Викарии Христа. Папы Высокого Средневековья. С 858 г. до Авиньонского пленения - Елена Майорова

Поспешно избранный папа Целестин III (30.3.1191–8.1.1198) в лице Генриха VI получил упорного и бескомпромиссного противника.

Папа Целестин был тот самый Джианчинто (Иакинф) Бобоне, который много лет назад решился выступить против Бернара Клервоского в защиту Пьера Абеляра. Затем уже вместе со св. Бернаром он представлял интересы Иннокентия II в Салерно. Личное знакомство с великолепным Рожером II Сицилийским не произвело на него впечатления, и он остался врагом нормандцев. Теперь империя проявляла опасное стремление объединиться с Сицилией, что для папства было смерти подобно.

Престарелый кардинал Бобоне — ему было далеко за восемьдесят — являлся сыном Пьетро Бобо и братом Урса, основателя фамилии Орсини. Римлянин и очень опытный политик, новый папа оттягивал собственное посвящение, чтобы отдалить коронацию Генриха VI, о которой все еще шли переговоры. Для ускорения процесса король отдал на разграбление римлянам Тиволи, ранее доверившийся ему. Этим предательством, как отмечал один из немецких летописцев, он «не в малой степени опозорил империю».

Но лишь после того, как Генрих уже подошел к Риму с большим войском, Целестин III назначил на 14 апреля свое посвящение в папский сан в базилике Св. Петра с тем, чтобы на следующий день, скрепя сердце, совершить коронование молодого Гогенштауфена и его супруги Констанции Сицилийской. Он ясно сознавал грозящую папству опасность, так как, уничтожив короля Танкреда в 1194 г., Генрих VI подчинил Сицилию своей власти. Теперь немецкие владения теснили Папскую область и с севера, и с юга. Коварство, с которым этот лишенный всякой совести государь истребил последних потомков нормандской династии и нормандскую знать, возмутило чувство справедливости итальянцев. Деспотизм нового императора угрожал независимости ломбардцев, добытой такой дорогой ценой.

В Центральной Италии, вопреки ранее состоявшимся соглашениям с курией, Генрих отдал своему брату Филиппу Швабскому Тоскану и домены графини Матильды.

В Палермо он захватил в плен дочь императора Исаака Ангела Ирину. Она была вдовой старшего сына Танкреда Лечче. Генрих выдал ее за своего брата Филиппа, затем под предлогом защиты нового родственника — греческого императора — отправил в Константинополь шайку немецких авантюристов. Его намерения в отношении греков были очевидны; о них говорят как западные, так и восточные летописцы: вместе с короной сицилийских королей он перенял и их стремление завоевать Византию.

Целестин, которому в момент интронизации якобы уже исполнилось 85 лет, с горечью принужден был наблюдать, как, не довольствуясь присвоением спорного наследства Матильды, Генрих VI захватил саму область св. Петра. «Генрих, — говорит папский биограф, — овладел областью римской Церкви вплоть до ворот города, и его боялись там больше, чем папы».

В ходе переговоров между папой и императором спорные проблемы разрешались с огромным трудом. Папа оставался неуступчивым в вопросе объединения империи и Сицилийского королевства. Он отклонил требование императора крестить его сына Фридриха и помазать его на царство. В тот момент еще не было ясно, будет ли Фридрих, уже избранный королем обеих Сицилии, править германским или сицилийским королевством. Германские анналы сообщают: «В негодовании от неудач после всех своих усилий император уехал из Рима на юг».

В 1196 г., в уже очень преклонном возрасте, папа вступил в конфликт с госпитальерами, упрекая их за несоблюдение соглашения, которое они заключили со служителями храма Гроба Господня относительно распределения десятинной подати.

Европейские монархи своей дерзостью также вызывали досаду Целестина. Филипп Французский отослал и заключил в монастырь законную супругу, Ингеборг Датскую, а через три года при живой жене женился на другой. Папа повелел удалить «наложницу» и вернуть датскую принцессу, но Филипп игнорировал папское требование. Вдовствующая королева Англии, герцогиня Аквитанская Алиенора, в вызывающем тоне требовала вызволить из плена в Германии ее сына-крестоносца Ричарда Львиное Сердце. Но что мог сделать старый Целестин, если сам был почти лишен власти германцами в собственной столице?

Однако имелась сфера, в которой он мог действовать почти самовластно и даже требовать помощи от своего тирана, — борьба с ересью. При Целестине наиболее богатые и культурные области тогдашней Европы — Южная Франция (Окситания) и Северная Италия — были сильно захвачены ересью, и даже в городах Папской области, Орвието и Витебро, она опасно укрепилась.

Добрые христиане слушали Библию, но сами ее не читали. Им было достаточно мессы. Но то там, то здесь возникала потребность слушать или читать Евангелие на родном языке взамен непонятного латинского и вести более строгий образ жизни сообразно евангельским заветам. Такое свободное обращение к Евангелию способствовало возникновению новых учений, одно из которых — альбигойство, или катаризм, стало опасно католичеству не своей догматикой, а моральной силой, основанной на тех же началах, что составляли успех монашества, а именно на стремлении к аскетическому совершенству. Это совершенство требовалось не от всех членов секты, а от ее старейшин и руководителей, которые так и назывались — «совершенные» (parfaits). С другой стороны, успехи катаров в богатых торговых городах поддерживались антиклерикальными настроениями буржуазии, находящейся в борьбе с местным духовенством из-за управления и податных привилегий, которые присвоили себе священнослужители.

Феодальные сеньоры и консулы южнофранцузских городов, не вступая формально в ряды еретиков, явно им благоволили. На этих землях христиане уживались с евреями и мусульманами, не оскорблявшими их веры, католики мирно соседствовали с еретиками, и все они были добрыми подданными своего просвещенного и веротерпимого государя. Здесь духовная власть не могла рассчитывать на власть светскую, а без нее она была бессильна в деле искоренения ереси. В 1196 г. наиболее могущественный сеньор Окситании, Раймунд VI, граф Тулузы и Прованса, был отлучен от Церкви за потворство инакомыслящим.

Папа Целестин стал инициатором и организатором первого военного похода против еретиков-альбигойцев, которым покровительствовала вся южная знать. Первая военная экспедиция переросла в Альбигойский крестовый поход, в правление преемников Целестина уничтоживший высокую окситанскую цивилизацию.

Неожиданно, во время подготовки Четвертого крестового похода, в возрасте 32 лет Генрих VI умер (1197) от дизентерии. Этот выдающийся государь не успел достичь желанных целей: покорить Константинополь и сделать императорскую корону наследственной в доме Гогенштауфенов. На смертном одре он передал своего единственного трехлетнего сына Фридриха под опеку папы, признав одновременно Сицилию папским леном.

Как причудливо распорядилась жизнь! Молодой, полный сил и планов воитель покинул этот мир, все его достижения пошли прахом, а немощный старец, запертый в Латеране, стал его душеприказчиком.

Последний год Целестин прожил в Риме, сосуществуя с римской коммуной: «он жил в Риме, но не был его господином», — и готовясь предстать перед Всевышним. Его душа была спокойна: он наделил своих племянников церковным имуществом и оказался настоящим основателем благополучия этой ветви рода Орсини.