Украина - противостояние регионов - Александр Широкорад

Годы 1930 1931 1932 1933

Валовой сбор зерна 1431,3 1100,0 918,8 1412,5

Сдано государству 487,5 431,3 255,0 317,0

В % к валовому сбору 34 39,2 27,8 22,4

Из таблицы видно, что на Украине от урожая 1932 г. зерна оставалось 663,8 млн. пудов, а в 1933 г. — 1 млрд. 95,5 млн. пудов. Если учесть, что на Украине в это время проживало немногим менее 30 млн. человек (по переписи 1926 г. — 29 млн.), то надушу населения приходилось в 1932 г. — 21,1 пуда, а в 1933 г. — 36,5 пуда. Количество оставшегося в хозяйствах зерна соответствовало научно обоснованным нормам: 20-25 пудов (320-400 кг) на человека.

«Объективный фактор — засуха, обусловившая недобор хлеба, — был дополнен и усилен субъективными факторами, главными из которых стали экономические диверсии кулачества — класса сельской буржуазии.

До осуществления массовой коллективизации кулак определял в основном экономическую жизнь страны. К 1930 г. в СССР насчитывалось 5-7% кулаков, которые контролировали около 20% рынка зерна, а в целом 56% продажи сельскохозяйственной продукции. Рядом с кулаком находилось 27 млн. безлошадных крестьян. Из них 2,7 млн. (27%) крестьян вообще оказались без земли и, чтобы выжить, вынуждены были батрачить на кулака, для которого и национализированная земля не являлась препятствием для расширения своего хозяйства и сохранения хищнического образа жизни.

"Свободные" СМИ характеризуют кулачество как лучшую часть крестьянства. Справедлива ли такая оценка? Да, кулаки — это весьма энергичные, деловые и работоспособные люди. Они были несколько выше основной массы крестьян и по уровню образования. Однако современные СМИ, обслуживающие "прихватизаторов", закрывают глаза на то, что кулак — это эксплуататор, чаще злобный и беспощадный стяжатель. На эту сторону (нравственно-психологическую) обратил внимание в последней трети XIX века весьма наблюдательный российский помещик Энгельгардт (по всей вероятности, входивший в родню известного помещика-крепостника, к которому принадлежала семья Тараса Шевченко). В своих письмах-заметках Энгельгардт выделял в социальной психологии кулака властность, жестокость, эгоизм, необузданную страсть к стяжательству.

В таком же нравственно-психологическом ключе рисует образ кулака профессор Е. Дилон, проживший несколько десятков лет в России. Ученый писал, что "из всех монстров, которых мне приходилось когда-нибудь встречать во время путешествия (по России), я не могу вспомнить более злобных и отвратительных, чем кулак".

Кулаки прятали хлеб, а часто и гноили, ждали момента, когда его можно было бы продать по бесконтрольным ценам. Своим примером они заражали других зажиточных крестьян и середняков. Хотя удельный вес кулачества среди крестьянства был незначительный (5-7%), однако сила его политического и психологического влияния на односельчан становилась неизмеримо выше их численности. Следуя примеру и призывам кулаков, сопровождаемым террором, многие крестьяне отказывались сдавать хлеб государству. Так, крестьянин П. Васильевского сельсовета (Харьковская обл.), не сдав ни одного килограмма, спрятал хлеб в ямы. Там его было обнаружено около двух тонн.

В справке информационного сектора оргинструкторского отдела ЦК КП(б)У от 9 февраля 1933 г. приводятся данные о том, что в Васильковском сельсовете (Харьковская обл.) крестьянин-единоличник Яковец Влас, "имея в пользовании 4,45 га посевной площади, не сдал ни одного килограмма хлеба, но бросил детей, которые сейчас нищенствуют".

Бригада по хлебозаготовкам обнаружила в его хозяйстве 19 центнеров зерна, закопанного в яму.

Аналогичные факты были выявлены и в других регионах республики. К примеру, в Донецкой области, в селе Алексеевка, кулак Нешерет Трофим умер от голода, но вскоре у него нашли яму с зерном кукурузы, большая часть которого погибла. В селе Макартянино у единоличника Стрельцова Семена, заявлявшего, что голодает, было обнаружено 8 пудов ржи и 3,5 пуда кукурузы. У колхозницы Юрченковой, которая жаловалась на то, что пухнет от голода, было обнаружено 8 пудов ржи...

В 1928 г. на Украине было совершено около 500 террористических актов. В 1929 г. активность подрывных сил не убавилась. Только во второй половине года правоохранительные органы республики зарегистрировали 290 террористических актов.

В оперативном приказе № 2 по ГПУ УССР от 13 февраля 1933 г. говорится: "Организованный саботаж хлебозаготовок, осеннего сева, организованное массовое воровство в совхозах и колхозах; террор в отношении наиболее стойких коммунистов и активистов села; переброска на Украину осенью прошлого года десятков петлюровских эмиссаров, распространение контрреволюционных петлюровских листовок, в особенности на Правобережье, и анализ агентурных материалов говорили за безусловное существование на Украине организованного контрреволюционного подполья, связанного с закордоном и контрразведками, главным образом польским Генштабом"[203].

Органами госбезопасности Украины в 1932 г. было вскрыто разветвленное антисоветское подполье, охватившее около 200 районов, 20 железнодорожных станций и депо, а также пунктов пограничной полосы. Только в Киевской и Черниговской областях было изъято 3500 единиц огнестрельного оружия»[204].

Сколько же погибло людей в ходе «голодомора»? До 1991 г. западные советологи приводили самые разнообразные цифры. Так, Дейл Даримал называл цифру 5,5 млн. человек; Николай Приходько, кстати, в годы войны сотрудничавший с немцами, — 7 млн. человек; У.Х. Гамберлен и Е. Лионе — 6-8 млн. человек; Ричард Сталет — 10 млн. человек; Хосли Грант — 15 млн. человек.

А в украинских СМИ недавно прозвучала новая цифра жертв «голодомора» — аж 25 млн. человек! Если учесть, что кампания по «голодомору» на Украине продолжает набирать обороты, то, видимо, упомянутая цифра, которую впору заносить в Книгу рекордов Гиннесса, — не предел.

На самом деле статистические данные по Украине таковы: в 1932 г. умерло 668 тыс. человек, в 1933 г. — 1 млн. 309 чел., то есть за два года — 2 млн. человек. Если из этой цифры исключить число умерших по естественным причинам, то от голода умерли 640-650 тыс. человек, а не 9-10 миллионов и уж тем более не 25 миллионов, как утверждают самостийные СМИ[205].

Как писал Г.С. Ткаченко: «"Оранжевые", стремясь любой ценой утвердить в общественном сознании миф об искусственном голоде как геноциде украинского этноса, идут на всевозможные фальсификации, включая и извращения статистических данных о народонаселении. Они запустили "жирную утку" о том, что в СССР, в соответствии с якобы переписью населения в 1926 г., проживало 81 195 млн. украинцев и только 77 млн. русских, а в 1939 г. русских стало намного больше, но украинцев осталось лишь 28,1 млн.