Мятежный «Сторожевой». Последний парад капитана 3-го ранга Саблина - Владимир Шигин

После сложения с себя полномочий дежурного по кораблю лейтенантом Дудником Саблин поручил эту миссию старшему электромеханику торпедному старшине 2-й статьи Стаднику. Именно он дал Саблину две обоймы патронов. По другим показаниям, дежурным по кораблю Саблин назначил старшину 2-й статьи Скиданова.

Из архивной справки: «Скиданов Александр Владимирович, 1954 г.р., уроженец села Мостовое Николаевской области, старший электромеханик БЧ-3 БПК “Сторожевой”, старшина 2-й статьи. Присутствовал при выступлении Саблина, дал согласие участвовать в угоне корабля и не воспрепятствовал осуществлению преступных намерений Саблина. В течение полутора часов охранял командира корабля Потульного и других офицеров и мичманов, незаконно арестованных Саблиным. Участвовал в изоляции ст. лейтенанта Сайтова, мичмана Калиничева и др. офицеров, которые предприняли попытку арестовать Саблина. Перед отшвартовкой “Сторожевого” по распоряжению Саблина руководил действиями личного состава боевой части № 3, а также проверял несение охраны арсенала и изолированных офицеров и мичманов. В 5 часов 9 ноября 1975 г. по приказанию Саблина был назначен дежурным по кораблю — выполнял поступавшие от Саблина команды по внутреннему распорядку на корабле и передавал их по боевым частям».

Затем по приказанию Саблина был произведен отбой и подъем личного состава корабля, он же командовал накрытием столов для завтрака и проведением приборки.

Как признает и сам Саблин, к этому времени несколько протрезвевшие мичмана, принявшие вначале сторону Саблина, начали осознавать, что вскоре им придется отвечать за свои преступления по полной программе, а осознав произошедшее, отчаянно перетрусили и стали разбегаться по своим норам-каютам. Первым скрылся от остальных самый «смелый» мичман Бородай, за ним закрылись в каютах и затаились мичмана Гоменчук и Калиничев. Последним решил самоарестоваться и мичман Величко.

Из архивной справки: «Гоменчук Александр Александрович, 1952 г.р., уроженец поселка Ильич Гомельской области, с августа 1975 г. старший баталер БПК “Сторожевой”, мичман. Присутствовал при выступлении Саблина, дал согласие участвовать в угоне корабля и не воспрепятствовал осуществлению преступных намерений Саблина. Участвовал в предотвращении попытки освобождения командира корабля Потульного, содержавшегося под арестом в помещении радиотехнического поста “Сторожевого”. После этого оказывал помощь Шейну в охране Потульного. Позднее добровольно отказался от дальнейшего совершения преступных действий».

Из архивной справки: «Калиничев Владимир Анатольевич, 1952 г.р., уроженец города Калининграда (областного), с февраля 1974 г. техник ЭТГ БЧ-5 БПК “Сторожевой”, мичман. Присутствовал при выступлении Саблина, дал согласие участвовать в угоне корабля и не воспрепятствовал осуществлению преступных намерений Саблина. Участвовал в предотвращении попытки освобождения командира корабля Потульного, содержавшегося под арестом в помещении радиотехнического поста “Сторожевого”. Позднее добровольно отказался от дальнейшего совершения преступных действий и вместе с группой офицеров и мичманов пытался обезоружить и арестовать Саблина, в связи с чем был изолирован».

Что касается участия мичмана Калиничева в последовавшем через несколько часов освобождении командира, то я в искренность его действий не верю. Хитрый мичман просто стремился набрать положительных очков в преддверии неизбежного расследования всех обстоятельств мятежа.

Из архивной справки: «Величко Валерий Григорьевич, 1953 г.р., уроженец города Рубежное Ворошиловградской области, с декабря 1974 г. техник счетно-решающих приборов РТС БПК “Сторожевой”, мичман. Присутствовал при выступлении Саблина, дал согласие участвовать в угоне корабля и не воспрепятствовал осуществлению преступных намерений Саблина. Участвовал в предотвращении попытки освобождения командира корабля Потульного, содержавшегося под арестом в помещении радиотехнического поста “Сторожевого”. Позднее добровольно отказался от дальнейшего совершения преступных действий, в связи с чем был изолирован матросом Шейным в своей каюте».

Тем временем летчики 668-го бомбардировочного авиационного полка уже готовились к нанесению удара по мятежному кораблю. Из воспоминаний генерал-майора авиации А .Г. Цымбалова: «Командир полка, как и требует боевой устав, начал принимать решение на удар по кораблю, заместители и начальники служб — готовить предложения по решению, штаб — выполнять необходимые расчеты, оформлять это решение и организовывать его выполнение. В общем, все происходило так, как учили в Военно-воздушной академии им. Ю. А. Гагарина, которую незадолго до этих событий закончил практически весь руководящий состав полка. Естественно, был поднят вопрос о том, что для действий по кораблю — высокопрочной цели — необходимы толстостенные фугасные авиационные бомбы, желательно калибра 500 кг. А под самолеты по тревоге были подвешены авиабомбы первого боекомплекта — ОФАБ-250Ш (осколочно-фугасные авиационные штурмовые, калибра 250 кг). Фугасные авиабомбы в полку были, но находились на складе в третьем боекомплекте. А так как удар по кораблю собирались выполнять условно, то и в решении на удар их подвесили на самолеты условно».