Пир Джона Сатурналла - Лоуренс Норфолк

Он снова бежал, бежал со всей мочи. Сердце неистово колотилось в груди, ноги глухо молотили по земле, глубокое частое дыхание обжигало легкие. Как только мушкетеры отстали, Джон перешел с бега на шаг и крадучись пошел вдоль живых изгородей и рвов. Когда стемнело, он отыскал укрытие на подветренном склоне холма.

Взошла яркая луна, проливая серебристый свет на землю. Съежившись под живой изгородью, Джон в сотый раз проклял Пирса Кэллока и попытался сообразить, где находится. С одной стороны от поля сражения лежала деревня Салби, с другой — Нейзби. Он чуял запах дровяного дыма, но огней не видел. Время от времени где-то впереди с громовым топотом проносились конные отряды.

За ночь он может преодолеть десять миль, подумал Джон. А на рассвете снова спрятаться. Потом еще десять и еще. И так до самой долины Бакленд.

На дальнем крае поля юноша разглядел полуразрушенный колодец и вдруг осознал, что безумно хочет пить. Но не успел он пройти и дюжины шагов, как на него обрушился страшный удар — казалось, расколовший череп пополам.

— Сюда! — проорал чей-то голос.

Джон лежал на земле, над ним стояли два «круглоголовых» солдата. Немного поодаль еще четверо тащили двухколесную повозку. Ближайший к нему мужчина достал пистолет. С залепленного грязью лица смотрели два налитых кровью глаза. Повозка, увидел Джон, была нагружена трупами.

— Какой девиз?

— За веру, и только за веру, — прохрипел Джон.

— Лживый папист.

Солдат поднес пистолет к его виску. Джон почувствовал прикосновение холодного ствола к коже и увидел, как напрягся палец на спусковом крючке. Потом в голове у него беззвучно сверкнула ослепительно-белая вспышка, в ноздри ударил запах горелых волос, и по щеке потекла теплая струйка. Он стал падать.

Но странное ощущение вдруг овладело Джоном. Он падал все медленнее и медленнее, словно никак не мог достичь земли, а когда опять открыл глаза, ему почудилось, будто лунный свет поглотил и растворил все краски вокруг. К великому своему удивлению, боли он не чувствовал.

Драгун с пистолетом, шатаясь, пятился назад. Верно, промахнулся, смутно подумал Джон. Неожиданно раздался резкий лязг, и драгун качнулся вбок. Остальные начали озираться по сторонам, один из них вытащил пистолет, но в следующий миг схватился обеими руками за лицо. Другой выдернул из ножен саблю, но тут же уронил, словно обжегшись. Джон поводил глазами, ища своего заступника, и увидел на откосе поодаль человека в шляпе с обвислыми полями, скрывающими лицо.

На нем была толстая кожаная куртка, в плечевой суме сухо постукивали камни, на поясе висел короткий меч в ножнах. Он достал из сумы очередной камень, взвесил в ладони и швырнул. Ближайший к Джону солдат вскрикнул и схватился за колено.

— Будь ты проклят, — простонал он.

— Слишком поздно, — промолвила одинокая фигура. — Я уже давно проклят.

Говор был знакомый, но голос звучал странно — словно доносился из глубокого колодца.

— Ты на чьей стороне? — раздраженно прорычал один из драгунов, когда мужчина спрыгнул с откоса.

— Я? — переспросил тот. — Ни на чьей, я сам по себе.

Джон чувствовал, как кровь стекает по щеке и капает с подбородка. Видимо, пуля оцарапала кожу. Драгуны начали тихо переговариваться.

— Бросьте его на повозку, — откуда-то издалека донесся голос.

Но повозка исчезла. И солдат Джон тоже больше не видел. Он попытался встать, но страшная тяжесть навалилась на грудь. В ноздри ударил смрад сырого савана, и земля под ним словно затвердела… Внезапно над Джоном склонился метатель камней:

— Ты быстро бегаешь, дружище. Прямо как в старые времена.

Лишь тогда Джон узнал голос. Опущенные поля шляпы затеняли лицо, но секунду спустя мужчина снял свой головной убор.

Абель Старлинг почти не изменился с тех пор, как Джон видел его в последний раз на деревенском лугу. Только сейчас лунный свет придавал его чертам мертвенную бледность.

— Думал, меня унесла лихорадка?

Джон кивнул, не в силах вымолвить ни слова от изумления.

— Я сам пару раз думал, что помер. — Абель протянул ему руку. — Пойдем.

Они зашагали по полю.

— Лихорадка жгла пуще огня, — после паузы заговорил Абель. — И чем жарче я горел, тем выше улетал. Половина меня лежала на кровати внизу. А другая половина витала в вышине с ангелами. Разве что там нет никаких ангелов. Там вообще ничего нет. Когда я спустился обратно, ты и твоя мать уже покинули свою хижину. Кэсси сказала, вы убежали в лес Баклы. Марпот повел нас на поиски рая. Мы дошли по Равнинам до самого Зойленда. Но никакого рая там не оказалось…

Луна поднялась выше. Джон ощутил влагу на лице и вытер лоб рукавом. Однако ощущение не проходило. Должно быть, кровь из раны, подумал он. Он спотыкаясь шел рядом с Абелем, который неподвижно смотрел вдаль, землисто-бледный в выбеливающем свете луны.

— Там даже церкви не было, — вновь заговорил Абель, и Джону вспомнилась картинка в новостных листках Калибута. — Просто амбар. Марпот завел туда женщин и приказал раздеться догола.

— Только не Кэсси, — сказал Джон.

Абель ухмыльнулся:

— Ты ведь вздыхал по ней, правда?

— Да, — кивнул Джон. Теперь он мог признаться Абелю в чем угодно, все это не имело для него ни малейшего значения. — Я думал, что тоже ей нравлюсь.

— Вообразить только, — продолжал Абель. — Наша Кэсс могла бы быть замужем за поваром из усадьбы. Такая участь лучше той, что ей досталась.

— Откуда ты знаешь, что я повар?

— Ну ты же не солдат, верно?

Они шагали по окраинам полей, залитых лунным светом. Джон не понимал, кто они: пленный и захватчик или два беглеца, объединенные общим стремлением скрыться от преследователей. Каждые несколько минут Абель, казалось, надолго забывал о его присутствии. Но всякий раз, когда Джон собирался нарушить молчание, он снова заговаривал.

— Марпот выволок священника из усадебной церкви, — отрывисто произнес он.

— Ты был там?

— Увидел все, что нужно. Протянешь дьяволу палец — останешься должен Богу всю руку. Такого убеждения держится Марпот. Он возит с собой плаху на задке телеги. И расправился бы с вашим отцом Яппом, кабы не леди Люси. Она подняла страшный шум. Можешь себе представить.

Джон ухмыльнулся. Он прекрасно представлял.

Время от времени откуда-то издалека доносились едва различимые крики. Звук, похожий на скрип колес, то появлялся, то пропадал. Они обогнули маленькую рощицу, перебрались через перелаз и зашагали по полю.

— Абель, куда мы идем?

— Глянь-ка.

На другом краю поля стоял полуразрушенный колодец. Джон тупо уставился на него, чувствуя пульсирующую боль в голове. Должно быть, по кругу прошли, предположил он. Почему же ночь все не кончается?