Год 1942 - "учебный" - Владимир Бешанов

В разгроме советской армии выдающуюся роль сыграли немецкие пикировщики Ю-87. «За всю войну я не видел ничего более ужасного, — свидетельствует бывший офицер связи Б.П. Поляков. — Крупные воронки уже до краев заполнились водой. Дорогу устилали разбитые повозки, автомашины, убитые лошади, трупы людей… Нам стоило больших усилий пробираться через непрерывные завалы из поваленных деревьев и груды техники».

К 20 июля немцы ликвидировали «котел» и приступили к прочесыванию местности. Лишь отдельным советским подразделениям удалось выйти из окружения на участках южнее и севернее Белого в полосы 30-й и 22-й армий. Важный плацдарм советских войск юго-западнее Ржева был потерян. Командарм-39 спасся, а вот его заместитель генерал И.А. Богданов погиб. Войска Калининского фронта были вынуждены отступить от Велижа и Демидова на север.

ПОД РЖЕВОМ И СЫЧЕВКОЙ

С 16 июля Жуков начал планирование наступательной операции на ржевско-сычевском направлении, «организуя эту операцию как крупное наступление в рамках стратегической обороны Советской Армии» (?)

Послевоенная историография утверждает: «Главная цель операции состояла в том, чтобы сковать силы противника на западном направлении, лишить его возможности перебрасывать соединения из группы армий «Центр» на юг, где германские войска наносили главный удар в летней кампании, и вынудить перегруппировать на центральный участок фронта часть своих стратегических резервов». Версия эта придумана задним числом, как и фиктивная цель. Именно в это время Гитлер снимал дивизии с южного крыла Восточного фронта и перебрасывал их на Запад, под Ленинград и… в группу армий «Центр» (в частности, в распоряжение фельдмаршала Клюге передавались 9-я и 11-я танковые дивизии и мотодивизия «Великая Германия»).

Просто наличие вражеского плацдарма в 120 км от Москвы нервировало Верховного Главнокомандующего.

Замысел операции заключался в том, чтобы ударами войск левого крыла Калининского фронта на ржевском и правого крыла Западного фронта на сычевском направлениях разгромить основные силы 9-й немецкой армии, ликвидировать ржевский выступ, овладеть городами Ржев, Зубцов, Сычевка, а при удаче — Вязьмой, и прочно закрепиться на реках Волга, Гжать и Вазуза. Основная роль отводилась Западному фронту под командованием Жукова. Калининский фронт генерала И.С. Конева должен был силами 30-й и 29-й армий нанести главный удар с севера на Ржев и вспомогательный вдоль левого берега Волги на Зубцов. Западному фронту силами 31-й и 20-й армий предстояло прорвать вражескую оборону на реке Держа и, разгромив зубцовско-кармановскую группировку противника, достичь рек Вазуза и Гжать. После этого 31-я армия должна была наступать на Зубцов, содействуя войскам Калининского фронта в освобождении Ржева. А 20-я армия развивала удар в направлении Сычевки. Южнее предстояло наносить удары на Сычевку и Вязьму 5-й и 33-й армиям.

На подготовку отводилось две недели:

«В ходе подготовки операции был проведен комплекс мероприятий, направленных на воспитание у личного состава наступательного порыва, разъяснялись значение операции, боевые задачи войск, изучался опыт ведения наступательных боев с прорывом подготовленной обороны».

Но не политработой единой…

Для выполнения поставленной задачи фронты получили значительное количество артиллерии, бронетанковых и механизированных войск.

Так, 30-я армия Калининского фронта, которой командовал генерал-майор Д.Д. Лелюшенко, наносившая удар на Ржев с севера, получила в усиление девять танковых бригад, из которых шесть использовались для непосредственной поддержки пехоты, а три бригады — 35, 238 и 240-я — составляли подвижную группу армии. Всего в армии было свыше 400 танков.

В полосе наступления двух правофланговых армий Западного фронта сосредоточивались 6-й и 8-й танковые корпуса, 11 отдельных танковых бригад и самокатная мотоциклетная бригада, в которых насчитывалось около 1000 танков, 2-й гвардейский кавалерийский корпус.

31-й армии генерала B.C. Поленова, имевшей в своем составе семь стрелковых дивизий (118, 164, 336, 247, 88, 239, 20-я гвардейская), было придано шесть танковых бригад — 34, 71 и 212-я для совместных действий с пехотой, а 92, 101 и 145-я входили в армейскую подвижную группу под командованием генерал-майора Бычковского. Им была поставлена задача в первый день операции овладеть Зубцовом, а передовыми отрядами выйти южнее этого города на Вазузу.

20-я армия генерал-лейтенанта М.А. Рейтера — шесть стрелковых дивизий (251, 331, 354, 82, 312, 415-я), 40-я стрелковая бригада — усиливалась пятью танковыми бригадами, из которых 17-я и 20-я были переданы стрелковым дивизиям первого эшелона, а 11-я, 188-я, 213-я танковые и 1-я самокатная бригады составляли армейскую подвижную группу, которой командовал полковник П.М. Арман. Она должна была разгромить противостоящего противника и к исходу первого дня операции главными силами выйти на рубеж Подберезки, Овсяники. Одновременно группа Армана имела задачу передовыми отрядами захватить переправы на Гжати и частью сил овладеть районным центром Карманово.

Помимо танковых бригад, генералу Рейтеру дополнительно придавался 8-й гвардейский стрелковый корпус — 26-я гвардейская стрелковая дивизия, 153, 148, 129, 150-я стрелковые бригады, целый ряд артиллерийских и минометных частей. К началу наступления армия имела 255 танков, 1517 орудий и минометов калибра 76 мм и выше и 1105 — калибра 25–50 мм.

Армейские подвижные группы планировалось ввести в бой в первый день операции с задачей завершить прорыв тактической зоны обороны противника и захватить передовыми отрядами плацдарм на реках Гжать и Вазуза. Развитие успеха в оперативной глубине возлагалось на фронтовую подвижную группу в составе двух танковых и 2-го гвардейского кавалерийского корпуса под общим командованием генерал-майора И.В. Галанина. Группе предстояло войти в прорыв на второй день операции между армиями Поленова и Рейтера и наступать в общем направлении на Сычевку.

Таким образом, Жуков и Конев для проведения «частной» операции собирались ввести в сражение около 1400 танков, больше, чем их имел вермахт на фронте решающего германского наступления.

Впервые в больших масштабах планировалось реализовать идеи «артиллерийского наступления», изложенные в директиве Ставки от 10 января. Свод правил, составленный для фронтовых начальников, как мы помним, был несложен: максимально использовать огневую мощь артиллерии, увеличить ее подвижность, усилить ее взаимодействие с пехотой во всех стадиях наступательного боя. Все это было давно прописано в инструкциях и наставлениях. Просто наставления не для генералов писаны, а указания «товарища Васильева», хочешь не хочешь, приходилось изучать и принимать к исполнению.

В результате на 10-километровом участке прорыва 30-й армии было сосредоточено 1323 орудия и миномета и 80 реактивных установок (140 стволов на километр, это почти в то же самое время, когда Манштейн гордился своей самой мощной за всю войну артиллерийской группировкой); на 8-километровом участке 29-й армии — 936 орудий и минометов; в 20-й армии на 8 километров пришлось 978 стволов и 16 дивизионов реактивной артиллерии. Кроме того, к проведению артподготовки привлекались танки второго эшелона.