Из СМЕРШа в ГРУ. "Император спецслужб" - Анатолий Терещенко

Об одном из талантливых операторов радиоразведки в годы войны, накануне 60-летия разгрома немцев на Курской дуге, рассказал в прессе ветеран ГРУ, полковник в отставке И. Л. Бурнусов. Речь шла об Александре Алексеевиче Зиничеве, ставшем со временем доктором технических наук.

Александр Зиничев воевал под Курском и проходил службу в одном из радиодивизионов, который дислоцировался в районе Ржевского выступа. Обороняла этот район 9-я немецкая армия. Работать оператору приходилось в сложных условиях. Вспоминая те дни, сам А. А. Зиничев рассказывал:

«Весь эфир до отказа был забит интернациональной смесью радиосигналов. Рядом с аккуратным немцем торчал разухабистый итальянец, которому ничего не стоило пустить какую-нибудь шуточку открытым текстом своему напарнику. А между ними, словно пытаясь растолкать соседей локтями, вылезал со своей тарабарщиной венгр. На западном же направлении эфир продолжал оставаться относительно спокойным. Лишь изредка нарушала его покой радиостанция опергруппы штаба 9-й германской армии».

Сержант Зиничев научился по почерку отличать одного из радистов узла связи штаба 9-й армии. Этот радист в буквах «Q» и «Z» чуть-чуть затягивал второе тире. Поэтому звуки, передававшие эти буквы, звучали более мелодично. Зиничев уловил эту особенность почерка радиста и назвал его Иоганном. Через некоторое время сержант выявил особенности почерка второго радиста из штаба 9-й армии и присвоил ему псевдоним Луиза. При прослушивании этого радиста Зиничеву невольно виделось тонкое кружево без единого лишнего узелка. Даже символ конца сеанса связи он передавал в полном соответствии с правилами радиообмена как «Sk».

Позже Зиничеву удалось выявить «особые приметы» и в почерке третьего немецкого радиста. В середине февраля 1943 года радиосеть 9-й армии активизировала свою работу в эфире. К тому времени командование вермахта, опасавшееся, что на Ржевско-Вяземском выступе может повториться операция по окружению немецких войск, как это произошло под Сталинградом, отвело 9-ю армию на рубеж обороны Спас-Деменск — Духовщина. Радиостанции штаба, разместившегося на новом рубеже обороны, оказались более мощными по сравнению с прежними.

Зиничев определил их пеленги и внимательно прослушивал. Позывные радистов 9-й армии звучали уверенно и четко. Однако, как установил Зиничев, в эфир выходили не те радисты, которые прежде работали на узле связи этой армии. Иоганн и Луиза исчезли. Зиничев вновь и вновь прослушивал эфир, пытаясь понять, куда же делись его «подопечные» немцы и что же на самом деле произошло с 9-й армией противника.

Однажды после очередной работы в эфире Зиничев пришел к выводу, что радиограммы, передававшиеся от имени штаба 9-й армии, никто не принимает. Кроме того, он заметил, что при сбоях, происходивших во время работы в эфире радистами 9-й армии, принимавшая их сторона не просила повторить те части радиограмм, которые терялись в эфире из-за радиопомех. Несмотря на явные сбои, в эфире звучали сообщения об успешном приеме очередного послания и завершении сеанса связи.

Объяснить такое отношение к содержанию радиосообщений можно было только тем, что оно никого не интересовало. Для участников этих радиосеансов, пришел к выводу Зиничев, было важно другое — демонстрировать в эфире интенсивный радиообмен, который однозначно свидетельствовал о присутствии немецкой 9-й армии на этом участке фронта.

Зиничев подумал о том, что противник целенаправленно стремится убедить советскую радиоразведку в том, что изменений в дислокации армии не произошло и не происходит. Это была хорошо продуманная и неоднократно подтвержденная в эфире дезинформация. Сержант сделал вывод: 9-я армия скрытно переброшена в другое место, и доложил о своих выводах командиру радиодивизиона…

Продолжая наблюдать за эфиром, он через несколько дней выявил работу новой радиостанции противника. Она находилась на значительном удалении. Прослушивая ее, он узнал почерк радиста Иоганна. В последующие дни Зиничев установил радиопеленг своего старого знакомого оператора из узла связи 9-й армии. Она находилась на другом участке фронта, в районе Курской дуги. Донесение Зиничева заинтересовало командующего фронтом. Сержант был вызван в штаб. Он рассказал генералу про Иоганна и Луизу. Командующий усомнился в доводах сержанта и спросил:

— Вы действительно научились различать немецких радистов по «почерку»?

— В общем-то, научился, товарищ генерал, — ответил Зиничев.

— Сейчас мы это проверим, — сказал начальник штаба фронта.

Зиничев был подвергнут необычному экзамену. Проверка состояла из двух этапов. Первый — ознакомительный. На этом этапе сержант получил возможность прослушать работу в эфире нескольких радистов штаба фронта. Второй этап был самым сложным. Зиничев должен был определить условный номер радиста, работавшего на ключе. Экзамен проходил в присутствии генерала и офицеров штаба фронта. И вот сержант приступил к работе. Она продолжалась не более двадцати минут. За это время по приказанию генерала несколько радистов отстучали на передатчике свои короткие послания. Каждому радисту был присвоен определенный номер, соответствовавший какому-то условному немецкому соединению.

Начался второй этап испытания. Радисты в ином, никому не известном порядке, стали снова выходить в эфир. Александр каждый раз правильно определял условный номер работавшего радиста.

Генерал был удивлен и удовлетворен результатами проведенного по его приказу эксперимента. Через несколько дней Александра перевели в радиодивизион в районе Курска. Сержант должен был установить расположение 9-й немецкой армии. Перед отъездом к новому месту службы старшина дивизиона приказал Зиничеву подготовить перечень деталей, которые необходимо было получить на складе для замены на пеленгаторе. Зиничев составил этот список, включив в него необходимые ему для работы и замены детали. Просьба показалась старшине неубедительной и малозначительной.