Войны Рима в Испании - Гельмут Симон

Конфликт с римлянами, разгорелся в том же 154 г.^[21] Население Сегеды, города беллов, участвовавших в подписании Гракхова договора (Арр. Iber., 44, 180), вознамерилось расширить свой город и окружить его новой стеной длиной в 40 стадиев.^[22] В создании синойкизма приняли участие мелкие населенные пункты сегеданской округи, другая же часть беллов и соседние племена титтов были принуждены к этому (Арр., Loc. cit.), очевидно, потому, что численность населения была недостаточной для города такой величины. Но со строительством этой стены началось противостояние сегеданцев с Римом, поскольку, согласно букве договора строительство новых укрепленных городов, а по смыслу — как его понимали римляне — и укрепление уже существующих, не допускалось (Арр. Iber., 44,182-183; Diod., XXXI, 39). Сенат, узнав о случившемся, запретил строительство стены и отменил пожалованное прежде освобождение от обязанности уплачивать трибут и поставлять вспомогательные войска (Арр. Iber., 44, 182). Так начался конфликт — пока еще дипломатический. Спровоцировали ли его жители Сегеды? Или инициатива исходила от римлян? На оба вопроса, вероятно, следует ответить отрицательно. Предполагать это позволяет последующее поведение сегеданцев, твердое, но отнюдь не исключающее возможности компромисса (Diod., XXXI, 39). Синойкизм был, по сути, лишь внешним проявлением тех успехов, которых достигли эти земли в культурном, политическом и экономическом развитии. Действия в отношении титтов и некоторых общин беллов имели причиной, по-видимому, соперничество с соседями, как это происходит всегда и всюду. На этой окраине сферы влияния великой державы такие локальные обострения ситуации вели — типичный случай — к куда большим конфликтам. В данном случае невозможно решить, притеснялись ли отдельные общины потому, что были дружественны римлянам, или они потому и были тесно связаны с Римом, что их притесняли. В высшей степени вероятно, что такими были принужденные к синоикизму против своей воли беллы и типы, которые обратились к могущественным римлянам и дали им повод к вмешательству. С какой бы целью ни возводили бы испанцы стену вокруг Сегеды, римляне видели в этом угрозу своему влиянию в тех краях и усиление будущего противника (Diod., XXXI, 39).

Римским послам, которые доставили предписания сената, возражал на народном собрании в Сегеде старый, опытный и уважаемый человек по имени Кар.^[23] В то время как сегеданцы заранее явно решили не идти на компромисс ни по одному пункту,^[24] Кар был готов уступить римлянам в вопросе о выплате трибута и поставке вспомогательных войск^[25], но был непреклонен в главном, что касалось окружения города стеной. В качестве аргумента он ссылался на то, что это никак не противоречило договору (Арр. Iber., 44,183; Diod., XXXI, 39). Поскольку речи Кара и сегеданцев в целом совпадали, римские послы прекратили бесполезные переговоры (Diod., XXXI, 39).

Ответ сената гласил: разорвать договор и объявить войну сегеданцам и их союзникам.^[26] Кельтиберам было, конечно, известно о поражении римлян от лузитан, и в связи с новым требованием поставлять вспомогательные войска они могли надеяться, что римляне уступят в главном вопросе. В этом, однако, испанцы ошиблись.