Эффективный Черчилль - Дмитрий Медведев

Разумеется, в первую очередь его не устраивало это с политической точки зрения, поскольку речь шла о верховном главнокомандующем из США. Но также британский премьер считал это решение ошибкой с точки зрения менеджмента. По его мнению, введение должности верховного главнокомандующего всеми операциями западных союзников против Германии внесет неразбериху в существующую цепочку команд между объединенным англо-американским штабом и двумя правительствами. «Расхождения, которые носят в равной мере и политический, и военный характер, должны будут по-прежнему устраняться существующими методами консультаций между объединенным англо-американским штабом и нашими двумя правительствами, — заметил он. — Это означает, что верховный главнокомандующий на практике убедится в ограниченности своих функций, а его действия не будут затрагивать главных политических и стратегических решений, которые должны приниматься только существующими сейчас методами. С другой стороны, если верховному главнокомандующему будет действительно дано право принимать решения, деятельность объединенного англо-американского штаба окажется фактически излишней, и сразу же возникнет напряженность в отношениях между правительствами и верховным главнокомандующим. Не вдаваясь в вопрос о личностях, можно усомниться в том, что найдется такой офицер, который был бы в состоянии принимать решения по огромному кругу проблем, которыми теперь занимаются главы правительств с помощью объединенного англо-американского штаба»^[601].

Рассмотрев доводы британского премьер-министра и еще раз проанализировав ситуацию, американский комитет начальников штабов откажется от своей затеи с единым верховным главнокомандующим и вернется к прежней системе с двумя верховными главнокомандующими на двух театрах военных действий — Средиземноморском и Западноевропейском. Первый возглавил фельдмаршал Гарольд Александер, второй — генерал армии^[602] Дуайт Эйзенхауэр.

Интеграция и координация

Наконец, последний принцип, которым руководствовался Черчилль при формировании организационных структур, заключался в использовании механизмов координации и интеграции различных подразделений.

«Людей следует прежде всего учить „сосредоточиваться на основном“. Это, несомненно, первый шаг, чтобы избавиться от путаницы и неувязок, но это только первый шаг, — делился политик своим опытом. — Второй этап — это общее согласование усилий путем полной координации, когда всякая, даже самая малая часть действует все время на полную мощность»^[603].