Русская история в легендах и мифах - Матвей Гречко

В 1894 году Ленин признался, что за год, если не считать обязательных выступлений в суде, он не заработал даже столько, сколько стоит помощнику присяжного поверенного выборка документов.

На какие же доходы жил пламенный революционер? Все просто: родители помогали. Известно, что и Мария Александровна, и мать Надежды Константиновны обе получали пенсию за своих мужей – и это несмотря на то, что оба покойных чиновника отличались демократическими убеждениями. Кроме того, Мария Александровна получала доход с доставшегося ей от отца имения Кокушкино.

Был еще и третий источник доходов: хутор близ деревни Алакаевка в Самарской губернии, занимавший более 80 десятин. Его, продав дом в Симбирске, купила Мария Александровна при посредстве Марка Елизарова – тогда еще жениха Анны Ильиничны. Мать Ленина планировала, что ее дети будут вести хозяйство, но Владимир Ульянов посчитал, что это ставит его в «ненормальные отношения» с крестьянами. А надо добавить, что в Алакаевке крестьяне жили очень бедно: на 34 двора приходилось лишь 65 десятин земли, причем 5 семей вообще никакой земли не имели.

Так, может быть, Владимир Ильич осуществил на практике лозунг большевиков – «Земля – крестьянам»? Ничуть не бывало! Он сдал хутор в аренду некоему предпринимателю Крушвицу и в течение семи лет получал с него арендную плату, ну а сам… Сам он принялся за написание своей первой работы: «Новые хозяйственные движения в крестьянской жизни».

Лет через десять Ульяновы продали хутор за ту же сумму, что и приобрели.

Частная жизнь и «коммунистическое отношение к труду»

«Знания нужны в жизни, как винтовка в бою», – уверенно заявляла Надежда Константиновна в 1920-е годы, обращаясь к юным ленинцам. А вот несколько цитат из семейных писем, адресованным четой Ульяновых к Маняше – младшей сестре Владимира Ильича – двадцатью пятью годами раньше.

«С твоим взглядом на гимназию и занятия – я согласиться не могу… Мне кажется, теперь дело может идти самое большее о том, чтобы кончить. А для этого вовсе не резон усиленно работать… Что за беда, если будешь получать тройки, а в виде исключения и двойки?.. Иначе расхвораешься к лету не на шутку. Если ты не можешь учить спустя рукава, – тогда лучше бросить и ехать за границу. Гимназию всегда можно будет кончить, – а поездка теперь освежит тебя, встряхнет, чтобы ты не кисла очень уж дома. Там можно поосмотреться и остаться учиться чему-нибудь более интересному, чем история Иловайского или катехизис Филарета», – поучал сестру старший брат в 1895 году.

Крупская писала ей аналогичные вещи:

«Ты совсем в других условиях живешь. “Хлебное занятие”, не знаю, стоит ли к нему готовиться, думаю, не стоит, а если понадобятся деньги, поступи на какую-нибудь железную дорогу, по крайней мере отзвонил положенные часы и заботушки нет никакой, вольный казак, а то всякие педагогики, медицины и т. п. захватывают человека больше, чем следует. На специальную подготовку время жаль затрачивать…» (3 сентября 1899 года).

Наука и революция. Философский пароход

В 1922 году Ленин потребовал от чекистов собирать систематические сведения обо всех профессорах и писателях. «Все эти явные контрреволюционеры – пособники Антанты, организация ее слуг и шпионов и растлителей учащейся молодежи; почти все – законнейшие кандидаты на высылку за границу. Их надо излавливать постоянно и систематически высылать». За десять дней до инсульта он отправил в Дзержинскому инструкцию «О высылке за границу писателей и профессоров, помогающих контрреволюции».

Первая группа изгнанных получила в истории название «философский пароход», но на самом деле таких пароходов и поездов было несколько. На человека дозволялось взять одно зимнее и одно летнее пальто, один костюм, две рубахи, одну простыню. Никаких драгоценностей, даже нательных крестов, ни одной книги.