Общество и хозяйство в Римской империи. В 2 томах. Том 2 - Михаил Ростовцев

О жизни городов Финикии в эпоху цезаризма нам мало что известно, если не считать знаний о той роли, которую они играли в торговле и промышленности империи, о чем здесь уже говорилось. Что касается Палестины, то следует, прежде всего, четко разделять древние греко-филистимлянские города на побережье (Газа, Антедон, Аскалон, Иоппия, Птолемаида-Аккон), новые города, основанные Иродом на побережье и внутри страны, в особенности Кесарию на море, Тивериаду, Себасту (Самарию) и Неаполис, возникший в период поздней империи, с одной стороны, и всю остальную область Палестины — с другой. В рамках данной работы у нас нет возможности подробно останавливаться на вопросах развития «языческих», т. е. эллинизированных, городов Палестины. Вероятно, они не сильно отличались от городов Сирии и Финикии. Все они имели обширную территорию с местным населением и жили в значительной мере за счет его труда. Но большая часть Иудеи, Галилеи и Самарии оставалась, как и встарь, краем крестьян и деревень. Достаточно обратиться к Евангелиям и прочесть их под этим углом зрения, чтобы представить себе, какой аграрной страной была Палестина и насколько сельскими были здесь формы жизни низших слоев населения. Так называемые города Иудеи, не исключая Иерусалима, были только религиозно-административными центрами, главными населенными пунктами аграрных областей, которые по своей структуре чрезвычайно походили на аналогичные районы Египта и Фракии и по-гречески назывались топархиями. Типом зажиточного человека в Иудее был богатый собственник земли или скота, стад овец и коз или сборщик налогов (τελώνης). Тип простого человека был представлен либо крестьянином, возделывавшим свое поле, сад или виноградник, либо мелким сельским ремесленником, плотником, кузнецом, сапожником и т. п.

Картина, которая открывается нам при чтении Евангелий, подтверждается и тем, что нам известно благодаря Иосифу Флавию, особенно сведениями из его «Иудейской войны» и «Автобиографии». Иудея, Самария и еще более Галилея были усеяны сотнями деревень, крестьянское население которых, совершенно так же, как в позднеэллинистический период при Маккавеях, находилось под властью местной аристократии — крупных землевладельцев, являвшихся покровителями деревень. Таким аристократом был и сам Иосиф, так же как и его соперник Иоанн из Гискалы, Филипп, сын Иакима, и др. Эти мужи были не только властителями страны и ее религиозными вождями, но и крупными капиталистами и торговцами, приумножавшими свои богатства иногда путем рискованных спекуляций: вспомним, как Иоанн из Гискалы продал масло городу Кесарии. Свои деньги они хранили в национальном банке, т. е. в Иерусалимском храме. Еще богаче были чиновники царей и тетрархов, сами цари и тетрархи, а также члены их семей. Наконец, богатства принадлежали также римскому цезарю и его семье и даже римской военной колонии, которая была основана в Эм-маусе Веспасианом после Иудейской войны. Такова была ситуация в Палестине, и она не изменилась, по-видимому, и в более поздние времена, разве что здесь увеличилось число землевладельцев нееврейского происхождения, таких как Либаний.^[31]