Джордж Лукас. Путь Джедая - Брайан Джей Джонс

Актриса, которую Лукас в этот день увидел впервые, была Кэрри Фишер, девятнадцатилетняя дочь голливудских актеров Дебби Рейнолдс и Эдди Фишера. Она дебютировала всего год назад в маленькой, но запоминающейся роли в фильме «Шампунь». Фишер пропустила пробы в августе, но Рус уговорил ее все-таки встретиться с Лукасом. Получив свои страницы сценария, Фишер тоже закатила глаза, однако по другой причине. «Лея постоянно падала в обморок, – вспоминала Фишер. – Мне, конечно, близки обмороки. Но я хотела поучаствовать во всей этой истории»^[726]. Фишер читала с Фордом, и ее Лея отвечала агрессивно, а иногда и с гневом на придирки Соло. Лукасу Фишер показалась слишком напористой для принцессы, но если он искал искру, то нашел ее между Фишер и Фордом.

Форд чувствовал, что его шансы получить роль, о которой он даже не мечтал, растут. За месяц он отрепетировал одни и те же строчки с таким количеством людей, что знал свои реплики задом наперед, и потому мог сыграть их в расслабленной и почти самоуверенной манере. За три недели Форд полностью совершенно слил Хана Соло со своим характером; Лукас все еще предпочитал Уокена, но Форд быстро становился важным претендентом. Даже Хайки настаивали на Форде, говоря Лукасу, что «с ним веселее»^[727]. Но Форд – как Хэмилл и Фишер – ушел с прослушивания, окутанный неуверенностью.

Лукас сузил выбор до двух соперничающих троек: в одной Уокен, Уилл Зельцер и Терри Нанн – это трио Лукас описывал, как «чуть более серьезное, чуть более настоящее»; во второй Форд, Хэмилл и Фишер – их Лукас называл «чуть более веселыми, немного дурными». Только в январе Лукас принял окончательное решение. Ему нравились оба трио, но с одним все же было больше проблем. В первую очередь, Нанн была несовершеннолетней, а значит, по закону не могла работать полный день. А Зельцер… Лукас чувствовал, что он немного «слишком интеллектуал», тогда как Хэмилл – «наивный и полный надежд идеалист»^[728]. Так что Лукас выбрал трио Хэмилла, Форда и Фишер, но только с одним условием. «Я получила [роль] с оговоркой, что отправлюсь в лагерь для толстяков, – с прохладцей вспоминала Кэрри Фишер, – и сброшу четыре с половиной килограмма»^[729].

Лукас был доволен своими актерами. «Я искал магию, – говорил он позднее. – Больше мне добавить нечего». Но не все считали, что он сделал правильный выбор^[730]. «Я не поддерживал Джорджа в отношении актерского состава, – рассказал Коппола, – но это было не мое дело»^[731]. Лэдд говорил: «Солгу, если скажу, что Харрисон показался мне идеальным выбором… Нет, я очень нервничал из-за актеров»^[732]. Лэдд тревожился еще и из-за того, что Лукас не нашел для фильма актера с громким именем. Лукас считал важным задействовать неизвестных актеров; он хотел, чтобы зрители соотносили себя с персонажами, а не с актерами. Но на уме у него было одно известное имя для роли Бена Кеноби, и он попросил режиссера по кастингу Дайэнн Криттенден организовать встречу с англичанином Алеком Гиннессом, который как раз был в Лос-Анджелесе и заканчивал работу над фильмом «Ужин с убийством». Криттенден смогла передать в гримерку Гиннесса копию последней версии сценария и стопку иллюстраций Маккуорри. Гиннесс с самого начала пришел в раздражение; он не любил, когда ему навязывали сценарии, и особенно подозрительно относился к научной фантастике. Но Гиннесс готовился ставить пьесу в Лондоне, и ему нужны были деньги. Рассматривая «Звездные войны» как чековую книжку, он согласился пообедать с Лукасом.

Встреча прошла успешно. В своем дневнике Гиннесс описал Лукаса, как «маленького молодого человека с аккуратным лицом и черной бородой… с крошечными руками хорошей формы, плоховатыми зубами, в очках, с не очень развитым чувством юмора. Но мне он понравился»^[733]. Один коллега сообщил Гиннессу, что Лукас «настоящий режиссер», и после встречи Гиннесс был склонен сказать «да»^[734], хотя и признавал, что Лукас показался ему «слегка скучным»^[735]. Однако безоговорочного согласия он не дал; чтобы Гиннесс преодолел сомнения по поводу сценария, необходимо было предложить достаточно денег. «Я мог бы согласиться, если бы они пришли с нормальными деньгами, – писал Гиннесс в своем дневнике. – Это научная фантастика – вот из-за чего я медлю, – но ее режиссирует Пол [sic] Лукас, который снял “Американские граффити”, поэтому мне кажется, что я должен согласиться. Роль большая. Сказочная ерунда, но вполне может выйти интересно»^[736]. Они с Лукасом продолжили переговоры, а Лэдд был доволен, что Лукас наконец решил ввести звезду в актерский состав. «Конечно, одно лишь имя Гиннесса не продаст билеты, – сказал тогда Лэдд, – но все же здорово, что он будет играть в этой картине»^[737].

Летом 1975 года Лукас собирал не только актеров, но и остальной ключевой творческий состав: каждого из сотрудников жадный до контроля Лукас выбирал лично, и все они обладали особыми талантами. По счастливой случайности он нашел художника-постановщика Джона Барри, работавшего над «Заводным апельсином»: Лукас познакомился с ним, когда навещал Хайков в Мексике, где режиссер Стэнли Донен снимал по их сценарию фильм «Лодка “Счастливая леди”». Лукаса поразило, насколько реалистично выглядят декорации тридцатых годов; остановившись у декораций, предназначенных для сцены на соляной фабрике, он даже закатал рукава своей клетчатой рубашки, чтобы попробовать загрести соль лопатой. К его удовольствию, это получилось. Он пригласил Джона Барри и художника-декоратора Роджера Кристиана, чтобы обсудить работу над «Звездными войнами». «Хотелось бы, – сказал он им, – чтобы все [выглядело] настоящим и уже использованным». Кристиан с нетерпением ждал начала работ. «В первом разговоре с [Лукасом] мы обсуждали, что звездолеты должны быть махинами из гаража с протекающим маслом, – сказал Кристиан, – и они их все время ремонтировали, чтобы те работали дольше, потому что так устроен мир»^[738]. Лукас с одобрением кивнул, но только энтузиазма было недостаточно. «Звездные войны», как он объяснил, – большой проект, который нужно закончить быстро – Лукас хотел начать съемки в феврале 1976-го, всего через семь месяцев, – и дешево. «Мне кажется, любой другой человек с опытом сказал бы: “Я не думаю, что успею закончить за это время”, – сказал Барри. Но он решил: – У меня было как раз достаточно опыта, чтобы справиться с проблемами, но недостаточно опыта, чтобы отказаться»^[739]. Лукас нанял обоих, вновь заплатив им из денег от «Американских граффити».