Три кругосветных путешествия - Михаил Лазарев

29 ноября идем вдоль ледяного поля сквозь разбитый лед; в полдень были в широте 63°16', долготе 166°51'. В 9 часу, находясь близ одного ледяного острова, послали оба ялика за льдом, в короткое время привезено столько кусков чистого прозрачного льда, что им наполнили издержанные девять бочек воды. Сегодня прошли много ледяных островов и видели эгмондскую курицу. Термометр в полночь показывал –1,5°.

30 ноября в 10 часов утра подошли к сплошному льду и поворотили вдоль него к юго-востоку. На пути нам встречалось бесчисленное множество ледяных островов и разбитого льда. Между тем нередко находила пасмурность и сыпал густой снег. С полудня до 6 часов прошли 130 больших ледяных островов, с салинга насчитали их 197, выключая малых островов, которыми все видимое море было усеяно. В начале 9 часа увидели, что ледяное поле, вдоль которого мы шли, загибается к северо-востоку и потом к северу, почему и переменили наш курс сначала на NNO, а потом на NtW. Широта в это время была 65°16'. До полуночи прошли около 300 островов. Вечер был прекраснейший. Солнце до 11 часов ночи блистало над горизонтом. Море струилось тихими, едва приметными волнами; ровный ветер наполнял все паруса, и шлюп с легкостью бежал по зеркальной поверхности между золотыми и изумрудными кристаллами.

1 декабря продолжали идти вдоль ледяного поля сквозь разбитый лед. С полуночи до четырех часов утра на моей вахте прошли 80 островов и видели трех эгмондских куриц^[149], которые далеко от берега не отлетают. Поутру термометр показывал –3°. В полдень обсервованная широта была 64°19', долгота также по обсервациям из расстояния между Солнцем и Луной 173°43' восточная. С полудня шли на восток, имея в правой стороне ледяное поле, впереди же и в левой стороне ледяные острова и множество разбитого льда; до 6 часов вечера прошли более 100 островов.

В исходе 8 часа, зашед в самую чащу разбитого льда, принуждены были поворотить на другой галс и пролагать свой путь сквозь лед в NW четверти. В это самое время подул с севера ветер и принес с собой пасмурность, которая стала скрывать окружающие нас ледяные острова. На одном из них мы заметили три пещеры, служившие убежищем большим черным морским зверям; но за мрачностью и снегом не могли хорошенько рассмотреть их. Вообще должно заметить, что северные ветры всегда сопровождаются здесь пасмурностью, туманом, дождем и снегом, а южные, напротив, приносят от полюса ясную хорошую погоду.

В начале 2 часа пополуночи пасмурность прочистилась, в виду было 50 ледяных островов и много разбитого льда. В 7 часу пошел снег, шлюп «Восток», вблизи нас находившийся, скрылся. В 7 часов набежал от юга шквал, пасмурность продолжается, густой сыплется снег, и мы отовсюду окружены льдами, нет ни одного румба, на который бы преимущественнее можно было идти. Опытный, до совершенства знающий морскую часть, капитан наш приказал тотчас лечь в дрейф, и мы прислушивались к бурунам, разбивающимся о подошвы ледяных островов, принуждены были часто поворачивать с одного галса на другой и опять под грот-марселем ложиться в дрейф. В полдень термометр показывал –3°.

Вскоре после полудня, когда погода прояснилась, увидели с салинга шлюп «Восток» милях в 15 от нас, шедший к нам навстречу; в 3 часа, сблизясь с ним, пошли одинаким^[150] курсом между ледяными островами к востоку. Юго-западный ветер со снегом стал свежеть; около 6 часов мы достигли до оконечности ледяного поля, вдоль которого шли 4 дня, оно простиралось в длину миль на 400 и занимало великое пространство. Ветер час от часу усиливался; мы старались до начала шторма удалиться от ледяного поля и несли форсированные паруса. Бежать с жестоким попутным ветром довольно опасно; валы, точно водяные горы, догоняя корабль, угрожают обрушиться на корму; судно, как бы чувствуя опасность, дрожит всеми членами и летит по кипящему морю всей скоростью, к какой только способно, превращая как бы в лед окружающую его пену. В 10 часов вечера мы были, сравнительно говоря, на довольно свободном от льдов месте и привели в бейдевинд.

5 декабря. Шторм во всей силе от юга. Валы поднимаются до высоты необъятной! Мы остались под штормовою бизанью зарифленными триселями и фок-стакселем, густая пасмурность^[151] со снегом, вихрь, несущий брызги и пену, все это смешалось в какой-то непроницаемый хаос. Если встретим теперь ледяные острова или большие льдины, тогда никакое искусство, никакие человеческие усилия нам не помогут, и, однако ж, мы остались целые и невредимые! С 4-го по 6 декабря ветер был умереннее. Николин день мы провели весьма приятно на шлюпе «Восток», рассказывая друг другу минувшие опасности и вспоминая дорогую и слишком далекую теперь от нас родину. Капитан Беллинсгаузен опять устремился к югу.

10 декабря погода была прекраснейшая; термометр показывал 3° тепла, широта в полдень была 64°41', долгота 172° западная. Все мы душой рвемся за полярный круг; киты приветствуют нас фонтанами, целые стаи полярных птиц летают над шлюпом. В четыре часа пополудни, достигнув сплошного льда, пошли вдоль его к юго-востоку. Ночью небо очистилось, и солнце освещало ледяное поле с набросанными на него во всевозможных формах и видах огромными кусками льда.

11 декабря продолжали идти возле ледяного поля, усеянного памятниками, башнями и даже изображениями разных животных; одно из них чрезвычайно походило на спящего льва…

13 декабря. Желание наше исполнилось, в 8 часу вечера мы в четвертый раз пересекли Южный полярный круг. Для незнакомых с Южным Ледовитым морем и вообще для немореплавателей слова: «пересекли полярный круг» не имеют значения и, следовательно, не произведут никакого впечатления; но для мореплавателей и в особенности для немногих переступавших за эту черту вполне будут понятны одушевлявшие нас тогда чувства!

14 декабря. Солнце в самую полночь сияло во всем блеске над горизонтом; мы шли между ледяным полем и ледяными островами. Около полудня увидели на одной льдине большого зверя; со шлюпа «Восток» послан был ялик; матросы по льдинам добрались до животного и дали по нем несколько ружейных выстрелов, наконец, добили его веслами и привезли на «Восток». Убитый зверь принадлежал к породе тюленей, имея в длину восемь фут; шкура на нем была белая.

Ледяные поля, между которыми мы теперь пробирались, тянулись сначала параллельно, потом стали сходиться и напоследок совсем сомкнулись. Мы принуждены были в широте 67°16' и долготе 161°28' западной поворотить на север, к счастью, на обратном пути погода нам благоприятствовала и шлюпы бежали по 5 миль в час между ледяными полосами и разбитым льдом.

15 декабря, следуя вдоль ледяного поля, в 8 часов поутру заметили на ледяном мысе большого тюленя. Со шлюпа «Восток» послан был к этому месту на ялике лейтенант Игнатьев; матросы тотчас по льдинам добрались до зверя и убили его веслами, но взять с собой не успели, потому что льдины начали расходиться. Лейтенант Игнатьев привез на «Восток» необыкновенной величины королевского пингвина, вышиной 3 фута, возле него взяли на льду шримса^[152], которыми пингвины обыкновенно питаются. Но всего удивительнее, что в желудке пингвина найдены были маленькие кусочки горного камня. Стало быть, пингвин этот был недавно на неизвестном берегу, потому что самые ближайшие острова удалены от нас более чем на 2000 миль.