Политическое завещание. Принципы управления государством - Арман Жан дю Плесси Ришелье

Родовой замок кардинала и парк (г. Ришельё, Пуату), общий план Ж. Маро (ок. 1619 – 1679), 1650

Все работы по перестройке и украшению родового замка и благоустройству прилегающей территории (включая строительство твой части г. Ришельё, с которой замок должен был иметь органическую связь) велись архитектором Лемерсье по заказу кардинала, однако завершённого творения он так никогда и не увидел. От прочих владений кардинала замок в Ришельё отличали единообразие, симметричность и строгая иерархичность всей композиции. Граф де Шавиньи, сопровождавший герцога Гастона Орлеанского, посетившего город и замок Ришельё в 1635 г., писал кардиналу, что по завершении работ он станет владельцем самого грандиозного поместья в Европе, за исключением разве что Фонтенбло.

Замок и поместье Ришельё в Пуату, общий вид

Ж. Маро (ок. 1619 – 1679), ок. 1650

Однако же, признаюсь, я так и не осмелился за них взяться, потому что Ваше Величество по доброте своей всегда питали отвращение к установлениям, затрагивавшим интересы некоторых лиц, не считая такие установления чем-то важным, и невозможно было задумать осуществление подобного замысла, не перейдя дорогу Вашим склонностям и не ущемив интересов многих людей, кои, постоянно находясь рядом с Вами и пользуясь Вашей благосклонностью, могли бы отговорить Вас от введения нужнейших для государства установлений, дабы не допустить наведения порядка при Вашем дворе, расстроенное состояние дел которого было им на руку.

Но, поскольку в завещаниях высказываются многие идеи, которые завещатели не решались предать гласности при жизни, сие завещание призывает Ваше Величество навести порядок при собственном дворе, чего раньше не делалось как по причине того, что хоть это и казалось легче, чем навести порядок в государстве, на самом деле было куда труднее, так и из-за того, что благоразумие заставляет нас в некоторых случаях смотреть сквозь пальцы на незначительные убытки, чтобы выиграть во многом другом.

Общеизвестно, что ни одному королю не доводилось поднимать достоинство своего государства на такую безмерную высоту, как Вашему Величеству, но одновременно нельзя отрицать, что никто из них никогда не позволял блеску своего двора так сильно потускнеть.

Иностранцы, приезжавшие во Францию в моё время, часто дивились, видя государство на таком подъёме, а королевский двор – в таком упадке^[522].

Действительно, незаметным образом двор так низко опустился, что на первые места в нём проникли люди, которые во времена Ваших предшественников не посмели бы подумать и о куда более скромных чинах, а хаос воцарился буквально везде: от кухни до королевского кабинета.

Если при Вашем покойном родителе за королевским столом обыкновенно сиживали принцы, коронные чины и все вельможи королевства, то в Ваше время трапезы, казалось, устраиваются лишь для лакеев да простых солдат и рейтаров, да ещё и обставляются столь дурно, что и среди тех находились такие разборчивые, которые их презирали, вместо того чтобы жадно туда стремиться.

Что касается королевских застолий в наше время, то иностранцы часто находят повод для придирки в том, что прислуживает во время них обыкновенная кухонная челядь в грязных одеждах, тогда как другим монархам за столом служат лишь дворяне.

Родовой замок кардинала (г. Ришельё, Пуату), вид со стороны двора Ж. Маро (ок. 1619 – 1679), 1650

Замок до наших дней, не сохранился, так как был разобран одним из временных владельцев в 1805 г. Остались только парк, главный въезд, часть стены и несколько отдельных павильонов.

Мне хорошо известно, что сей обычай возник не в Ваше время, но древность не делает его более терпимым, если он совершенно неприличен достоинству и высокому положению столь великого государя.

Знаю и то, что до сих пор с такими порядками мирились под предлогом обеспечения безопасности Короля, так как якобы прислуга не сможет отвечать за приготовленные блюда, если не она сама будет их носить или следить за тем, как их подают Вашему Величеству.

Однако этот довод кажется мне малоубедительным, ибо не очевидно, что подручный с кухни будет более предан своему господину, чем дворянин, который может изменить ему во множестве других случаев, если того пожелает.

Те восемьдесят молодых дворян, которых Ваше Величество кормит, пажи^[523] при Ваших покоях или конюшнях, гораздо больше пригодятся для этой службы, чем когда просто прислуживают первым камергерам или конюшим, под началом которых находятся, ежели те не предпочитают вообще класть их жалованье себе в карман; и нет сомнения, что они стали бы служить столь же достойно, сколь и преданно.

Чистота, приличествующая любым помещениям, тем паче нужна королевскому жилищу, а обилие меблировки в нём потому необходимо, что иностранцы судят о величии государей лишь по внешнему виду. Однако хотя у Вашего Величества много красивой и богатой обстановки, она портится в тех местах, где ей следует оставаться в сохранности, и часто в Ваших покоях видели такие вещи, которыми те, к кому они переходят после Вас, даже не хотели пользоваться.

Тот факт, что всякому дозволено входить в Ваш кабинет, не только наносит вред Вашему достоинству, но и, что ещё важнее, ставит под угрозу безопасность Вашей особы.

На аудиенциях послы чаще сталкивались с выездными лакеями, пажами и прочим мелким людом, нежели с первыми вельможами Вашего государства. Между тем Ваше достоинство и древний обычай королевства требуют, чтобы в подобных случаях Ваше Величество сопровождали принцы, герцоги и пэры, коронные чины и прочие высокопоставленные лица государства.

Современный макет родового замка кардинала Ришельё в Пуату