Коварство - Елена Арсеньева

И царь туда ж помчал дружины.

Они как буря притекли –

И оба стана средь равнины

Друг друга хитро облегли.

Не раз избитый в схватке смелой,

Заране кровью опьянелый,

С бойцом желанным наконец

Так грозный сходится боец.

И, злобясь, видит Карл могучий

Уж не расстроенные тучи

Несчастных нарвских беглецов,

А нить полков блестящих, стройных,

Послушных, быстрых и спокойных,

И ряд незыблемый штыков.

Итог сражения известен: Карл бежал, с ним бежал Мазепа. Более того, гетман опередил короля, первым переправившись через Днепр. Он знал, что для Карла даже плен будет почетным, а вот его ждет позорная казнь.

И где ж Мазепа? Где злодей?

Куда бежал иуда в страхе?

Зачем король не меж гостей?

Зачем изменник не на плахе?

Верхом, в глуши степей нагих,

Король и гетман мчатся оба.

Бегут. Судьба связала их.

Опасность близкая и злоба

Даруют силу королю.

Он рану тяжкую свою

Забыл, поникнув головою,

Он скачет, русскими гоним,

И слуги верные толпою

Чуть могут следовать за ним.

Обозревая зорким взглядом

Степей широкой полукруг,

С ним старый гетман скачет рядом.

«Они очутились в турецких владениях, – описывал Костомаров. – Петру очень хотелось достать изменника в свои руки, и он досадовал, когда при переправе через Днепр у Переволочной не удалось русскому войску захватить Мазепу. Желание казнить своего врага было так велико у Петра, что, вопреки своей обычной бережливости, государь предлагал турецкому великому муфтию 300 000 талеров, если он силой своего духовного значения убедит султана выдать изменника. Попытка Петра не удалась, и едва ли могла удаться, так как и в своем изгнании Мазепа был еще богат. Он успел захватить с собой огромные по тому времени денежные суммы. Он имел возможность уже в своем изгнании дать Карлу XII взаймы 240 000 талеров, а после смерти Мазепы, как говорят, найдено было с ним 160 000 червонцев, кроме серебряной утвари и разных украшений.

Мазепа скончался 18 марта 1710 года, от старческого истощения, в селе Варнице, близ Бендер. Его тело, отпетое в сельской церкви в присутствии шведского короля, отвезено было и погребено в древнем монастыре Св. Георгия, расположенном на самом берегу Дуная, близ Галаца».

Ходили, впрочем, слухи, что гетман отравил себя ядом, чтобы не быть выданным Петру I. Позднее поверх гроба Мазепы захоронили какого-то молдавского боярина. Рассказывали также, что останки Мазепы вскоре перезахоронили в Яссах…

А впрочем, кто его знает, где истлели кости предателя? И кому нужно это знать, по большому-то счету?

Все равно – как всегда! – лучше Пушкина не скажешь: «Мазепа есть одно из самых замечательных лиц той эпохи. Некоторые писатели хотели сделать из него героя свободы, нового Богдана Хмельницкого. История представляет его честолюбцем, закоренелым в коварстве и злодеяниях, клеветником Самойловича, своего благодетеля, губителем отца несчастной своей любовницы, изменником Петра перед его победою, предателем Карла после его поражения: память его, преданная церковью анафеме, не может избегнуть проклятия человечества».

Да уж…

На Украине долго еще выражение «проклятая Мазепа!» относилось не только к этому человеку, но и к любому злу.