Прекрасные авантюристки - Елена Арсеньева

Десять лет спустя, после того как в Алексеевском равелине умерла обольщенная графом Орловым самозванка, в 1785 году была привезена в Москву подлинная Елизавета-Августа Дараган, также оставшаяся в документах под фамилией Таракановой и порою, в рассказах людей несведущих, подменявшая собою «принцессу Владимирскую». Эта Елизавета-Августа была помещена под именем Досифеи в московский Ивановский монастырь, который предназначался «для призрения вдов и сирот знатных и заслуженных людей». Там она жила в полнейшем уединении, даже церковное богослужение совершалось для нее одной. При этом она имела отдельный, богатый и изысканный стол и особые места для прогулок. На ее содержание отпускалась казначейством значительная сумма. В смирении и безропотности она прожила до 1808 года.

Слухи о ней, конечно, ходили по Москве, и граф Алексей Орлов пребывал в убеждении, что в Ивановском монастыре, совсем недалеко от него, доживает свой век жертва его предательства, другая Елизавета… Должно быть, неприятные воспоминания все же тревожили его временами, потому что он до конца жизни своей никогда не ездил мимо Ивановского монастыря, а если все-таки непременно нужно было проехать, то делал изрядный крюк.

* * *

Несколько лет спустя после описываемых событий некий человек по имени Григорий Винский[62]за какую-то неблаговидную историю был на время заключен в одну из камер Алексеевского равелина Петропавловской крепости. От нечего делать он бродил по своему новому обиталищу, осматривая его, и вдруг увидел, что на оконном стекле нацарапаны алмазом слова:

«O Dio mio!»

Разумеется, слова эти ничего ему не говорили, а между тем ими закончилась последняя сказка Шахерезады.