сократиться мои дни. Знайте, жизнь моя, что в кровавый день прошедшей баталии, ежесекундно ожидая в продолжение 12 часов смерти, я часто думал о моей дорогой Наташе — что если меня убьют, это очень опечалит ее, и эта мысль очень меня трогала даже на пороге самой смерти. Истинно, жизнь моя, я знаю, что в час моей смерти умру с Вашим именем на устах.

Прощайте, любимая и возлюбленная более жизни, нежная моя супруга. Прощайте, драгоценнейшее мое сердце, моя дорогая Наташа! Будьте мне верны, как и я верен Вам, и будьте уверены, что я Ваш неизменно верный и преданный пленник и супруг, несчастный Pakalache^[998].

Целую тысячи раз моих дорогих детей, Ваши очаровательные уста и все Ваши приятности^[999].