Талибан. Ислам, нефть и новая Большая игра в Центральной Азии - Ахмед Рашид

Победа Хатами вызвала быстрое потепление в отношениях Ирана с внешним миром. Иран открылся в сторону Запада, призывал своего старого врага — США — к «диалогу цивилизаций» и постарался улучшить отношения с арабским миром. Афганистан был главной темой, способной помочь растопить лед между Ираном, США и арабским миром. Во время своего визита в Кабул в апреле 1998 года американский посланник Билл Ричардсон уже дал понять, что США считают Иран партнером в диалоге, который может помочь разрешить кризис в Афганистане. Иран также вступил в переговоры со своим старым врагом — Саудовской Аравией.

«Позитивный климат между Ираном и Саудовской Аравией обнадеживает, и обе стороны готовы сотрудничать ради урегулирования конфликта в Афганистане», — сказал в мае 1998 года новый министр иностранных дел Ирана Камаль Харрази.^[299] Приятный и хорошо говорящий по-английски дипломат, в течение 11 лет представлявший Иран в ООН, мягкий, хорошо воспитанный, он был характерным представителем этой доброжелательной революции.

Новые руководители Ирана были глубоко враждебны Талибану, но достаточно прагматичны, чтобы понять, что мир в Афганистане есть необходимое условие экономического развития и политической стабильности в Иране. Хатами был далек от того, чтобы хотеть войны с Талибаном, но всего через шесть месяцев после того, как талибы убили девятерых иранских дипломатов в Мазари-Шарифе, Иран сосредоточил на границе четверть миллиона солдат и угрожал вторжением. По мере возрастания напряженности между Ираном и талибами новые отношения первого с Саудовской Аравией приобрели еще большее значение.

Афганистан был лишь одной из зон конфликта между персами и арабами. Оба народа попеременно завоевывали и правили друг другом в ходе спора между суннитами Аравии и шиитами Персии. В 1501 году шах Исмаил из династии Сефевидов превратил Иран в первое и единственное шиитское государство в исламском мире. И персы, и арабы властвовали над Афганистаном и Средней Азией, но правление персов было более длительным и оставило устойчивый след в культуре и языке.

В двадцатом веке долгая война между революционным Ираном и Ираком (1981–1988), стоившая около 1,5 миллионов жизней, лишь углубила это соперничество. Арабские страны поддерживали Ирак Саддама Хуссейна. Эта война началась в одно и то же время с войной в Афганистане, в которой вековое соперничество также нашло продолжение — в контексте холодной войны и попыток США изолировать Иран с помощью арабских стран.

По-видимому, и Иран, и Саудовская Аравия находились в Афганистане на одной стороне. Они были крайне возмущены советским вторжением, поддерживали моджахедов и выступали за международную изоляцию кабульского режима и Советского Союза. Но они поддерживали разные фракции моджахедов, и Иран так и не разорвал дипломатические отношения с режимом в Кабуле. Саудовская поддержка моджахедов следовала американской и пакистанской стратегии — давать оружие и деньги в основном самым радикальным группам суннитов-пуштунов и игнорировать афганских шиитов. Саудовцы также отдельно финансировали афганских сторонников ваххабизма.

На каждый доллар, данный моджахедам Соединенными Штатами, Саудовская Аравия тоже давала доллар. Саудовская помощь моджахедам в 1980–1990 годы составила почти 4 миллиарда долларов. И это не включая неофициальную помощь от исламских благотворительных организаций, благотворительных фондов, частных фондов членов королевской семьи и мечетей.^[300] Средства переводились также напрямую пакистанской разведке ISI, например, в 1989 году саудовцы дали более 26 миллионов долларов на подкуп вождей моджахедов во время переговоров о формировании временного правительства в изгнании в Исламабаде.^[301] Моджахеды в знак благодарности назначили премьер-министром одного из афганских ваххабитов.

В марте 1990 года саудовцы дали дополнительно 100 миллионов долларов партии Хизб-е-Ислами, возглавляемой Хекматьяром, которая поддержала неудавшуюся попытку военного переворота и свержения президента Наджибуллы, предпринятую Хекматьяром и генералом Шахнавазом Танаем в Кабуле.^[302] После 1992 года Саудовская Аравия продолжала снабжать правительство моджахедов в Кабуле деньгами и горючим. Горючее, которое переправлялось через Пакистан, стало основным источником коррупции и рэкета со стороны сменявшихся пакистанских правительств и ISI.

Из-за отчуждения между Ираном и США группы афганских моджахедов, базировавшиеся в Иране, не получали иностранной военной помощи. Два миллиона беженцев, осевших в Иране, были лишены международной гуманитарной помощи, которую получали три миллиона беженцев в Пакистане. Поддержка моджахедов Ираном наталкивалась на бюджетные ограничения, связанные с ирано-иракской войной. На протяжении 80-х годов США фактически лишили Иран доступа к внешнему миру в части, связанной с Афганистаном. Это обстоятельство еще больше настроило иранцев против Америки и обусловило непреклонную позицию Ирана в Афганистане после окончания холодной войны и ухода американцев с афганской сцены.

Первоначально вся помощь, которую Иран оказывал моджахедам, попадала к афганским шиитам, в особенности хазарейцам. В то время Корпус стражей исламской революции помогал шиитским боевикам повсюду — от Ливана до Пакистана. В 1992 году, под воздействием и при помощи Ирана, молодое поколение радикальных хазарейцев решило свергнуть традиционных лидеров Хазараджата, которые возглавили сопротивление советскому вторжению в 1979 году. Впоследствии восемь афганских шиитских партий получили официальный статус в Тегеране, но Ирану никогда не удавалось снабдить их в достатке деньгами и оружием. В результате хазарейцы оказались на обочине афганского конфликта и больше воевали между собой, чем против Советов. Раздробленность хазарейцев усугублялась близорукой и догматической политикой Ирана, для которого верность хазарейцев Тегерану была важнее, чем их внутреннее единство.

К 1988 году, когда вывод советских войск был неизбежен, Иран пришел к необходимости укрепить позиции хазарейцев. Он помог восьми группировкам хазарейцев объединиться в партию Хизб-е-Вахдат. Иран начал настаивать на включении Вахдат в международные переговоры о формировании нового правительства моджахедов — в прежнем преобладали пешаварские партии. Несмотря на то, что хазарейцы были малым меньшинством и не могли надеяться получить власть в Афганистане, Иран потребовал для них сначала 50 процентов, а затем 25 процентов мест в любом будущем правительстве моджахедов.