Дорогой славы и утрат. Казачьи войска в период войн и революций - Владимир Трут

Высшее военное руководство поддержало эти требования. В начале октября Главнокомандующий армией генерал-лейтенант Н.Н. Духонин послал телеграмму военному министру генерал-майору А.И. Верховскому с предложением вывести из казачьих областей запасные пехотные полки [360]. Она была воспринята с пониманием, и вскоре министр отдал соответствующее распоряжение [361]. Одновременно по его приказу на Дон и Кубань для ознакомления со сложившимся там положением была направлена комиссия во главе с генералом Н.Н. Юденичем. Изучив ситуацию, он в телеграмме на имя Верховского докладывал, что в Донском и Кубанском войсках «...происходит напряженная работа по сохранению порядка и организации здоровых сил страны» [362]. При этом он одновременно предлагал немедленно осуществить целый ряд мероприятий, которые должны были еще больше укрепить положение высших казачьих органов власти и политическую стабильность в этих казачьих областях. Он выделил следующие: издание правительственных актов, реабилитирующих Каледина, и восстановление его во всех правах; полное признание органов казачьего самоуправления; вывод из казачьих областей всех армейских частей. Все эти меры Юденич советовал осуществить до открытия общефронтового казачьего съезда в г. Киеве, начало работы которого намечалось 20 октября [363].

В период сложных внутриполитических процессов лета – начала осени 1917 года казачество, особенно армейское, оказалось не только в самой гуще событий, но и его непосредственной действующей силой.

Во время драматических июльских событий в Петрограде находившиеся там 1-й и 4-й Донские казачьи полки полностью поддержали Временное правительство и сыграли одну из решающих ролей в разгроме антиправительственных выступлений леворадикальных политических сил. Позиции активной поддержки правительства заняли и прибывшие в столицу казаки 14-го Донского полка. В это время подавляющее большинство фронтового казачества решительно осудило действия антиправительственных сил и заявило о своей поддержке правительства. Аналогичные позиции занимало и станичное казачество. В то же время моральные последствия, непосредственно связанные с исполнявшимися казаками жандармско-полицейскими функциями, становились все тяжелее, вызывали в их среде растущее недовольство и отчасти начинали сказываться на их политических позициях.

В период корниловского выступления его организаторы возлагали на казачество, в первую очередь на армейское как на наиболее дисциплинированную и исполнительную силу, большие надежды. В войсках 3-го конного корпуса, направленных генералом Корниловым на столицу, основу составляли полки донских, амурских и уссурийских казаков. Корниловскую программу разделяло большинство казачьих политических лидеров и казачьих офицеров. Непосредственно во время выступления казаки 1-й Донской казачьей и Уссурийской конной дивизий в соответствии с приказом главнокомандующего двинулись на Петроград. Однако по мере продвижения, наблюдая за ситуацией и оценивая ее, видя отсутствие поддержки со стороны солдатских частей и населения, испытывая воздействие агитационной пропаганды проправительственной и революционной направленности, они отказались от дальнейшего выполнения приказов генерала Корнилова и своих командиров. В период выступления основная масса фронтового казачества, не без основания видя в его действиях попытку возврата к дореволюционным порядкам, генерала не поддержала. Некоторые даже осудили корниловское движение. Немалое количество казаков-фронтовиков, так же как и подавляющее большинство станичного казачества, отнеслось к выступлению довольно равнодушно, нейтрально, заняло откровенно выжидательную позицию. Августовские события оказали довольно значительное влияние на политические настроения большинства казаков, особенно фронтовиков, способствовали дальнейшему ослаблению консервативных и усилению революционно-демократических установок в их сознании.

Таким образом, отношение казачества к Февральской революции было довольно неоднозначным. С одной стороны, революция, свержение монархии, начавшиеся политические процессы и преобразования вызвали в сознании казаков, базировавшемся на традиционных устоявшихся и казавшихся незыблемыми социально-политических установках, морально-нравственных принципах, мировоззренческих и поведенческих стереотипах, острый и масштабный кризис. С другой стороны, видя позитивное отношение к происходившим событиям основной массы населения, казачество, особенно казаки-фронтовики, попытались разобраться в их сущности, оценить возможные для себя последствия. В целом казачество восприняло революцию несколько своеобразно, настороженно-выжидательно.

После революции на территориях казачьих войск складывается довольно специфическая ситуация в плане образования и функционирования здесь различных властных органов как на областном, так и на местных уровнях. При этом значительная часть реальных властных полномочий сосредотачивается в руках органов местного казачьего самоуправления.

В казачьих войсках начинается образование высших органов казачьего управления в виде войсковых кругов, рады, съездов и избираемых на них войсковых атаманов и войсковых правительств, правлений. Этот процесс в разных войсках имел некоторые отличия как по времени (с марта по начало июня), так и по содержанию, обусловленные своеобразием местных социально-экономических и общественно-политических условий каждого конкретного войска. Одновременно обозначилась тенденция к организационному объединению всех казачьих войск страны в единый союз с целью консолидации сил казачьих властных структур, усиления их политического веса и авторитета, а также совместного отстаивания общеказачьих интересов.

Проходившие весной 1917 года казачьи круги и съезды рассматривали наиболее актуальные для казачества политические, общественные, экономические и организационные проблемы. Главными из них являлись вопросы об отношении к Временному правительству, войне, о широком казачьем самоуправлении, аграрный вопрос, вопрос о порядке прохождения казаками воинской службы и ряд других. Принятые по ним постановления практически во всех войсках либо совпадали, либо были близки по содержанию. Данное обстоятельство обуславливалось сходством многих основополагающих аспектов жизни казачества, взглядов основной массы казачества и политических позиций его лидеров. Исключение составили решения войсковых съездов Амурского, Забайкальского и Уссурийского войск об упразднении казачьей сословной организации. (Правда, уже в скором времени, на следующих съездах этих войск, данные решения были отменены.)

Во время корниловского выступления казаки направленных на столицу полков первоначально послушно исполняли приказы командования, но буквально через несколько дней, разобравшись в сущности происходившего и отношении к выступлению большинства населения страны, отказались повиноваться корниловцам, что и предопределило бескровную ликвидацию выступления.

Основная масса казаков, и прежде всего казаков-фронтовиков, не поддержала корниловское движение. Часть из них заявила о его осуждении, другие заняли нейтральные позиции. Такие же позиции занимало и станичное казачество, несмотря на доминирование в его взглядах более консервативных установок. И само корниловское выступление, и особенно обозначившиеся после него общественно-политические процессы оказали весьма значительное политическое, социальное и морально-психологическое влияние на сознание казачества, в первую очередь фронтового, самым непосредственным образом отразились на ослаблении консервативных и усилении демократических настроений в его среде и, естественно, на политических позициях основной массы казаков.