Мадам Пикассо - Энн Жирар

Ева не могла представить человека, пожелавшего расстаться с этими двумя великолепными женщинами. Они всегда были откровенны и добры по отношению к ней и не пытались судить ее поступки. «Печально, что они не находят такого же понимания у членов семьи», – подумала она.

– Надеюсь, наш свадебный завтрак все-таки состоится, – сказала она вслух.

– О, дорогая, почему же нет? Пабло без ума от вас, и это прекрасное кольцо безусловно свидетельствует о его намерениях.

На мгновение Ева пожалела о своих словах, но близость к женщине, так хорошо знавшей их обоих, перевешивала любые сожаления.

– Просто у нас появились определенные препятствия.

– Ах да, период траура. Но это время промелькнет так быстро, что вы и не заметите.

– Так или иначе, я немного нездорова. Не знаю, была бы я готова, если бы свадьба состоялась раньше.

Алиса ласково улыбнулась.

– Да, Пабло писал из Барселоны, что беспокоится за ваше здоровье. Но сейчас вы выглядите довольно хорошо. Кроме того, то жуткое происшествие с Фрикой должно было потрясти вас обоих. Мы рады, что вы вернулись в Париж. Вот увидите, здесь все быстро наладится.

Ева с Алисой наблюдали, как Брак и Пикассо, стоявшие поблизости, обнялись и с привычным воодушевлением завязали дружескую беседу.

– Ах, Уилбур! Тебе пора заглянуть к нам и отдать дань уважения моим новым работам, – донесся насмешливый голос Пикассо, который не преминул уязвить Брака своим излюбленным прозвищем.

– Вот видите? – спросила Алиса. – Быть среди друзей – лучшее лекарство для вас обоих.

Ева подумала о том, что впервые за несколько недель она уловила знакомый блеск в глазах Пабло. Среди этих людей, любивших его и признававших его талант, он чувствовал себя как дома. Ева не сомневалась, что теперь он наконец исцелится от болезненных воспоминаний.

В тот момент, когда она подумала об этом, в гостиную вошел Гийом Аполлинер.

– О Господи, – пробормотала Алиса, увидев поэта. – Наверное, я была слишком поспешна в своих выводах. Я не знала, что он придет сегодня вечером.

– Пабло тоже не знал, – отозвалась Ева.

Когда мужчины увидели друг друга, то начали безмолвный танец; оба были преисполнены гордости и бравады, что не предвещало ничего хорошего. Они не разговаривали после кражи «Моны Лизы», и теперь их друзья могли наблюдать, что из этого получится.

– Аполлинер, – наконец произнес Пикассо с коротким кивком, когда стало ясно, что они больше не могут избегать друг друга.

– Пикассо, – кивнул тот в ответ.

Ева чувствовала растущее напряжение. Она хотела подать знак Пикассо, но Алиса осторожно удержала ее руку.

– Пусть разбираются сами, дорогая. Эту рану не исцелишь без прижигания, а оно бывает болезненным.

Мужчины обменялись лишь несколькими фразами, и Ева готова была отдать что угодно, лишь бы услышать их разговор, но шум в многолюдной гостиной был слишком громким. Когда Пикассо направился к Гертруде через комнату, оставив Аполлинера в одиночестве, у Евы появилась идея.

– Ага, – Алиса тихо рассмеялась. – Я вижу, как у вас в голове вращаются маленькие шестеренки. Собираетесь выступить в роли миротворца, не так ли?

– Пабло тоскует по нему, Алиса. Я знаю это. Мы вернулись в Париж, чтобы он мог забыть о своих бедах, но часть его боли вызвана разрывом с Аполлинером.

– В этом есть смысл.

– Но он до сих пор кажется мне слишком неприступным. Я так любила его стихи! У меня подгибаются колени даже от мысли о разговоре с ним. Вы присоединитесь к мне, чтобы я почувствовала себя более уверенно?

– Разумеется.

Аполлинер обнял Алису, а потом пожал руку Еве.

– О, я помню вас. Находчивая костюмерша, неравнодушная к поэзии, – дружелюбно произнес он. – Я слышал о вашей маленькой эскападе в роли гейши. Рад видеть вас снова.

– Я вас тоже, мсье Аполлинер.

– Называйте меня Апо, как делают мои друзья. Насколько я понимаю, вы теперь вместе с Пикассо?

– Мы обручены.

Он удивленно приподнял брови.

– Тогда примите мои поздравления. Надеюсь, вы окажете на него благотворное влияние, и он станет не таким суровым – по крайней мере, с виду.

– Мсье Апо, во вторник я собираюсь утроить небольшой ланч, чтобы отметить наше возвращение в Париж, – сказала Ева, оставив последние слова поэта без внимания. – Все будут рады, если вы тоже придете к нам. Правда, Алиса?

– Ну и ну, – Аполлинер нахмурился. – Не думаю, что Пикассо будет особенно рад, с учетом обстоятельств.

– Нет-нет, он обрадуется. Кроме того, вы будете моим личным гостем.

– Мило и смело, – отозвался Аполлинер. – Должен признаться, у меня возникает искушение.

– Мы с Гертрудой определенно будем рады вашему обществу, – добавила Алиса.

– Значит, решено, – жизнерадостно заключила Ева. – Ну, или почти решено. Мсье Апо, сейчас друзья нужны Пабло больше, чем когда-либо раньше, даже если он еще не вполне понимает это.

– А вы собираетесь позаботиться о том, чтобы он получал все необходимое.

– Можете считать, что так, – заверила Ева.

По возвращении домой Ева быстро отправилась в постель и ждала там Пикассо, пока он раздевался.

– Ты хорошо провел время сегодня вечером? – спросила она.

– Приятно было встретиться со старыми знакомыми.

– Даже с Аполлинером?

– Я вряд ли мог избежать встречи с ним, особенно с его-то ростом!

Хотя его голос звучал нейтрально, Еве показалось, что она уловила намек на нежность. Нужно было использовать удобный момент.

– Я пригласила его на ланч во вторник. Надеюсь, ты не будешь возражать. Алиса и Гертруда тоже придут.

На какое-то мгновение Еве показалось, что Пикассо готов обрушиться на нее с упреками за двойную игру. Он по-прежнему был сам не свой после смерти Фрики. Ева задержала дыхание в наступившей тишине. Пикассо молча вышел из спальни и вернулся с блокнотом для эскизов и угольным карандашом. Ева промолчала, когда он откинул одеяло и увидел ее обнаженной.

– Когда они придут?

– В час дня.

Пикассо уселся со скрещенными ногами у подножия кровати и начал рисовать. Она старалась лежать неподвижно, но это было трудно под его напряженным взглядом, перемещавшимся взад-вперед, от нее к бумаге и обратно. Она наблюдала, как он набрасывает контуры и заштриховывает их, пока не увидела силуэт женщины, обретавший на листе бумаги форму. Впервые за несколько недель она ощутила истинную близость между ними.

– Подними руки над головой на подушке. Это придаст лучшую форму прекрасным изгибам твоего тела.