В погоне за Одином - Пер Лиллиестрем

Тур. Кроме Снорри! Ведь при приближении римлян Один бежал не из Танаиса. Снорри совершенно чётко пишет, что город и капище Одина находились на восточном берегу устья пограничной реки. Иными словами, в Азии. Асы были азиатами, а греки нет.

Пер. Мне кажется, что королевские саги Снорри — единственный письменный источник об асах, но их нет среди почти 40 тыс. книг музейной библиотеки в Азове. Как тебе удалось убедить русских поверить Снорри?

Тур. А я и не пытался. Я рассказал о том, что пишет Снорри об Одине и асах. Русские имели об этом весьма смутное представление. Затем я рассказал, что большинство скандинавских историков полагают, будто исторические сведения Снорри — выдумка. Проект археологических раскопок в Азове представлял собой отличную возможность проверить теорию Снорри, который, несомненно, обладал хорошими географическими познаниями. Русские с этим согласились, и тогда я предложил работать вместе.

Пер. И как это русские сами не заинтересовались Снорри?

Тур. Все дело в недостатке связей между Северными странами и Кавказом. В те времена, когда Снорри Стурлусон и Роджер Бэкон писали об асах, два епископа из Армении могли свободно приехать с Кавказа в Исландию, чтобы проповедовать там свою веру, не встречая никаких преград, кроме критики со стороны Римско-католической церкви.

Вопрос был не в том, чтобы убедить российских археологов вести раскопки в Азове. Проблема состояла в том, чтобы избежать критики со стороны норвежских историков. Русские сегодня имеют все основания радоваться свободе слова и сотрудничеству через границы. Я всегда верил в успех, если ученые работают одной командой независимо от места и времени. Я думаю, что Снорри неплохо бы себя чувствовал, если бы оказался в сегодняшней университетской среде и воспользовался современными вспомогательными средствами.

Пер. Я должен сказать, что он был для нас все это время интересным проводником. Ты привык носиться по всему свету в поисках приключений, а Жаклин привыкла ездить вместе с тобой, и для вас это, возможно, не было так важно. А для нас с Элизабет стало большим событием сесть в самолет, чтобы лететь в маленький неизвестный город на юге России. В советские времена Ростовская область была закрытым регионом, даже для российских туристов. А ближайший сосед там — Чечня. Мы так волновались, что, когда сели на наши места в самолет, Элизабет решила выпить для успокоения таблетку и попросила стюардессу на всех известных ей языках принести «agua», «wasser», «water». Стюардесса понимающе улыбнулась и принесла наполненный до краев стакан. Элизабет проглотила таблетку, отхлебнула и тут же поперхнулась — жидкость в стакане оказалась чистой водкой!

А когда мы вышли из самолета в аэропорту города Ростова с миллионным населением, была уже ночь. В аэропорту мы услышали объявление на испанском языке, что здесь недавно побывали бандиты из Чечни — похитители людей. Мы продолжили свой путь в Азов по пустынной дороге среди ночи, но с полицейским эскортом. Мы все не поместились в одну машину, и нам пришлось ехать в другой машине позади вас. Порой и вы, и мерцающие огни полицейской машины исчезали в темноте, а в какой-то момент дорогу преградили вооруженные люди; они обыскали машину, а мы не поняли ни слова.

Тур. Да, признаться, и мы за вас испугались, потому что вы исчезли в темноте. Потом мы узнали, что это был всего лишь обычный патруль: так принимались меры против контрабанды оружия в Чечню.

Пер. А потом мы пережили настоящий шок. Прямо перед въездом в Азов нам пришлось резко затормозить. Вы уже видели подобное годом раньше. На дороге стоял сам мэр Азова, за ним — пятеро конных казаков и целый хор красивых девушек в национальных костюмах. Нам преподнесли свежеиспеченный каравай хлеба. Сам мэр разливал шампанское и приветствовал нас в Азове. Все это было в четыре часа утра.

Эта встреча задала тон всему нашему пребыванию в Азове. Кроме того, ты собрал в Азове удивительную команду очень толковых специалистов. За два месяца, отведенных для проекта, было сделано чрезвычайно много. Нас было всего 20 человек, когда мы собирались за столом в маленькой гостинице города, и 40 человек, когда мы обедали в столовой вместе со студентами.

Как тебе удалось организовать такой сложный проект в России, причем в городе, в котором ты до этого пробыл всего лишь два дня по дороге из горного селения удин?

Тур. Все дело в том, что в эти два дня я познакомился с Сергеем и Анатолием. Они все и сделали. Сергей Лукьяшко, как ты знаешь, — главный археолог Азовского региона, а его старший коллега, Анатолий Горбенко, — директор городского музея. Сергея я встретил у подножия кургана сразу за городской чертой. Он стоял около небольшого костра и жарил рыбу на обед для себя и своих студентов, которые занимались раскопками разграбленного до них кургана. Они пригласили нас с Жаклин отведать свежей рыбы из Дона. Когда мы встретились на следующий день, мне пришла в голову мысль, что этот человек вполне может руководить раскопками, проект которых начал вырисовываться в моей голове, а приветливый и добродушный Анатолий, основатель и директор Азовского музея, может добыть нам все необходимые разрешения.

Через несколько месяцев я встретил Сергея в Париже. Здесь наша дружба еще более окрепла. Сергей пригласил меня на открытие уже упоминавшейся выставки «Золото скифов» в Музее Сернуши^[341] в марте 2001 г. Сергей представлял на этой выставке Азовский музей, поскольку именно этот музей привёз наибольшую часть экспонатов для этой изумительной выставки сокровищ Азовского края. А когда я узнал, что Сергей — главный составитель огромного научного каталога выставки, мне стало ясно, что именно этот российский археолог должен руководить проектом в Азове.

Я открыл каталог и обнаружил, что Сергей был также автором главы «Сарматы и аланы». А может быть, он знал, кто такие асы, которых норвежские ученые поместили в мир сказок? Я нашел ответ на этот вопрос в каталоге еще до того, как сам Сергей узнал о моих интересах. Вот несколько цитат из текста каталога:

«Имеющиеся у нас источники позволяют предположить, что предки алан — асов пришли с востока через Среднюю Азию… Название „аланы“ сохранилось как собирательное наименование сарматских племен, хотя встречаются и другие названия. Этноним „ас“, упоминаемый Птолемеем, встречается в ономастике Танаиса в именах вроде „железный ас“ или „первый среди асов“. Катакомбы конца сарматского периода очень похожи на катакомбы на Северном Кавказе и подтверждают таким образом генетические связи с осетинами (асами или ясами), упоминаемыми русскими летописцами в Средние века».

Пер. Таким образом, он подтвердил тезис Снорри о том, что в районе Азова жили люди, которые называли себя асами. При этом Сергей сделал это задолго до того, как ты рассказал ему про Снорри… А кто еще входил в группу российских археологов?

Тур. Сергей сам пригласил двух коллег из Ростовского государственного университета — профессоров археологии Владимира Яковича и Владимира Максименко, которого мы звали просто Макс. Кроме того, в группу входили два полевых археолога Андрей Масловский и Игорь Белинский. А ректор Ростовского университета приказал перенести экзамены для всех студентов-археологов, чтобы они смогли участвовать в раскопках в Азове вместе со своими профессорами.