Военная контрразведка от "Смерша" до контртеррористических операций - Николай Ефимов

Один из его деловых партнеров Бенн Андреас отличался просто-таки патологической страстью ко всему, что было связано с Советской и Российской армией. Их коммерческие отношения начались с безобидной армейской атрибутики. Думенков заваливал ею щедрого на оплату коллекционера, запросы которого росли с каждой его новой поездкой в Россию. Бенн требовал уже не просто армейские фуражки и шевроны, а кое-что и посущественнее — образцы военных приборов и узлы боевой техники, что начинало попахивать шпионажем. Но Думенков этого не чувствовал и таскал через границу даже такие «сувениры».

Наконец, в германской разведке посчитали, что он созрел для серьезной работы, и стали готовиться к вербовке. По приезду Думенкова из России в феврале 2004 года Бенн пригласил его на деловую беседу. Испытанный деловой партнер, обходительный в манерах и вкрадчивый в речах, Андреас вряд ли мог вызвать у Думенкова какие-либо подозрения. Разговор и на этот раз начался с обсуждения результатов поездки в Кострому. Постепенно, в какой именно момент, он даже не заметил, беседа ушла в сторону от обычных вопросов. Бенна вдруг заинтересовали оборонные предприятия и военные объекты на территории Костромской и Владимирской областей. И чем дальше продолжалась беседа, тем более неуютно чувствовал себя Думенков.

Бенн знал о нем буквально все, и это вначале обескуражило, а затем напугало его. И когда собеседник недвусмысленно намекнул на серьезные нелады с германским законом, Думенков окончательно «поплыл». Западня, подстроенная германскими спецслужбами, захлопнулась. Загнав его в угол, Бенн приоткрыл лазейку, предложив заняться более серьезным «бизнесом»: сбором секретной информации о новейших российских разработках в области вооружений.

В первые минуты Думенков растерялся — бывший пограничник, он еще не забыл что такое шпионаж, чем это грозит, и попытался отказаться. Но очередное упоминание Бенна о занятии контрабандой сделало его сговорчивее, а обещание щедрого вознаграждения окончательно пересилило все страхи. Он дал согласие на сотрудничество с германской разведкой.

После короткого «шпионского ликбеза» весной 2004 года Думенков возвращается в Кострому и приступает к выполнению задания. Он предпринимает настойчивые попытки восстановить прошлые и ищет новые связи среди военнослужащих, в разговорах исподволь прощупывает их настроения, расспрашивает о службе и намекает на возможность «хорошо подзаработать». Тем, кто проявил интерес к «перспективному бизнесу», он по секрету сообщает о своих «крутых» связях в Германии, о кругах, которые заинтересованы в получении информации о новейших военных разработках и готовы за них щедро платить.

Эта его активность не осталась без внимания военных контрразведчиков. В управление ФСБ России по Владимирской ракетной армии и отдел военной контрразведки по Костромской ракетной дивизии поступают одна за другой оперативные информации о подходах Думенкова к военнослужащим и попытках добыть через них секретные данные.

Самоуверенность и нахрапистость в его действиях первоначально смутили военных контрразведчиков. Они не предполагали, что агент иностранных спецслужб может действовать так бесцеремонно, и полагали, что его знакомые просто принимали хвастливую болтовню за чистую монету…

В декабре 2004 года, во время очередной встречи со своим старым приятелем Беловым, Думенков прямо попросил за солидное материальное вознаграждение оказать ему помощь в поиске и приобретении документальных материалов военного характера, в том числе составляющих государственную тайну. В подтверждение серьезности своих намерений он сослался на наличие надежных связей в спецслужбах Германии. Имен и фамилий не назвал, но намекнул, что за будущую «работу» ему обещана крупная сумма денег. Наряду с Беловым в том же духе Думенков пытался обработать еще нескольких своих знакомых.

Такая его активность и агрессивность создавали реальные угрозы утечки секретной информации к иностранной спецслужбе и вынуждали контрразведчиков действовать на упреждение. Необходимо было не только сорвать эти планы, но и не допустить втягивания российских граждан в шпионскую деятельность Думенкова, а в идеальном случае — навязать ему свою игру и через него подбросить дезинформацию.

В этой связи по предложению руководства УФСБ России по Владимирской ракетной армии, после согласования со Следственным управления и Департаментом военной контрразведки ФСБ России было принято решение, которым в целях нейтрализации шпионской деятельности Думенкова предусматривалось осуществить комплекс оперативных и предупредительных мер, направленных на обеспечение сохранности государственных секретов, ограждение российских граждан от вербовочных подходов спецслужб Германии и компрометацию их недружественных действий на территории России.

Важное место в реализации данного замысла отводилось человеку, который бы решился исполнить рискованную и сложную роль агента Думенкова, чтобы не только выяснить его планы, но и не допустить их осуществления. К счастью, военным контрразведчикам не пришлось долго искать таких помощников: Белов, а затем и бывшие офицеры штаба Владимирской ракетной армии Лазарев и Градов, которых Думенков рассчитывал склонить к сбору секретной информации, Родиной не торговали и сразу же обратились в органы безопасности.

С того момента вся преступная деятельность Думенкова находилась под пристальным вниманием контрразведчиков. А он, несмотря на дружеские предупреждения Белова и Лазарева об опасности подобных действий и их уголовной наказуемости, продолжал настойчивые поиски источников секретной информации.

12 января 2005 года, находясь на лечении в 1-й городской больнице Костромы, Думенков пригласил к себе Лазарева и вновь предложил ему за денежное вознаграждение собрать данные по широкому перечню вопросов, касающихся радиоэлектронных систем обнаружения ракетного удара, локации низколетящих объектов и других элементов обороны российских Вооруженных сил. В той же беседе он впервые признался, что действует по заданию сотрудника германской разведки Бенна Андреаса.

После этого признания для военных контрразведчиков окончательно прояснилась «шпионская цепочка», и они решили завязать со спецслужбами Германии оперативную игру.

31 января его настойчивые попытки наконец-то увенчались успехом, да еще каким: он получил от Лазарева дискету с «совершенно секретными» материалами — оглавление к Техническому описанию пусковой установки ракетного комплекса «Тополь». Это была серьезная наживка для любой спецслужбы, и военные контрразведчики полагали, что германская разведка на нее обязательно «клюнет».

Предвкушение солидного денежного куша, обещанного Бенном, еще больше разжигает аппетит, и Думенков, несмотря на то что полученные им «секреты» жгут карман, задерживается в Костроме, с нетерпением ожидая встречи с другой своей связью — Градовым. Через него он рассчитывал получить ни много ни мало «Техническое описание станции засечки ядерных взрывов».

Наконец, наступает 18 февраля, и Думенков выезжает в Москву, где на станции метро «Октябрьская» проводит конспиративную встречу с Градовым, передавшим ему электронную версию «Техописания». Теперь Думенкову было что доложить Бенну и наконец-то получить долгожданный «гонорар».