История папства - Джон Джулиус Норвич

В этот момент папа сумел убедить делегатов перебраться во Флоренцию. Он ссылался на то, что в Ферраре по-прежнему продолжалась эпидемия, но истинные причины почти наверняка коренились в финансовых вопросах: собор заседал уже восемь месяцев, и конца его не предвиделось, и это наносило все более серьезный ущерб папской казне. Во Флоренции же, с другой стороны, как можно было надеяться, Медичи помогли бы преодолеть эти затруднения. Однако переезд во Флоренцию давал и другие преимущества. Когда в конце февраля 1439 года заседания собора возобновились, греки, усталые, озабоченные, истосковавшиеся по дому и, что весьма вероятно, изголодавшиеся, похоже, были готовы к компромиссу куда более, нежели в предыдущем году В конце марта они согласились с тем, что латинская формула, согласно которой Святой Дух исходит от Бога Отца и Бога Сына, означает то же самое, что и греческая формула, Святой Дух исходит от Отца через Сына. Вскоре после этого прорыва патриарх Иосиф наконец умер; как недоброжелательно заметил один наблюдатель, что ему еще оставалось делать после случившегося?

С урегулированием вопроса о filioque другие важные проблемы стали решаться достаточно быстро. Греки не одобряли католического учения о чистилище и употреблении опресноков при евхаристии. Они также сетовали по поводу латинской практики давать причастие хлебом и вином^[186] мирянам и запрета жениться белому духовенству. Однако по поводу всего этого настоящей борьбы не последовало. Вопрос о папской супрематии мог бы в другое время вызвать трудности, но со времен Базельского собора он стал довольно деликатным предметом и о нем старались говорить как можно меньше. Во многом благодаря усилиям самого императора, который пустил в ход все свое красноречие, а равно и угрозы, чтобы добиться согласия своих подданных, по всем важнейшим пунктам соглашение было достигнуто, и в воскресенье 5 июля 1439 года Акт об унии, который являл собой немногим более чем декларацию позиции латинян, если не считать одной или двух уступок, разрешавших следовать греческому обычаю, подписали православные епископы и настоятели за исключением митрополита Эфесского, который выразил свое категорическое несогласие, однако Иоанн не позволил ему использовать свое право вето. Затем свои подписи поставили латиняне, а на следующий день об унии было принародно объявлено в кафедральном соборе Флоренции. Сначала его прочитал на латинском языке кардинал Чезарини, а затем на греческом митрополит Никейский Виссарион. Латинская версия начинается со слов «Laetentur coeli!» («Да возрадуются небеса!»); но небеса, как вскоре стало ясно, увидели мало причин для радости.

* * *

Папа Евгений одержал большую победу. По крайней мере на бумаге он вернул православную церковь в лоно церкви римской^[187]. Делая это, он утверждал свою личную супрематию. Радикальные сторонники Базельского собора пребывали в неописуемой ярости. Сначала они приостановили полномочия Евгения, потом низложили его, а затем наконец, 5 ноября 1439 года, избрали антипапу — герцога Амадея VIII Савойского, который стал в этом смысле совершенно неожиданной фигурой. Амадей был глубоко верующим мирянином, основателем (и одним из членов) ордена рыцарей-отшельников на Женевском озере. Он принял папский сан с величайшей неохотой, взяв имя Феликса V (1439-1449); однако вскоре у него появились причины пожалеть о своем решении, поскольку никто не воспринимал его всерьез. Собор же добился только того, что выставил себя на посмешище. С этого момента делегаты начали постепенно разъезжаться, хотя еще время от времени заседали до 1449 года.

После девятилетнего отсутствия, в сентябре 1443 года, папа Евгений возвратился в Рим и взялся за преодоление последствий схизмы, в чем ему оказал неоценимую помощь его друг Эней Сильвий Пикколомини. Будущий папа Пий II, Пикколомини, хотя и был в то время еще мирянином, стал одним из ближайших советников антипапы Феликса; однако теперь он сменил позиции, и благодаря его дипломатическому искусству в 1447 году германские князья единодушно высказались в пользу Евгения — и как раз вовремя, поскольку через неделю или две он скончался. Его шестнадцатилетнее правление не было легким: более половины оного понтифик провел во флорентийском изгнании. Однако долгая борьба с Базельским собором завершилась победой; никогда более папской супрематии не бросали вызов внутри самой церкви.