Наталия Гончарова. Любовь или коварство? - Лариса Черкашина

И с седою бородой,

Потрясая небесами,

Облака сжимал рукой.

Такими стихами написаны многие оды, особливо анакреонтические, некоторые идиллии, песни и другие сочинения.

О стихе дактилическом

Шестистопных и пятистопных дактилических стихов нет, четырехстопные употребляются редко, а по большей части трехстопные и двухстопные. Женский дактилический стих […] […]

Будь нам начальником вечно

Наши зажег ты сердца

Мы в тебе видим отца

[…]

звезду златую

Смерть сорвала

Есть стихи, в коих только последняя строка дактиль, а все прочие хореические. Рифм они не терпят и в старину были очень употребительны.

Несчастный или счастливый друг, отец, сын или могучий богатырь, томящийся в полону у неверных, или жаждущий сразиться с врагами отечества, но удерживаемый горами и реками, […] […] почти в таких же стихах […] […] чувства своей радости […] негодования […] употребив сию меру стихов в богатырской сказке: Илья Муромец. Вот из нее отрывок:

Не хочу я на Парнасс идти,

Нет! Парнасс гора высокая,

И дорога к ней не гладкая,

Я видел, как наши Витязи,

Наши стихо-рифмодетели,

Упиваясь одопением,

Лезут на вершину Пиндову,

Обступаются и вниз летят

Не с венцами и не с лаврами,

Но с ушами (ах!) ослиными

Для позорища насмешки.

Стихи дактилические […] одинаковой меры и даже без рифм.

Воют осенние ветры

В мрачной дубраве

С шумом на землю валятся

Желтые листья.

О стихе дактило-хореическом

Шестистопными и пятистопными стихами дактило-хореическими писали старинные наши стихотворцы. Гекзаметры их в первых четырех стопах имели все дактили или все хореи или перемешивались по произволу стихотворца, но последняя стопа в стихе была всегда хорей, а предпоследняя дактиль. Рифм они не имели и в старину были употребительны. Напр.:

Сей престарелый […]

Долгая даже за перси брада седая

Четырехстопные дактило-хореические стихи столько же свойственны нашему языку и столько же приятны для слуха, сколько ямбические и хореические […] перемешиваются с хореем, который ставится в них на конце и в средине. Напр.:

Многие Барды Лиры настроя,

Смело играют, поют;

Звуки их лиры, гласы их песней

Мчатся по рощам, шумят.

О стихе анапесто-ямбическом

Анапесто-ямбические стихи хотя редко употребительны, но есть шестистопные, пятистопные и даже четырехстопные […] с рифмами и без […] быть если бы и анапесты, но в шестой непременно дактиль и потом хореический слог. Напр.:

О Боже! подаждь, со спокойствием нам

[…]

Да во свет с тобою немерцающем, дух наш

[…]

Четырехстопные

Над кем при унылом там лика стенаньи

Синклит совершает обряд гробовой?

При томном тимпане и флейт воздыханьи,

Чей прах предается утробе земной!

Или

Дни юности! быстро вы, быстро промчались!

Исчезло блаженство, как призрак во мне,

А прежние скорби на сердце остались,

Зачем же и сердце оставлено мне?

О стихах по слогам

Стихи по слогам определялись не числом стоп, но числом […] Цезуры в них нет, имели рифму, а тогда и без оной. Напр.:

Ездок, что в чужой земле ему неизвестной

Видит на пути своем лес вокруг себя тесный

Реки, болота, юры и страшны стремнины,

И, оставя битый путь, ищет пути ины.

О неровных стихах

Неровными стихами называются те, кои не одинаковое число стоп в себе заключают. Такими стихами по большей части пишутся басни и сказки.

Басня

СОЛОВЕЙ, ГАЛКИ И ВОРОНЫ

Прошедшею весною

Вечернею зарею

В лесочке сем певал любезный соловей.

Пришла опять весна; где друг души твоей?

Ах, нет его! Зачем он скрылся?

Зачем?., в лесочке поселился.

Хор галок и ворон. Они и день и ночь

Кричат, усталости не знают,

И слух людей (увы!) безжалостно терзают.

Что ж делать Соловью? лететь подале прочь. —

Жестокие врали и прозой и стихами!

Какому Соловью петь можно вместе с вами!»

«С ТОБОЙ ВДВОЁМ»

Вместе с поэтом: именины и дни рождения Натали Пушкиной

26–27 августа 1831 года.

Натали празднует свое девятнадцатилетние на даче в Царском Селе впервые вместе с мужем.

Пушкин завершает работу над «Сказкой о царе Салтане…» И не красавица жена ли предстает в образе волшебной царевны Лебедя?

Днем свет божий затмевает,

Ночью землю освещает —

Месяц под косой блестит,

А во лбу звезда горит.

А сама-то величава,

Выступает, будто пава;

Сладку речь-то говорит,

Будто реченька журчит.

26–27 августа 1832 года.

Натали — двадцать лет. Пушкины, вероятно, отмечают торжество в домашнем кругу в Петербурге, на Фурштатской. Поздравить любимую внучку приехал дедушка Афанасий Николаевич Гончаров.

26–27 августа 1833 года.

Ей — двадцать один год. Пушкин отправляет жене поздравления из Москвы:

«Поздравляю тебя со днем твоего ангела, мой Ангел, целую тебя заочно в очи…»;

«Вчера были твои именины, сегодня твое рождение. Поздравляю тебя и себя, мой ангел. Вчера пил я твое здоровье у Киреевского с Шевыревым и Соболевским; сегодня буду пить у Суденки».

Письма адресует: «Наталье Николаевне Пушкиной в Петербург, на Черной речке, на даче Миллера».

Но прежде, 21 августа, из Павловского, тверского имения Вульфов, поэт пишет супруге: «Письмо это застанет тебя после твоих именин. Гляделась ли ты в зеркало, и уверилась ли ты, что с твоим лицом ничего сравнить нельзя на свете, — а душу твою люблю я еще более твоего лица. Прощай, мой Ангел, целую тебя крепко».

26–27 августа 1834 года.

В начале августа Пушкин в Петербурге. «Дай Бог приехать мне к твоим именинам, я и тем был бы счастлив», — делится со своей Наташей надеждами и опасениями.

Поэт приехал в Полотняный Завод чуть раньше, 21 августа. Здесь вместе с братом Дмитрием Гончаровым и сестрами отпраздновали именины и день рождения Наталии Николаевны, — ей исполнилось двадцать два года.