Бунтующие пролетарии - Димитрий Чураков

[Комиссия] в своих заседаниях с 22 июня по 10 июля 1918 года, рассмотрев дело, нашла, что произведенным ею расследованием установлены следующие данные:

После 5 часов пополудни 19 июня с[его] г[ода] на собрание, разрешенное Председателем Исполнительного комитета по представленной повестке дня в мастерских Малого Ремонта сошлось около 200 рабочих этих мастерских, человек 500 из главных мастерских и группа милиционеров в неопределенном количестве со своими представителями — Валуевым, Барковым и Гурьевым. На повестке дня было поставлено три вопроса: о растрате суммы Ягуновым, выбор членов Ревизионной комиссии и текущие дела, но представители милиционеров попросили дать им слово для внеочередного заявления и Общее Собрание подавляющим большинством удовлетворило их ходатайство и изменило повестку дня, отнеся вопрос о милиционерах к текущим делам и поставив его на первом месте.

С докладом от милиционеров выступали их представители, которые, объяснив неприемлемость для них трех пунктов инструкции для служащих отрядов охраны Путей Сообщения и огласив состоявшиеся по этому поводу на их Общих Собраниях постановления, просили, по показанию целого ряда свидетелей, у рабочих поддержки на случай их увольнения. После выступления нескольких ораторов со стороны рабочих, предлагавших поддержать милиционеров, было приступлено к чтению предполагавшейся для принятия резолюции о поддержке рабочими милиционеров; точное содержание этой резолюции неизвестно. Резолюция полностью оглашена не была, так как собрание было прервано наступившими затем событиями.

По показанию Юдина, Панкова, Белого и Емельянова, среди рабочих начались волнения уже перед концом собрания в виду распространившегося известия о том, что идут красноармейцы, и часть собрания стала уходить из мастерских, а свидетель Леонидов, ушедший с собрания перед концом его, удостоверил, что он видел, как красноармейцы стреляли по направлению к рабочим, выходившим из ворот, обращенным к Главным Мастерским, этими показаниями, в связи с показаниями Дегтярева и Баркова, слышавших первые выстрелы от ворог к Главным Мастерским, и показаниями Чосткевича, Мазвагала, Арина и Наленча, вошедших в ворота от Москвы и удостоверяющих, что первые выстрелы произведены не с их стороны, устанавливается, что выстрелы впервые раздались со стороны ворот к Главным Мастерским, и это обстоятельство находит себе подтверждение в том, что прибывшие красноармейцы с целью занять оба выхода из мастерских, разбились на две группы, причем, по удостоверению Зарембского, та группа красноармейцев, которая пошла без начальствующего лица, т[о] е[сть] направлявшаяся к воротам, обращенным к Главным Мастерским, стреляла. В то же время целый ряд свидетелей положительно удостоверяет, что первые выстрелы без предупреждения, лишь с криком "стой", "не расходись" произвели лица, вошедшие в ворота со стороны Москвы, после чего началась стрельба красноармейцев, вызвавшая панику. Чосткевич, Наленч, Мазвагал и Арин установили, что вошли в эти ворота первые они, а Наленч признал, что он, видя устремляющихся к выходу, где он стоял, рабочих, крикнул: "Стой, не расходись" и выстрелил вверх два раза, не отрицают они и того, что за первыми выстрелами началась стрельба красноармейцев вверх без приказания.

О числе произведенных выстрелов показания различны: от 5 до 100, по заявлению же Начальника отряда их было сделано 28.

Раненых огнестрельным оружием оказалось четверо, трое получили легкие раны, и четвертый — более серьезную, но не тяжелую. Число потерпевших от ушибов и порезов от стекол и при пролезании через окна точно не установлено — зарегистрировано четыре человека.