Военная разведка в Российской империи - Михаил Алексеев

В новых условиях в России на повестку дня встал вопрос о качественных преобразованиях в деле разведки. Нарастала объективная потребность в создании собственно военной зарубежной разведки, которая могла бы как в мирное, так и в военное время непрерывно отслеживать все, включая тайные, стороны военно-политической, военной, военно-экономической и военно-технической деятельности вероятных противников. Министерство иностранных дел, которое до сего момента являлось основным институтом русского государства в деле зарубежной разведки, уже не могло удовлетворять в достаточной мере растущие потребности военно-политического и военного руководства в полной и достоверной разведывательной информации по вопросам, затрагивавшим национальную безопасность и военные интересы России. Для такой разведки государство и вооруженные силы нуждались в профессиональных военных разведчиках, специальных разведывательных центральных и периферийных органах, постоянных зарубежных силах. Преобразования в военной разведке стали осуществляться раньше, чем в армии и флоте в целом, и были начаты с возобновления ее зарубежных сил. 10 июня 1856 г., то есть непосредственно после окончания Крымской войны, был «Высочайше утвержден» «Проект общих статей инструкции агентам, посылаемым за границу» (РГВИА. Ф.38. Оп. 5. Д. 695. Л. 26—2606).

Развитию зарубежных сил военной разведки способствовало то, что с 60-х гг. XIX века офицеры — военные и военно-морские агенты, состоявшие при дипломатических миссиях, были признаны официально международным сообществом. Они были включены в состав дипломатического корпуса и на них распространились все иммунитеты и привилегии, предоставлявшиеся лицам, имевшим дипломатический статус.

В середине XIX века продолжала отсутствовать единообразная терминология в наименовании офицеров, прикомандированных к посольствам в иностранных государствах. В русских официальных документах они назывались по-разному: и «военными корреспондентами», и «корреспондентами Военного министерства», и «член-корреспондентами Военного министерства», и просто «агентами».

В июне 1856 г. (после подписания Парижского мирного договора — 30 марта 1856 г., который подвел итоги Крымской войны) император Александр II лично назначил своих военных представителей (пока еще агентов) с поручением им разведывательных функций и обязанностями, предусмотренными «Инструкцией…» в четыре европейские столицы: в Париж — флигель-адъютанта полковника Альбединского^[98], в Лондон — флигель-адъютанта полковника графа Игнатьева, в Вену — полковника барона фон-Торнау^[99], в Константинополь — гвардейской артиллерии штабс-капитана Франкини^[100]. Одновременно генерал-майору графу Стакельбергу, назначенному полномочным представителем России в Турин (с 1720 по 1861 г. столица Сардинского королевства), было поручено «продолжать добывать и направлять в Военное министерство сведения, аналогичные тем, которые он добывал, находясь в Вене, поуже о пьемонтской армии и, по возможности, о французской, независимо от донесений Альбединского» (АВПРИ. Ф. 155. Оп. 305. Д. 25 (1856). До своего назначения в Турин генерал-майор граф Стакельберг состоял «член-корреспондентам Военного министерства при Российской миссии в Вене».