Тюрки и мир. Сокровенная история - Мурад Аджи

Разумеется, речь не шла о конкретном человеке, имелся в виду папа как политическое лицо, гарант власти и спокойствия в регионе. Не император и не царь. Ради благополучия Запада старалась паства, отдавая папе себя… То апофеоз Великого переселения народов в Европе.

Став католиками, «новые» европейцы отдалялись от Алтая, отчаянно враждовали со степными своими братьями, потому что защищали уже интересы новых стран, а не старого тюркского мира. Чужие интересы, ставшие своими. Это и есть сокровенная история… Так, незаметно и даже естественно, в Европе начала складываться новая политика – свои против своих. В ней суть Запада, его неоднородность. И вместе с тем цельность.

Конечно, далеко не все потомки пришельцев с Алтая соглашались питаться лягушками и устрицами, иным конина с бараниной доставляли прежнее удовольствие. Эти люди видели: новая Европа уводит народ от корней, от родников веры, от предков, наконец. Им было трудно смириться с той несправедливостью, когда тюркское называли христианским.

Но что они могли предложить взамен? Уйти на Алтай?.. Нет. Только протест.

Усиливая христианство, папа ослаблял веру в Бога. Иначе поступить политик не мог. Борьба Западной и Восточной церквей, продолжавшаяся тогда, подталкивала его. Шел необратимый процесс, который сродни падению в пропасть. Папа и патриарх в яростном споре, кто святее, кто касается колпаком Неба, под сводами храмов создавали институт власти, не увязывая его с делами духовными. Подвластных чиновников, бюрократию в черных сутанах назвали гласом Церкви, символом духа.

И противники христианства, естественно, протестовали.

На серьезные проблемы в раннем католичестве указывает появление независимых Галльской и Тулузской церквей. Как появились они? Какую веру несли людям?.. В западном обществе с приходом тюрков жили раскаяние, печаль и горе. Раскол в Римской церкви не возник сам собой, он был следствием тех человеческих страстей, которыми переполнилась Западная Европа.

Средневековая Церковь напоминала кормящую мать, которая жадна на еду: все хотелось попробовать ей. Католичество, тюркское по духу, становилось европейским (языческим!) по делам, когда начало продавать должности епископов и даже папы. Когда за деньги отпускало грехи… Столкновение двух мировоззрений, восточного и западного, в разноязыком обществе Запада было неизбежно, оно проявлялось всюду, было причиной недовольства.

Причиной, свидетельствовавшей об отходе от веры, от служения Богу Небесному. Церковь превращалась в самый богатый субъект государства, она купалась в золоте, а измученный произволом властей народ нищенствовал.

Не тогда ли христиане и стали менять заповеди Божьи? Например, к трем тюркским заповедям, посвященным Богу, добавили четвертую – про субботу. Заповедь «блаженны нищие по духу» (то есть по велению своего духа, по убеждению способные на лишения ради службы Господу) заменили в Библии на абсолютно бессмысленное утверждение «блаженны нищие духом»? Эту несуразицу заметили и в комментарии к Библии, мол, заповедь относится «к людям, сознающим скудость своей духовной жизни, смиренным, презираемым миром, отказавшимся от погони за земными благами»… Но это же совсем иной смысл, далекий от оригинала.

Забыв, что его богатство – бедность, папа из защитника народа медленно превращался в пожирателя жизни. Институт религии начал отяжелять себя земными благами. Начавшиеся подлоги, обман были плодами сытой мысли духовенства… Конечно, на Западе уже жили не те кипчаки, которых привел Аттила, их арийский дух в тесноте городов сник, потускнел, но что-то же оставалось. Кровь предков не давала уснуть совести.

Чувство веры у иных людей было очень обостренно. Именно веры! Ибо религию, то есть совокупность обрядов, человек может менять хоть пять раз в день, а с верой он рождается и умирает, ее, как родителей, сменить нельзя. В отличие от византийцев, католики принимали Библию с оговорками. Потому что, по мнению некоторых из них, библейский бог был «злым началом, вводящим людей в заблуждение», он – иной, чем всецело духовный (их слова!) Бог Небесный.

Поразительно, в тех суждениях звучала правда, ее христианские епископы назвали ересью, а вот привести аргументы в доказательство своих слов они не могли, чем лишний раз показали силу еретиков.

Верно, в христианской Библии персонажи получились не «всецело духовные». Не алтайские. Христос пришел из греческих мифов, о чем первыми заявили богомилы, которых раздражали вольные сочинения Греческой церкви. Представление о Боге и о Христе у них было свое, строгое.

Кто такие богомилы? Не вполне ясно, достоверной литературы о них нет. Лишь известно, что они «исповедники дуалистического вероучения». Проще говоря, тюркского мировоззрения, но по вере они все-таки христиане. Именно христиане. Люди Запада, с его идеологией. Уже не «варвары». Их взгляды на Христа были проникнуты алтайскими представлениями, теми, которые еще не умерли в душах. Они, как и их предки, верили, что Бог Небесный послал к ним не бога, а Своего сына спасти людей.

В богомильстве было много течений. По одной из их теорий смешение добра и зла произошло до появления видимого мира, потому что существовали Бог добрый, творец невидимого мира и злой дух, создатель мира чувственного. Все это очень напоминало древнеалтайские представления об Ульгене (главе светлых небесных духов) и Эрлике (владыке царства мертвых и демиурге), равно как и создание первого человека, и наделение его душой, и грехопадение, и змея, и потоп – они тоже из алтайской мифологии. Даже низвержение Эрлика и слуг его с неба на землю, оттуда в преисподнюю.

А предание о Спасителе – посланнике Неба жило, оказывается, со времен ариев. Оно гласило, когда земля погрязнет в грехе и забудет Бога, Он пошлет своего посланника… Каждому народу будет послан свой пророк. О том в XIX веке подробно рассказал протоиерей В. В. Вербицкий, который 37 лет вел миссионерскую деятельность на Алтае. Об этом же поведал и другой миссионер, С. Ландышев, потрясенный сходством алтайских и христианских мифов.

Богомилы считали, что Иисус (Сын-Слово) телесный человек, хотя все связанное с телесностью было в нем кажущимся, не реально существующим. Даже его смерть… Об этом же и в алтайских преданиях. Посылая Спасителя на землю, Бог Небесный говорит ему: «Пусть Эрлик убьет тебя, тебе не будет больно и страшно: Я приду, и ты возвратишься назад». В мировоззрении тюрков жило представление о конце света и о Божием суде. Посланник Божий своей проповедью отвратит людей от греха и склонит к почитанию Бога… А потом сойдет с Неба Бог, по его воле воскреснут мертвые, в пламени истребятся грешная земля, сам Эрлик и грешники, а под ней останется чистая, как белая глина, земля. Из нее Бог Небесный создаст новую землю. И верные Богу останутся с ним и будут в Его жилищах… Сюжет поразительно похож на христианский. С той лишь разницей, что своего героя тюрки называли Майдар. Не Христос. И жил он в арийскую пору, когда евреи познавали свою Тору.

О сходстве Майдара и Моисея мы здесь не говорим, это другая тема.

Их религиозное общество оформилось к Х веку на Балканах. По крайней мере, там были написаны дошедшие до нас книги богомилов. Но это вовсе не говорит о географии вероучения и его истории, потому что общины богомилов и раньше (V век) встречались в Европе, на Ближнем Востоке, под именем ариан. Они объединяли разочаровавшихся в христианской Церкви людей. Тех, чьи души тянулись к «белой вере», но на христианской (то есть европейской!) основе.