В начале пути - Иван Никитчук

– Не знаю, Игнат. Решай сам. Ведь шестеро детей, Ваня в школу пошел. Страшно, конечно, но еще страшнее жить в ожидании смерти. Я, наверное, не переживу еще одного визита этих бандитов. Да и все мы можем не пережить. Я сама готова куда угодно убежать, лишь бы не видеть их рожи. Решай, Игнат.

– Хорошо, завтра встречусь с этим человеком и обсужу с ним все детали. Потом примем окончательное решение. Детям пока ничего не говори, и никому не надо говорить об этом. В лесу узнают, может быть беда.

На следующий день батько приехал с работы чуть раньше обычного. Клима с ним не было, он еще заканчивал собирать очередную бочку на заводе.

Мать поставила ужин на стол – картошку в виде драников и молоко. В хате больше никого не было.

– Гриппо, – принимаясь за ужин, – сказал батько, – я все обговорил с вербовщиком. Он назвал и сумму ссуды, и сумму подъемных. Денег должно хватить на обустройство и на проживание на первое время. Вот только времени у нас остается мало. Через неделю надо все подготовить к отъезду.

– Да как же так, Игнат? – запричитала мама. – Ведь и корова, и хата…

– Ну, что ты, Гриппочко, паникуешь? – немного рассерженным голосом сказал батько. – Соседей попросим присмотреть за хатой, корову можно сестре Марье отдать.

– Да, посмотрят они. Растащат все!

– Что у тебя тащить? Брат твой вон за ручьем живет, в ста метрах. Не посмотрит разве?

– Что же так быстро? – продолжала причитать мама. – Хотя бы месяц еще. Надо было бы со всеми увидеться, попрощаться.

– Ты же не в Америку едешь. Успокоится все вокруг, в гости приедешь. Еще интересней будет.

– Ой, не знаю! Страшно, Игнат!

– Заканчивай со своими страхами, Гриппо. Все, едем! Завтра я получу ссуду и подъемные. Сумма приличная. Кроме того, надо будет написать заявление об увольнении с завода и получить расчет. Завтра возьму с собой Клима с Володей. Разделим все деньги на три части. На всякий случай. Могут ведь бандеровцам сообщить о деньгах. Через неделю за нами приедет грузовая машина «Студебеккер». Машина большая, но все равно надо будет брать с собой только самое необходимое. Подумай над этим, Гриппочко.

Все последующие дни прошли в хлопотах и заботах. Мама увязывала в узлы одежду, обувь, собирала кое-какую утварь. Сложила ткацкий станок, инструменты батька… Ваня с удивлением смотрел на эту домашнюю суету, не понимая, что происходит.

– Мамо, – приставал он с расспросами, – ты зачем мою одежду в узел спрятала? В чем я зимой ходить буду?

– Ничего, сынок, зимой мы развяжем узел и вытащим твою одежду. Зима ведь еще не скоро. Вот все соберем, места будет больше в хате.

– А почему ты батька одежду в узел связала, в которой он на работу ходит? – не отставал Ваня.

– Не мешай, Ваня, садись лучше за уроки. Мы ему другую дадим.

На следующий день ближе к вечеру с города вернулись сначала батько, а через какое-то время и Клим с Володей. Батько привез Ване и Ане кулек конфет и пряников, которых дети не видели уже много месяцев. В другом кульке был хлеб, кусок колбасы и бутылка водки.

– Что это ты, Игнат, расшиковался? – спросила мама. – Денег и так не хватает.

– Не ворчи, Гриппко, – отозвался батько, – сегодня можно. Получил расчет, все остальные деньги – и ссуду, и подъемные. На следующей неделе в четверг за нами пришлют машину. Пока хлопцы моют руки на дворе, собери ужин. А где девчата, Люба и Оля?

– Где-то на село пошли к подружкам. Обещали скоро вернуться… Да вот они идут через ручей, – сказала мама, посмотрев в окно.

Когда все собрались, мама поставила на стол традиционную картошку в чугунке, батько нарезал колбасу и хлеб, открыл бутылку водки.

– Гриппко, давай стаканы. Дай еще два. Сегодня по особому случаю можно по чуть-чуть налить водки Климу и Володе, – распорядился батько, – они заслужили.

Выпив, все дружно принялись за ужин.

– Ваня, Аня, кушайте хорошо. Кто хорошо будет кушать, тот получит гостинец, его батько привез.

– Какой гостиниц? – сразу отозвался Ваня.

– Ты лучше кушай, не отвлекайся, а то тебя Аня обгонит, – пошутила мама.

Ваня ниже наклонился над своей тарелкой, разминая картошку ложкой, запихивая ее в рот и запивая молоком.

– Батьку, а откуда у тебя сразу столько денег? – неожиданно спросил Клим. – Говорят, ты с завода уволился.

Батько, отодвинул от себя тарелку, внимательно посмотрел на детей.

– Да, наверное, теперь можно об этом и сказать. Только пока не говорите никому. Мы решили с мамой уехать всей семьей с нашего села в другую область. Нам предложили завербоваться в Одессу, ну не в саму Одессу, конечно, но в ту местность. Там и поспокойнее, и посытнее. Все практически готово к отъезду. На следующей неделе приедет за нами машина.

В хате стало тихо. Все оставили ужин, кроме Вани и Ани, которые увлеклись своими тарелками.

Первым прервал молчание Клим.

– Вот это новость, – выдавил он из себя с удивлением. – А как же хата, корова, хозяйство?..

– Какое хозяйство, Клим? – ответил батько. – Корову отдадим тетке Марье, а за хатой пока присмотрит дядя Артем. Ты пойми, мы не можем подвергать опасности ни наши жизни, ни жизни Володи с Олей. Бандеровцы уже один раз приходили, им ничего не мешает прийти ещё раз, но с более серьезными намерениями. Для них человеческая жизнь ничего не значит. Ты же, наверное, слышал, что они сделали с семьей учителя в соседних Цепцевичах? Всех убили – и взрослых, и детей. И только за то, что он преподавал русский язык.

– Слышал. Но как-то все неожиданно, – произнес Клим как бы про себя. – Не хочется мне никуда ехать, батьку. Здесь все свои, через полтора-два года надо будет в армию идти… Нет, батьку, я никуда не поеду.

– Смотри, сынок, ты уже взрослый, – сказал отец. – Подумай, как ты тут будешь жить один?

– Нет, не поеду, – твердо заявил Клим.

– Ну, а вы как, Оля, Володя? – спросил батько.

Володя посмотрел на сестру.

– Мы поедем с вами, дядьку Игнат. Здесь нам жизни нет. Я даже зайти не могу в свою хату, сразу в ушах слышу выстрелы из автомата. Нет, мы с вами, – сказал Володя, и на его глазах показались слезы.

– Ну вот, кажется, все вопросы решили. Володя и Оля, вы тоже свои вещи соберите и принесите к нам, – сказал батько.

– Да какие у нас вещи? Они все на нас одеты, – ответил Володя.

– В четверг всем быть здесь, искать никого не будем и ждать тоже, – сказал батько, поднимаясь из-за стола.

– Ну, а у вас как дела? – обратилась мама к Ване и Ане. – Все съели?

– Да, – радостно крикнул Ваня, – я первый.

– Нет, я первая, – возразила Аня.

– Ладно, ладно, не спорьте, молодцы, все съели, – сказала мама. – Вот здесь кулек, а в нем конфеты и пряники, которые вам батько купил.