Варвары против Рима - Алан Эрейра

Вандалов подталкивали в спину не сами гунны — сработал «эффект домино». Огромное число готов бежало от гуннов за Дунай, на земли, где уже обосновались вандалы. Увидев, что их фермы разорены, а гунны могут явиться со дня на день, вандалы решили уйти. Они явно были довольно нервными людьми, не похожими на героических варварских воителей.

«ВТОРЖЕНИЕ» ВАНДАЛОВ

В 401 г. вандалы, видимо, перешли с группой свевов и аланов в Ретию, в Альпы. Состав группы мигрантов был странным: свевы — германцы, аланы — иранцы, тем не менее они решили объединиться и посмотреть, чего можно добиться от Стилихона. Он встретился с ними и, заключив некую сделку, вернулся с большим числом молодых воинов, поступивших к нему на службу.

Он взял этих новобранцев сражаться против готов, которые прогнали их с родных земель. Под предводительством Алариха готы добивались жизненного пространства и угрожали Константинополю. Стилихон разбил их, но позволил Алариху бежать, вследствие чего Константинополь был вынужден предложить готу высокий воинский пост. Это устраивало Стилихона, который договорился с Аларихом, что лучшим местом для поселения готов будет Иллирия в Восточной Адриатике, на территории, подвластной Константинополю. Возможно, переселение туда готов даже позволило бы вандалам вернуться домой.

Но такой исход был маловероятен. Гунны были слишком близко, и новые племена германцев, спасаясь от них, рвались на запад. Они, похоже, тоже рассчитывали получить новые земли. В 405 г. огромное скопище язычников — готов, которых, как полагают, могло быть до 100 000 человек, под руководством некого Радагаиса прорвалось через Дунай с Венгерской равнины и прошли вплоть до Северной Италии^[348]. Здесь они с ужасом обнаружили, что гунны, которые, как считали готы, должны были находиться сзади, на самом деле встречают их лицом к лицу. И вновь благодаря Стилихону. Огромная армия, собранная им, состояла не только из готов Алариха, христиан, но и включала в себя контингент наемников-гуннов с их собственным командиром^[349]. Гунны больше не были кочевниками, промышляющими разбоем, как прежде. Они стали оседлыми и желали заключить с империей такого же рода сделку, как и другие племена. После битвы 12 000 бойцов Радагаиса влились в армию Стилихона. Было взято так много пленных, что невольничий рынок рухнул.

Теперь Стилихон явно разрабатывал грандиозный план с целью отобрать у Константинополя Дакию и Македонию и поселить там Алариха с его готами. Это означало бы установление военного контроля над Востоком, и Стилихон, готовясь к сражению, снял с Рейна большинство римских гарнизонов. Рейн остался без защиты, и в последний день 406 г. огромная группа вандалов, свевов и аланов — некоторые историки считают, что их было более 100 000 человек, — пересекла замерзшую реку у Майнца и прошла на территорию, контролируемую франками. Вторжение не было военным. Подобно готам, перешедшим Дунай тридцатью годами раньше, здесь шли мигранты. Шли семьями.

Было ли это заранее подготовлено? Содержание сделки Стилихона с вандалами в Альпах за пять лет до этих событий осталось тайной. Он сам был вандалом. Подсказал ли он своим сородичам, какие возможности сулит им переход? В империи поговаривали что да, но доказательств не было.

Стилихона, конечно, подозревали в симпатии к варварам. Рутилий, языческий поэт, страшно потрясенный уничтожением книг сивиллы, назвал его «предвещающий несчастье Стилихон» и порицал генерала за снос укреплений в Альпах и Апеннинах, которые всевидящие боги поместили между варварами и Вечным Городом, и за то, что свирепые готы, его любимчики в звериных шкурах, квартируют в самом священном месте империи. Коварство Стилихона было отвратительней коварства «троянского коня». Он был хуже Нерона: тот убил свою мать, Стилихон же прикончил Родину-мать!

Умышленно или нет, но Стилихон облегчил вандалам и их друзьям переход Рейна. Однако если он думал, что они справятся с франками собственными силами, то тут он сильно ошибался. Итогом явилось вчистую проигранное сражение, в котором вандалы, не любители воевать, потеряли 20 000 человек, включая своего короля Годегизеля. Его место занял старший сын, взявший себе имя Гундерих, «Король воинов». Титул намекает, что он, как и Аларих, надеялся сделать свой народ наемником империи. Ответ из Рима был типа: «Не звоните — сами позвоним». Спасся после битвы и маленький брат Гундериха. Он позднее назовет себя Гейзерихом («Цезарь-Король»).

Этот человек и завоюет Рим.

АНТИРИМСКИЕ РИМЛЯНЕ

Десятки тысяч отчаявшихся мигрантов, у которых не было иного способа прокормиться, кроме грабежа, внушали определенное беспокойство. Стилихон потерял Галлию, которая теперь осталась без защиты. А Галлия была регионом с долгой историей социальных потрясений, антиримских партизанских войн под руководством независимых вождей.

Вандалы, свевы и аланы, оставшиеся в живых после ужасной битвы с франками, теперь двигались через земли, населенные людьми, которые просто не хотели больше быть римлянами. Они присоединились к скорбной процессии, пересекающей Западную Европу, и поддерживали свою жизнь тем, что находили на окрестных землях. Это не значит, что они охотились и собирали коренья. Они шли по Галлии и брали все, что попадется под руку, эта была просто одна большая банда среди множества других. «Вся Галлия была покрыта дымом погребальных костров»^[350]. Плохие времена настали для бизнеса: «Кто когда-то пахал землю сотней плугов, теперь трудился, имея лишь пару быков. Человек, ездивший в карете по прекрасным городам, ныне болен и тяжко ходит пешком по опустошенной местности»^[351]. Крупные землевладельцы взяли свою судьбу в собственные руки и оплатили создание военизированных сил, возглавляемых британским полевым командиром, который провозгласил себя августом Константином III. Они принялись создавать свою отдельную империю.

Стилихон, конечно, понимал, что важнее разобраться с Константином III, чем атаковать беженцев-вандалов, но направленная им на эту войну армия под командованием гота Сара потерпела поражение и была вынуждена вести переговоры с багаудами в Альпах, чтобы вернуться в Италию. К 408 г. Константин III обосновался в Арле на юге Франции. Он овладел всей Галлией и начал прибирать к рукам Испанию.