Панк-Рок. Устная история - Джон Робб

Когда я однажды появился в офисе Endale, великом и ужасном, оказалось, что они мне не лгали. Они действительно были агентами Sex Pistols! Именно потому, если вспомнить ранние концерты Pistols до выхода их пластинки, то видно, что они постоянно выступали в Бертоне-на-Трентоне и Бирмингеме. На тот момент они занимались организацией тура «Anarchy in the U.K.». Я ходил с Дэйвом Круком на некоторые концерты. Он ездил на большинство из них. Так что я сходил на их концерты в Cleethorpes Winter Gardens и Electric Circus в Манчестере. Концерты были фантастические. Я видел также Clash и Heartbreakers. Учитывая весь этот фурор с отменой концертов это было просто здорово, а оттого, что я знал агентов, то проходил бесплатно. Ты ощущал себя частью чего-то целого. Для меня это было самым радостным временем. Я все еще оставался пятнадцатилетним подростком из Кэннока.

Единственное, что я помню о концерте в Cleethorpes, это то, что я не слишком с тех пор изменился. Выгляжу также, как и тогда, как обычно. Там еще была пара байкеров, которые пытались кидать заводки, мол, ты панк, а мы теды, так что у тебя проблемы. По-моему, это было замечательное время. Группы становились все лучше с каждым выступлением. Джонни Фандерс был слегка ненормальным, однако приличным парнем, с которым было прикольно общаться. Я считал Heartbreakers офигенной живой группой, хотя их пластинка оказалась разочарованием.

Стив Диггл:

К моменту Anarchy тура панки уже были повсюду. Оттого, что мы все являлись провинциалами, нам было приятно осознавать, что какие-то вещи происходят и за пределами Лондона. Например, в Манчестере. Группы появлялись в Ливерпуле, Шеффилде — сцены возникали повсюду. В каждом городе, где был паршивенький клуб, возникала панк-рок-тусовка. Людям нравилось, когда ты появлялся в таких местах, как Сэндс, Ноттингем. Ребятишки, приходившие на концерты, устраивали хаос, потные люди устраивали стейдж-дайвинг в маленьких клубах. Это было потрясающее чувство, полно панков, и все они сходили с ума. Такого ты не видел много лет. Между всеми этими людьми происходила невероятная динамическая энергия. Это было феноменально. По-настоящему открывало тебе глаза.

Майк Торн:

Я там был. Очень забавно. Я видел журналистику в ее худшем проявлении. Им всем хотелось скандалов.

Роб Ллойд:

Это было невероятное время. Я жил музыкой и всем, что с ней связано. Я и пара других ребят, в том числе и Джо Кроув, создали что-то вроде несерьезной группы.^[159] У нас было несколько песен, но отсутствовал ударник. Мы не отыграли ни одного концерта, за исключением одного раза в чьей-то гостиной, а я врал, будто играю в группе, и люди интересовались мной, что очень удивляло. И тогда я подумал: «А ведь это вполне возможно». Мечта стала реальностью. Разговор был такой: «Давай, приходи и играй с нами». Что-то типа того.

Полин Мюррей:

Anarchy тур был потрясающим. Pistols по-настоящему разыгрались. К тому времени их уже раскрутили, и на них ходило много народу. О них писала Daily Mirror, в тот момент люди уже обвешивались английскими булавками — они вышли из андеграунда. Большинство концертов тура были отменены. Мы ездили в такие места, как Лидс, одно из тех мест, где они играли. Мы видели их примерно раза два-три за весь этот тур. Не думаю, что они отыграли гораздо больше концертов!

Generation X отыграли свой первый концерт 10 декабря в центральном колледже искусств и дизайна. Второй их концерт состоялся 21 декабря в Roxy, на открытии ставшего вскоре легендарным панк-клуба.

Энди Жезовски:

Джин Октобер знал об этом клубе на Нил-стрит, известный под названием Chiguaramas. Он принадлежал двум голубым — один из первых гей-клубов. Один из владельцев был таким типом вроде адвоката, который не прочь срубить легких денег. Джин договорился о том, чтобы Chelsea выступили в Chiguaramas и упомянул об этом при мне, поэтому мы пошли посмотреть, что это за клуб.

Дон Леттс:

Энди Жезовски — бухгалтер в Acme Attractions. Происходит взрыв панка, и у групп нет места, где они могли бы выступать постоянно из-за их репутации. Нет площадок для выступлений. Эндрю видит нишу на рынке. Он идет в этот старый гей-клуб Chiguaramas, дела которого шли в то время неважно. Он берет его под себя, и ему приходит в голову идея сделать первый в Англии панк-рок-клуб Roxy. Эндрю видит мою реакцию на музыку, которую я кручу в магазине, поскольку по большей части люди приходят туда, услышав о нем от знакомых или заценив музыку, которую я ставил, и это их привлекало — а может, и из-за Дженетт. Эндрю спросил меня, не хотел ли бы я стать диджеем в этом его панк-рок-клубе. К счастью для меня, в Roxy нашлись две вертушки.

Тони Джеймс:

Вы можете видеть, насколько близко это все было для нас, в Chelsea, потому что именно Джин Октобер рассказал нам про Roxy. Мы планировали найти клуб в Лондоне, где мы могли бы отыграть концерт, найти собственное место. Мы не хотели играть в Red Cow или каком-то подобном тупом месте вроде Hope and Anchor. Мы подумали: «Надо бы найти место в центральной части Лондона, где мы, возможно, могли бы создать собственную тусовку». Джин Октобер рассказал нам об этом клубе, и мы с Билли сходили посмотреть на него. По какой-то причине в теме оказался и Энди Жезовски — он был менеджером Generation X. Мы идем в этот клуб, Chiguaramas в начале ноября. В клубе полно гангстеров, шлюх и геев. Мы говорим с чуваком, спрашиваем его, можем ли мы отыграть у них концерт в пятницу. Через пару дней мы уже строим сцену. Помню, как Барри Джонс, с которым мы с Миком работали раньше, пришел и помог нам. Его подружка работала в фэшн-индустрии, и она одолжила нам огромный кусок ткани, чтобы сделать из нее задник сцены. У нас появился Дон в качестве диджея, и в десять секунд у нас уже появилась своя тусовка, как в фильме с Клиффом Ричардом! (Смеется.) У нас появился клуб!

Энди Жезовски:

Владельцы клуба на тот момент пребывали в плачевном финансовом положении, поэтому они позволили нам давать концерты и в обычные дни. Когда концерт был уже запланирован, Chelsea решили сменить название на Generation X и вышибить из группы Джина Октобера — гитарист Билли Айдол стал вокалистом, что имело смысл, потому что Билли был более симпатичным, а как гитарист весьма хренов. Так что выступали они под названием Generation X, а клуб Chiguaramas был переименован в Roxy.

Тони Джеймс:

Мы репетировали в клубе Roxy. Там же мы коротко постригли Дервуда. В течение недели после того, как к нам присоединился Дервуд, мы написали «Your Generation», «Youth, Youth, Youth», вот так вот, реально за неделю, потом вышли и сыграли их в очень быстром темпе. Джон Тоу был нашим барабанщиком, который пришел с нами из Chelsea.