Воин эпохи Смерша - Анатолий Терещенко

Перрон, вагон. Он с женой и дочерью Галиной, родившейся в 1939 году, в купе пассажирского поезда, уходящего на северо-запад Советского Союза по маршруту Москва – Рига…

Молодого военного контрразведчика направили в распоряжение руководства Особого отдела по Прибалтийскому особому военному округу, штаб которого располагался в Риге.

По прибытии в латвийскую столицу молодого специалиста принял заместитель начальника Особого отдела НКВД по Прибалтийскому особому военному округу полковник Алексей Никитич Асмолов. Он внимательно выслушал подчиненного, высоко оценил его уровень образования – как-никак закончил институт! В то время такие оперативники были редкостью, – четыре, семь классов за плечами в основном, в лучшем случае средняя школа. Полковник вкратце рассказал о сложностях оперативной обстановки в Прибалтийских республиках, националистических проявлениях и бандитизме.

– Мы вам поручаем один из непростых гарнизонов в Литве, стоящий на границе с бывшей Восточной Пруссией, – предложил место службы новоиспеченному контрразведчику полковник А.Н. Асмолов. Он сам только что (в 1939 году) закончил Военную академию им. М.В. Фрунзе и получил направление на руководящую работу в органы НКВД.

Вот так Александр Шурепов вместе с семьей прибыл в глухой приграничный гарнизон небольшого литовского городка Вилкавишкис (до 1917 года город назывался Вилковишки. – Авт.), расположенного на юго-западе Литвы, в двух десятках километров от уездного центра Мариямполе. Город утопал в зелени деревьев, кустарников и клумб и был опутан паутиной незнакомых улиц, улочек и переулков.

Кирпичные дома командного состава (раньше его называли офицерским) располагались сразу же за гарнизонной оградой. Шурепову и ряду других командиров выделили отдельные домики-дачи, стоящие рядом с казармами для личного состава.

Домашний скарб пришлось приобретать на месте – от столов и стульев до кроватей и гардероба. Благо крайне необходимую посуду привезли с собой…

Александр сразу же обратил на себя внимание командиров и политработников гарнизона. Возле своего домика он выстроил настоящую мини-спортплощадку: поставил перекладину, положил рядом с ней разной тяжести обрезки арматуры и изготовил примитивную шведскую лестницу для подкачки пресса.

Они вместе с женой рабочий день начинали с физзарядки: разминка, пробежка занятия со спортивными снарядами.

Как-то старший политрук гарнизона Клоков Иван Иванович заметил:

– Впервые вижу чекиста, так заботящегося о поддержании физической формы, и такую здоровую семейную пару. Браво таким людям. Вы – достойный пример нашим командирам, у которых порой ремни держатся только благодаря помощи портупеи.

Скоро на «частной спортплощадке» появилась штанга и двухпудовые гири, с которыми Шурепов упражнялся настолько легко, что со стороны казалось, что они деревянные.

Командование среагировало правильно. Скоро весь гарнизон начинал служебный день с таким размахом зарядки, воплощенной идеей армейского чекиста, что личный состав части заметно преобразился подтянутостью и дисциплиной.

– Вы хотите, чтобы отведенное для жизни время согнуло вас в знак вопроса? Думаю, ответ вполне ожидаемый – нет! Так занимайтесь физкультурой, – говорил он часто подчиненным.

Александр понимал, что такие физические нагрузки нужны ему не только для роста мышечной массы, но и для закалки организма, – грозное будущее требовало быть в форме. Да и длительная привычка обитания в большом спорте просила такого выхода.

Время действительно было тревожное. Война уже дышала не в спины, а в лица личного состава, служащего в западных гарнизонах РККА.

А что касалось внутриполитического и экономического развития СССР, оно оставалось сложным, запутанным и противоречивым. Это объяснялось усилением культа личности Сталина, всевластием и вседозволенностью партийного руководства, дальнейшим укреплением бюрократизации и централизации управления.

Развитие СССР определялось заданиями третьего пятилетнего плана (1938 – 1942), утвержденного XVIII съездом ВКП(б) в марте 1939 года с амбициозным лозунгом: «Догнать и перегнать по уровню производства продукции на душу населения развитые капиталистические страны».

Как-то, обсуждая обстановку в стране, Александра Федоровна заметила:

– Саша, конечно, эта установка чисто идеологическая. Далеко нам до взятия такого рубежа.

– Будем стараться взять его, – ответил супруг. – Смотри, какая армия квалифицированных рабочих готовится через ФЗО и ремесленные училища. И армию подчищают. За просчеты в войне с Финляндией отправили в отставку Ворошилова и назначили наркомом обороны маршала Тимошенко.

И действительно, накануне войны среди населения развернулась массовая работа по повышению обороноспособности: велась допризывная подготовка учащихся старших классов, активизировалась деятельность Общества содействия обороне, авиационному и химическому строительству (ОСОАВИАХИМ), работали кружки противовоздушной обороны, открывались курсы обучения медицинских сестер и санитаров.

Партийное руководство и лично Сталин уделяли особое внимание патриотическому воспитанию граждан Советского Союза.

Все делалось в правильном направлении, только, к великому сожалению, с запозданием на несколько лет.

* * *

Два первых постреволюционных десятилетия в Советском Союзе – наверное, единственный пример в истории мирового искусства, когда восхищение трудом, спортом и армией приняло искренний, повальный, массовый характер.

Поэт Василий Александровский в стихотворении «Рабочий», именно этого периода, пишет: