Катуков против Гудериана - Виктор Прудников

В годы Первой мировой войны уже осуществлялась переброска войск к местам боевых действий. Но такие операции проводились в условиях позиционной обороны. Теперь же задача усложнялась, переброски предстояло производить в условиях маневренной войны.

Во всех организационных вопросах, касающихся поставленной задачи, Гудериан находил непосредственную поддержку командира батальона майора Лутца, с которым он проработал много лет и которому был во многом обязан своим продвижением по службе.

При разработке планов использования автомобильных войск возникало немало чисто технических проблем. Например, бензосклады. Сколько их надо было иметь? Ответ напрашивался сам — исходить следует от количества имеющейся техники. За бензоскладами потянулась целая цепь специальных сооружений для транспорта — гаражи, автомастерские, заправки. И все это должно обслуживаться подготовленным техническим персоналом.

Однако техническое обслуживание моторизованных войск в условиях маневренной войны — это еще не решение всей проблемы. Войска еще надо было охранять. И наиболее эффективным средством охранения могли быть лишь бронетанковые силы.

Для Гудериана этот род войск был новый, совершенно не знакомый ему. По ходу составления планов надо было изучать устройство танков и бронемашин. Новая техника пришлась ему по душе, в ней он увидел большое будущее. Изучая возможности использования бронетанковой техники для охранения моторизованных войск, перебрасываемых на достаточно большие расстояния, Гудериан пришел к мысли, что танки и броневики можно использовать и для других целей — нанесения удара по противнику.

Обратился к практике мировой войны. Она хотя и была, но у немцев оказалась незначительной. Гораздо больший опыт в этой области имели французские и английские войска. И Гудериан взялся изучать историю развития бронетанковой техники, которая в дальнейшем стала не просто навязчивой идеей, а смыслом его жизни.

Материала по использованию германских бронетанковых подразделений в Первой мировой войне в отделе перевозок было так мало, что они практически ничего не давали, зато статьи и книги английских специалистов танкового дела Фуллера, Гарта и Мартеля открывали новый мир, обогащали фантазию Гудериана. Уже в начале 20–х годов военные специалисты ставили вопрос о превращении бронетанковых войск из рода вспомогательного в основной. «Они (зарубежные специалисты. — В.П.) ставили танк в центр начинающейся моторизации нашей эпохи и являлись, таким образом, крупными новаторами в области разработки современных методов ведения войны»,[6]— писал Гудериан.

В рейхсвере Гудериан приобретает известность как военный специалист, теоретик в вопросах использования бронетанковых сил в наступательных и оборонительных операциях. Он читает лекции строевым и штабным офицерам, упорно изучает историю военной кампании Наполеона, находя в ней много поучительного, в первую очередь таких моментов, как проведение наполеоновскими маршалами маневренных операций в Европе и России.

Особую заинтересованность проявлял Гудериан к опыту германской армии периода Первой мировой войны. К командующему Восточным фронтом Гинденбургу и его начальнику штаба Людендорфу относился с особым почтением, считая генералов «образцом германского солдата».

Несмотря на жесткие условия Версальского договора, рейхсвер жил и укреплялся. Его командование придавало особое значение развитию автобронетанковых войск. И конечно же, теоретические разработки Гудериана по использованию танков в целях охраны военных перевозок, а уж тем более использованию их в решении тактических задач не могли не оказаться в центре внимания высшего военного руководства.

Гудериан утверждал, что придание танков пехоте не может иметь решающего значения, наиболее эффективно они могут быть использованы как самостоятельные объединения войск, скажем, дивизии, с приданием им артиллерии, пехоты и кавалерии. Такую точку зрения разделяли не все высокие армейские чины, в том числе и инспектор военных сообщений генерал Отто фон Штюльпнагель. Танковые дивизии, считал он, утопия, можно было вести речь лишь о танковых полках.

Самую идею танковых соединений надо было отстаивать, эффективность использования танков с приданием им других родов войск — доказывать на практике. Вполне осознавая трудности, Гудериан все же решился и отстаивать, и доказывать. В этом ему оказывал содействие начальник штаба инспекции автомобильных войск полковник Лутц, давний покровитель, а после ухода в отставку Штюльпнагеля занявший его пост.

Практическая работа в этом направлении началась с того момента, когда майор Гейнц Гудериан принял под свое командование автомобильный батальон четырехротного состава. Одна из рот была вооружена старыми бронемашинами, которые не запрещалось иметь по Версальскому договору, в двух других — лишь макеты танков. Настоящее вооружение — пулеметы имела лишь мотоциклетная рота. Батальон стал своего рода экспериментальной базой, где отрабатывалась модель будущих танковых соединений.

Теория хороша только тогда, когда подкрепляется практикой, а практиковать на жестяных макетах танков не только несподручно, но и неэффективно. Требовалась не бутафорская, а настоящая техника — более современные танки и бронеавтомобили. И тут на помощь германскому рейхсверу приходит недавний противник — Красная Армия. Ранее уже говорилось о подписании ряда договоров Германии и СССР, в которых были секретные статьи, касающиеся развития германских вооруженных сил в обход международного Версальского договора. В частности, одна из статей касалась создания танковой школы в Казани под кодовым названием «Кама». Школа, как стало известно недавно, работала под вывеской «Технические курсы Осоавиахима», прототипа более известного нам ДОСААФа.

Есть предположение, что в этой школе учился и отец танковых войск Германии Гейнц Гудериан, хотя он никогда не упоминал об этом в своих мемуарах. Лишь в книге «Воспоминания солдата» краешком обмолвился: «С 1926 года за границей работала опытная станция, где производились испытания немецких танков».[7]

Тут же он говорит и о заказе различным фирмам на производство двух типов средних и трех типов легких танков. Скорее всего, эти танки изготовлялись тоже на советских заводах.

В 30–е годы в Германии уже началось производство своих легких танков, вооруженных 37–мм пушкой и пулеметом, и средних танков, вооруженных пушкой калибром 75 мм и пулеметом. Общий вес танка не превышал 24 тонн, такова была в то время грузоподъемность мостов на дорогах Германии. Но скорость машин конструкторы увеличили с 20 до 40 километров.

С приходом Гитлера к власти в январе 1933 года коренным образом меняется внешняя и внутренняя политика Германии. Нацизм захлестнул страну как горная лавина. В империи уже не существовало нормально действующих законодательных и исполнительных органов власти времен Веймарской республики. Все подчинила себе нацистская верхушка.

Как же воспринял будущий танковый стратег приход к власти новоявленного фюрера? Вполне нормально, был лоялен к нему на протяжении многих лет, не только одобрял его политику, но и всеми силами способствовал укреплению нового режима в Германии.