Наказание жилищем. Жилищная политика в СССР как средство управления людьми. 1917-1937 - Марк Меерович

Власть продолжает осуществлять максимальный протекционизм жилищной кооперации и в последующие годы, после выхода постановления «О жилищной кооперации» — в 1928 году, постановлением СНК РСФСР «О порядке сдачи в наем членам рабочих жилищно-строительных кооперативных товариществ части предоставленной им жилой площади», членам РЖСКТ дается право сдавать часть предоставленной им жилой площади в наем^[893]. Власть активно содействует жилищной кооперации в деле возвращения незаконно изымаемых у нее подсобных предприятий, стройматериалов и отстроенной жилой площади^[894].

Власть любит новую жилищную кооперацию, которая оправдывает надежды власти — она несет реальную организационно-хозяйственную нагрузку по непосредственному ведению жилищем, научилась пользоваться доверием населения, она научилась извлекать у населения излишки денег, она (в значительных объемах) обеспечивает бесплатный труд своих членов^[895]. С марта 1924 года начинает издаваться двухнедельный журнал Всесоюзного организационного бюро жилищной кооперации и районных союзов жилищных товариществ города Москвы под названием «Жилищная кооперация». В помещенной в первом номере журнала программной статье, озаглавленной «На путь к самодеятельности», говорится: «Без привлечения самодеятельности самого населения жилищный кризис не устранить... Жилищная кооперация — одно из самых действенных средств привлечь внимание и самодеятельность трудящихся к жилищному делу»^[896]. Постоянной рубрикой в журнале становится «Применение личного труда в жилищно-строительных кооперативах», в которой разъясняется, как своими руками красить, белить, шпатлевать, штукатурить, ремонтировать крыши, окна, двери, балки, канализацию, водопровод, полы, потолки, как утеплять и отогревать замерзшие водопроводные трубы, как бороться с домовым грибком и прочее.

Установка на активное привлечение труда и материальных средств населения к решению жилищных проблем не является только лишь частной инициативой редакции журнала или Оргбюро жилищной кооперации. Это официальная организационная задача власти, ее программная установка. В резолюции XIII съезда РКП (б) «О кооперации» от 31 мая 1924 года указывается: «Важнейшим вопросом материального быта рабочих все больше становится жилищный вопрос, который может быть разрешен не только одними государственными мерами и помощью, а и самодеятельностью самого населения и его материальным участием. Наилучшей формой такой самодеятельности в изживании жилищной нужды трудящихся является жилищная кооперация...»

Жилищная кооперация полностью контролируется властью, она неуклонно осуществляет государственную жилищную политику^[897], сохраняет выгодный для власти имидж независимого собственника (хотя на самом деле законодательно абсолютно подчинена власти), приближена к процессам быта, вхожа в индивидуальное жилище и информирована о реальных процессах жизни, в любой момент готова предоставить эту информацию, потому что в правлениях товариществ подавляющее большинство составляют «сознательные» и «полезные» элементы.

Но заметим, как бы власть ни симпатизировала новой жилищной кооперации, все же в течение всего рассматриваемого периода более приоритетной для нее является «ведомственно-государственная» форма управления и хозяйственного ведения жилищем. Так, например, Инструкция НКВД по применению постановления СНК РСФСР «О мероприятиях по проведению в жизнь постановления ЦИК и СНК Союза ССР от 19 августа 1924 г. «О жилищной кооперации» предписывает отделам местного коммунального хозяйства: «Преимущественное право жилищноарендного товарищества на аренду дома отпадает, если не менее 60 % рабочих и служащих госпредприятий или учреждений, проживающих в доме, выразили согласие на закрепление его за предприятием»^[898] (то есть о переводе его в ведомственно-государственную форму распоряжения жилищем).

Власть регулярно и всячески подчеркивает коренное отличие старых жилищных товариществ от новых жилищных кооперативов, пытаясь сыграть на привлекательности для многих людей «частного», как такового. «Если обратиться к юридической терминологии, то разница между обоими видами коллективного пользования жильем выявляется, как осуществление жилищными товариществами функции публично-правового характера, а жилищнокооперативными товариществами — частно-правового»^[899]. На деле же отличие заключается лишь в том, что имущественная ответственность жилищных товариществ^[900] не распространяется на имущество их членов, а члены жилищно-кооперативного товарищества^[901] подвержены ответственности по сделкам товарищества, причем в пятикратном размере паевого взноса^[902].