Жуков против Гальдера. Схватка военных гениев - Валентин Рунов

Генерал Гот упустил еще один важный момент. В овладении этим населенным пунктом большую роль сыграл также и крупный тактический воздушный десант противника, выброшенный в тыл советских войск.

Командование Западного фронта в этот день докладывало в Ставку: «Подвижная группа 20-й армии, атаковав противника в районе Сенно, Бол. и Мал. Липовичи, разгромила два полка 27-й моторизованной дивизии, уничтожила тяжелую батарею, три легких батареи и пять орудий ПТО. Противник, оставив многих убитых, отходит на запад, преследуемый 5-м механизированным корпусом…»[166].

В результате активных действий 5-го и 7-го механизированных корпусов противник, по некоторым данным, потерял около 300 танков. Были сорваны попытки немецких войск форсировать Днепр[167].

Однако выигрыш времени был достигнут дорогой ценой. Начальник Управления боевой подготовки Красной Армии генерал-майор А.В. Борзиков докладывал в Ставку: «Корпуса дерутся хорошо. Плохо только то, что штабы малооперативны и неповоротливы, и еще плохо, что много машин достается противнику из-за неисправности пустячной. Организовать ремонт, эвакуацию не умеют ни дивизия, ни мехкорпус, ни армия, ни фронт. Нет запчастей, нет резины, снабжают плохо. У мехкорпусов нет авиации, а отсюда они слепы, подчас бьют по пустому месту, и отсутствует связь.

Потери 5-го и 7-го мехкорпусов большие. Сейчас 5-й у Орши и 7-й у Витебска и юго-западнее будут действовать во взаимодействии с пехотой. Противник применяет поливку зажигательной смесью. Танки горят. Самые большие потери от авиации. Потеряно 50 % матчасти, и большая часть танков требует уже ремонта»[168].

Всего же за время контрудара оба корпуса потеряли 832 танка. По поводу этого контрудара генерал С.П. Иванов писал: «Наша попытка наступать массой танков во фланг прорвавшемуся противнику, конечно же, стоила ему немалых жертв и других неприятностей. Но мы лишились обоих этих корпусов, и фактически на западном направлении не осталось более сколько-нибудь танковых соединений»[169].

С завершением контрудара Западного фронта, по мнению ряда историков, 9 июля была завершена Белорусская стратегическая оборонительная операция. В книге Института военной истории «Великая Отечественная война 1941–1945 гг. Стратегические операции. Статистический анализ» указано, что за период с 22 июня по 9 июля 1941 года войска Западного фронта, оборонявшиеся в полосе до 800 километров, отошли на глубину от 450 до 600 километров со средним темпом 25–35 километров в сутки. Если учесть, что основную массу советских войск составляла пехота, то отход с таким темпом практически ничем не отличается от беспорядочного бегства. Во время этого «отхода» войска фронта потеряли около 418 тыс. человек, что составило примерно 23,2 тыс. человек ежесуточно. Кроме того, было потеряно 4799 танков, 9427 орудий и минометов, 1777 боевых самолетов[170].

По немецким источникам, за это же время войска группы армий «Центр» убитыми, ранеными и пропавшими без вести потеряли 38,93 тыс. человек[171].

Таким образом, на каждую единицу потерь немецких войск в живой силе войска Западного фронта теряли более 10 человек, а также огромное количество тяжелой боевой техники.

В этот день Г.К. Жуков направил телеграмму Военному совету Южного фронта довольно-таки странного содержания. Он писал: «По данным Кирпоноса, в районе Бердичева до танковой дивизии противника. Кирпонос меры принимает. Вам нужно смотреть в сторону Бердичева, прикрывая свой правый фланг крепкой ПТО (противотанковой обороной. – В.Р.). О панике, распространяемой нашими частями, согласен и считаю – за это нужно привлекать к судебной ответственности»[172].

Странность заключалась в том, что Бердичев находился в полосе Юго-Западного фронта, в районе Бердичева в направлении на Киев наступало несколько дивизий 1-й танковой группы немцев, до войск Южного фронта было более 150 километров, занятых остатками соединений 6-й и 12-й армий Юго-Западного фронта. Реально на то время никакой угрозы правому флангу Южного фронта не существовало, и непонятно, зачем его командующему нужно было «смотреть в сторону Бердичева»? Также непонятно, о какой панике, «распространяемой нашими частями», идет речь?

Другим важным мероприятием, проводившимся Генеральным штабом РККА 9 июня 1941 года, было развертывание военно-картографических фабрик в тыловых городах Свердловске и Саратове в соответствии с постановлением Государственного Комитета Обороны. На то время была выявлена острая нехватка топографических карт внутренних районов СССР, особенно крупного масштаба, и Генеральному штабу было поручено в кратчайшие сроки ликвидировать этот недостаток.

10 июля

Утром А. Гитлер вызвал к телефону Ф. Гальдера:

– Я считаю, что танковые дивизии Клейста в случае штурма Киева с запада понесут в этом городе неоправданные потери. Я опасаюсь, что даже в этом случае мосты через Днепр нам не удастся захватить в исправном состоянии. Поэтому считаю, что кольцо окружения должно пройти от Бердичева через Винницу и далее до полосы 11-й армии.

Гальдер не возражал. Он хорошо понимал, что штурм такого города, как Киев, дело очень непростое. Русские так просто не отдадут этот город. Бои предстоят за каждый квартал, каждую улицу, каждое здание.

– Мой фюрер, я передам ваш приказ командованию группы армий «Юг». В то же время нельзя прекращать нажим на Киев. Нужно создавать видимость, что мы намерены штурмовать этот город. Оставим перед ним часть наших сил. Но лучшие части направим на юг.

– Передайте Клейсту, что славу ему принесет не взятие Киева (это будет несколько позже), а окружение противника южнее этого города, – назидательным тоном произнес Гитлер. – В древнюю историю вошли Канны. В новейшую войдут еще более блестящие операции на окружение и имена тех, кто смог провести эти операции.

Гальдер не стал оформлять директиву сразу, а позвонил главкому, который в то время как раз находился на командном пункте группы армий «Юг». Браухич выслушал его.

– Сегодня утром я получил соответствующие указания от фюрера, – сказал он. – 1-я танковая группа будет повернута на юг. Второй эшелон этой танковой группы составит заслон против Киева, избегая при этом штурма города. Но Рунштедт считает, что ставить задачу параллельного преследования противника и охвата его фланга означает забегать слишком далеко вперед. Он говорит, что кольцо окружения, если оно пройдет через Винницу, будет слишком узким. Поэтому командование группы армий «Юг» будет продолжать наносить подвижными соединениями 1-й танковой группы удар на Белую Церковь и южнее этого города. Если русские окажут на том направлении слишком ожесточенное сопротивление, у нас всегда останется возможность нанести удар с района Винницы. Я согласен с Рунштедтом.