Высадка в Нормандии - Энтони Бивор

В тот день, 26 июня, эсэсовцы начали выселять жителей-французов из деревень в своем непосредственном тылу. Они вовсе не о безопасности мирных жителей заботились – опасались шпионов, и отнюдь не из болезненной подозрительности. Немаловажную информацию от перешедших линию фронта французов – мужчин и женщин – получали и британская 7-я танковая дивизия, и другие соединения.

Ожесточенные бои разгорелись вокруг населенного пункта Тессель. Здесь сошлись в битве подразделения Учебной танковой дивизии и батальон «Белых медведей», как называли 49-ю дивизию по нарукавной эмблеме ее бойцов. «Находясь в Тессельском лесу, мы получили приказ: “Пленных не брать”, – утверждает военнослужащий Йоркширского легкого пехотного полка. – Именно поэтому лорд Гав-Гав[180]назвал нас “белыми медведями-людоедами”». Дешифровщики «Ультра» перехватили радиопереговоры Учебной танковой, из которых следовало, что в первый день боев дивизия понесла «тяжелые потери».

26 июня мощная артподготовка, в которой участвовали как полевые орудия, так и корабельная артиллерия, возвестила начало нового этапа наступления, названного Монтгомери «козырным тузом». Всю ночь шел сильный ливень, и теперь тучи нависли так низко, что самолетов в небе почти не было. Стремительно развивали наступление шотландцы из 15-й дивизии. Падали в зеленя раненые, товарищи помечали место, чтобы санитарам было легче найти: втыкали штыком в землю винтовку, а сверху водружали каску. Одному очевидцу эти маркеры напомнили «какие-то необычные грибы, беспорядочно усеявшие все поле».

Горячие бои происходили в деревнях, особенно в Ше, где Глазго-Шотландский полк за один день потерял четверть своего личного состава. На левом фланге, в Сен-Манвье, 43-я Уэссекская дивизия и 4-я танковая бригада сражались с «Гитлерюгендом». 2-й Драгунский полк («Королевские серые шотландцы») подбил четыре выползшие из леса «Пантеры». Шотландцев, включенных в состав только что прибывшей бригады 43-й дивизии, «очень смешила наша пехота. Ребята явно впервые оказались в бою и делали все строго по инструкции: вымазали лица сажей, спороли все знаки различия, а разговаривали между собой только шепотом». Тем не менее две свежие дивизии показали себя лучше, чем ветераны. Когда начало темнеть, 15-я Шотландская дивизия уже подходила к берегам Одона, который струился в поросшей густым лесом долине. Один француз, наблюдавший за битвой из Флери, южного пригорода Кана, писал: «Когда весь горизонт сразу озаряется зловещим светом, это напоминает видения из Дантова “Ада”».

Пробки на дорогах, ливень и растерянность солдат замедлили темпы наступления, но на следующий день 2-й батальон Аргайлско-Сазерлендского полка[181]захватил мост через Одон. Вместо того чтобы действовать согласно обычной тактике английской пехоты, аргайлцы неожиданно проявили инициативу и перебрались по мосту на другой берег, а затем осторожно двинулись дальше. В тот же день 15-я Шотландская с большим мужеством отбила контратаку танков противника, а захват моста позволил начать утром 28 июня переправу 11-й танковой дивизии. Командир 8-го корпуса генерал О’Коннор хотел было захватить плацдарм на противоположном берегу Орна, но Демпси приказал ему проявлять сдержанность: из перехватов «Ультра» ему стало известно, что 2-й танковый корпус СС уже прибывает на фронт. Командующий армией предпочел укрепиться на южном берегу реки, прежде чем переходить к следующему этапу операции.

Роммель же воспрепятствовал желанию обергруппенфюрера Зеппа Дитриха бросить сразу обе дивизии 2-го танкового корпуса СС в бой против захваченных англичанами плацдармов. Роммель надеялся придержать эти дивизии: 9-ю «Гогенштауфен» и 10-ю «Фрундсберг» – для крупного танкового контрудара, который пока еще так и не удавалось осуществить. Однако 28 июня, в разгар боев, Роммеля неожиданно вызвал к себе в Берхтесгаден Гитлер. А генерал-полковник Дольман всего за несколько часов до самоубийства в отчаянии отдал 2-му танковому корпусу СС приказ нанести удар в северо-западном направлении, по обоим берегам Одона, с целью разгромить западный фланг зашедших далеко вперед англичан. Корпусу придали несколько подразделений 2-й танковой дивизии СС «Дас Рейх». Когда Дольман так внезапно скончался, командир 2-го танкового корпуса обергруппенфюрер СС Пауль Хауссер получил приказ немедленно прибыть в Ле-Ман и принять командование 7-й армией. Командование корпусом он передал группенфюреру[182]СС В. Биттриху.

На следующий день, 29 июня, танкам английской 29-й дивизии удалось овладеть господствующей высотой 112. Они отбили контратаки передовых подразделений 1-й танковой дивизии СС «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер», а также поддерживавших ее 7-й бригады реактивных минометов и сводного отряда 21-й танковой дивизии. В 11:00 бедняге Биттриху, лишь накануне вечером вступившему в командование корпусом, приказали через час начать атаку на позиции противника. Поначалу он возражал против такой поспешности, но его убедили, что обстановка не терпит промедления. 9-й танковой дивизии СС «Гогенштауфен» был передан приказ, в котором подчеркивалась особая важность поставленной задачи. В нем указывалось, что без участия обоих танковых корпусов «невозможно сдержать противника, который уже прорвался до населенного пункта Барон. Он далее дойдет до Орна, и Кан тогда будет для нас потерян». На левом фланге поддерживать атаку танков Биттриха было приказано Учебной танковой дивизии. Но англо-американцам при этом сказочно повезло: бойцы 15-й Шотландской дивизии захватили офицера-эсэсовца, при котором был оперативный план. Передовые батальоны англичан стали лихорадочно готовиться к обороне.

Вскоре после полудня 2-й танковый корпус СС решительно устремился в контратаку. В 16:05 из его штаба в штаб танковой армейской группы «Запад» доложили, что в районе Гаврю уничтожено 11 английских танков. Гейр фон Швеппенбург, накануне вернувшийся в свой штаб и снова командовавший танковой группой «Запад», приказал обеим танковым дивизиям СС возобновить атаку с наступлением сумерек. Эта атака, сказал он, предоставляет им шанс на «крупный выигрыш». Однако в тот вечер 15-я Шотландская дивизия, поддержанная огнем полевой и корабельной артиллерии, исключительно успешно отразила все атаки 9-й и 10-й дивизий СС. Уничтожены были 38 танков противника, а дивизии «Фрундсберг» пришлось отойти на исходные позиции. Такое поражение резко подорвало боевой дух обеих эсэсовских дивизий. Увы, М. Демпси так и не получил разведдонесений, сообщавших, что это и был основной контрудар противника[183]. Опасаясь крупного наступления немцев на другом фланге, он не стал посылать подкрепления 11-й танковой дивизии, а просто отвел ее назад. Высоту 112 тут же заняли немцы. Демпси допустил роковой промах: чтобы отбить высоту, потребуется много времени и куда больше жертв, чем могли бы понести англичане, удерживая ее.