Полководцы Великой Победы - Вадим Щукин

Александр Александрович с нетерпением ждал, как покажет себя новинка в бою, но в самом начале февраля 1942 года ночным звонком был вызван в Смольный. Он с удивлением узнал, что ему надлежит срочно вылететь в Москву за новым назначением. Хотелось бы остаться в Ленинграде хотя бы до снятия блокады, но влиятельный А. А. Жданов в ответ на просьбу о содействии лишь развел руками:

— Не могу, приказ... Вылетайте завтра же.

Утром следующего дня генерал Новиков на последнем исправном бомбардировщике прибыл в Москву, а вечером вместе с генералами Г. А. Ворожейкиным, начальником штаба ВВС, и А. В. Никитиным, ответственным за формирование и укомплектование этого вида Вооруженных сил, был в кабинете самого И. В. Сталина.

— Где обещанные резервы? — строго спросил Верховный главнокомандующий, обращаясь к Ворожейки- ну и Никитину.

Затем последовала нелицеприятная беседа, в ходе которой Сталин вел себя так, словно генерала Новикова и вовсе в кабинете не было.

Александр Александрович недоумевал — зачем вызывали, — но, вернувшись в штаб, узнал, что его назначение первым заместителем командующего ВВС РККА состоялось! Смысл первой встречи с Верховным главнокомандующим состоял в том, что спрос будет строгим.

Идея назначения, как выяснилось, принадлежала генералу армии Г. К. Жукову. К нему-то, возглавлявшему в ту пору Западный фронт, и пришлось вылететь практически сразу же после визита в Кремль.

Прибыв на командный пункт, расположенный в Перхушково, генерал Новиков изучил данные обстановки. Утешительного оказалось мало.

33-я армия и 1-й гвардейский кавалерийский корпус были отрезаны от главных сил фронта в лесах юго- западнее Вязьмы. Далеко не так, как хотелось бы, шла и высадка 4-го воздушно-десантного корпуса в тыл противника. Планы и расчеты были составлены без учета реальных условий обстановки, схематично, исходный район десантирования слабо защищен в противовоздушном отношении. Потому противнику удалось одним авиационным ударом уничтожить 7 тяжелых самолетов и склад горюче-смазочных материалов, что сразу же резко снизило возможности транспортной авиации.

Необходимо было срочно перенести исходный район десантирования в Люберцы — Внуково, где аэродромы будут надежно прикрыты с воздуха, сформировать специальную авиагруппу, усилить воздушную разведку районов высадки, привлечь к участию в операции бомбардировщики дальней авиации, переработать и уточнить ранее составленные планы.

Все эти мероприятия генерал Новиков взял под свой личный контроль.

Положение несколько улучшилось — по сравнению с предыдущим этапом темпы высадки возросли втрое, — и все же картина десантирования весьма отличалась от предвоенных маневров, причем не в лучшую сторону.

Слабая штурманская подготовка экипажей и отсутствие радиосвязи приводили к тому, что высадка зачастую производилась вдалеке от запланированных районов, а десантники оказывались рассредоточенными на обширных пространствах, без достаточного количества боеприпасов, продовольствия и тяжелого вооружения. Не удалось также надежно прикрыть транспортные самолеты на маршрутах и подавить зенитную артиллерию противника. Сами же вылеты производились не по единому плану, а по мере готовности и поступления команд...

— Вот еще одна проблема, которую нужно решать, и безотлагательно, — закончив разбор операции, произнес генерал Новиков и поспешил на аэродром. Вызывает Ставка, как всегда, срочно, зачем — неизвестно.

Оказалось, сам Сталин пожелал обсудить его докладную записку, поданную совсем недавно с Западного фронта. Александр Александрович предлагал в ней отказаться от деления авиации на армейскую и фронтовую, создать авиационные корпуса из однородных дивизий, обосновывая необходимость этих шагов.

— Какие еще корпуса? — недовольно сказал Верховный. — Разве вам, товарищ Новиков, неизвестно, что принято решение о формировании ударных авиагрупп по шесть-восемь полков в каждой?

Первая попытка собрать авиацию фронта в единый кулак закончилась неудачей. Беспокойный реформатор был отправлен к начальнику Генерального штаба за новой задачей.

— Для завершения Любанской операции, начавшейся 1 января 1942 года с целью прорыва блокады Ленинграда, — говорил маршал Б. М. Шапошников, — в ваше распоряжение выделяются восемь авиаполков резерва Ставки, часть сил авиации дальнего действия, авиация Ленинградского и Волховского фронтов...

В штаб Волховского фронта Новиков прибыл вместе с генералами А. Е. Головановым, командующим авиацией дальнего действия, и С. И. Руденко, которому предстояло возглавить смешанную авиагруппу из 8 полков. Там уже находились представитель Ставки Верховного главнокомандования маршал К. Е. Ворошилов и член Государственного комитета обороны Г. М. Маленков, что говорило о значении операции.

Генерал Новиков здесь впервые с начала войны осуществил централизованную координацию действий ВВС двух фронтов. Боевая работа авиации была признана образцом правильного применения всех ее родов. Конечно, тому способствовали и слаженные штабы, и знакомые по прежним боям командиры, и уже закаленные, опытные летчики.

Тем временем гитлеровское командование, в свою очередь, приступило к деблокированию своей группировки, окруженной войсками Северо-Западного фронта. В развернувшихся боях активно участвовала авиация, и решением Ставки генерал Новиков был направлен в опасное место.

Противник снабжал свои войска, оказавшиеся в «Демянском котле», при помощи транспортных самолетов. Истребителей для борьбы с ними не хватало. Александр Александрович решил привлечь к решению этой задачи штурмовики, с чем они успешно справились.

«Приехал Новиков — жди новинок», — с тех пор стали говорить авиаторы.

Но Александр Александрович не успел привыкнуть к очередной должности. 11 апреля 1942 года последовало новое назначение. На этот раз — командующим ВВС РККА и заместителем народного комиссара обороны по авиации. Генерал-полковник П. Ф. Жигарев, прежде занимавший этот пост, после крутого разговора с Верховным главнокомандующим отправился в противоположный конец страны возглавлять ВВС Дальневосточного фронта.

Время было горячее: промышленность возрастающими темпами поставляла новые самолеты, и количество их в частях уже достигло 50 процентов, в войсках стремительными темпами завершалось формирование ударных авиагрупп. Но сам командующий смотрел на них скептически: проблему централизации руководства данные структуры не решали. По его предложению Военный совет ВВС рассмотрел вопрос о ликвидации прежнего деления авиации на армейскую и фронтовую и о создании воздушных армий.

Верховный главнокомандующий на этот раз внимательно изучил положение дел и одобрил решение. 5 мая 1942 года приказом народного комиссара обороны СССР авиационные силы Западного фронта были объединены в воздушную армию, получившую название «Первая». Возглавил ее Герой Советского Союза генерал-лейтенант авиации Т. Ф. Куцевалов.

Так появились авиационные объединения, ставшие основным средством борьбы за господство в воздухе. В том же месяце были сформированы 2, 3, 4 и 8-я воздушные армии. Во главе их встали молодые, но уже прославленные авиационные военачальники, генерал- майоры С. А. Красовский, Герой Советского Союза М. М. Громов, К. А. Вершинин, Герой Советского Союза Т. Т. Хрюкин.