Загадка убийства Распутина. Записки князя Юсупова - Владимир Хрусталев

Под «немецкой партией» Феликс Юсупов подразумевает сторонников сепаратного мира с Германией в лице императрицы Александры Федоровны, Григория Распутина и его сторонников.

По воспоминаниям дворцового коменданта генерал-майора В.Н. Воейкова:

«Летом 1915 года стали выявляться симптомы массового гипноза, постепенно овладевшего людьми; из штабов фронта стали исходить пускавшиеся какими-то безответственными анонимными личностями слухи о том, что императрица служит главною причиною всех наших неурядиц, что ей, как урожденной немецкой принцессе, ближе интересы Германии, чем России, и что она искренне радуется всякому успеху германского оружия. Вырабатывалось даже несколько планов спасения Родины: одни видели исход в заточении Государыни в монастырь и аресте Распутина, якобы занимавшегося шпионажем в пользу Германии; другие считали необходимым выслать Государыню за границу. Амбициозные политиканы искали для свершения переворота подходящих начальников отдельных частей; не обходилось дело и без титулованных приверженцев революции, имеющих непосредственные основания с замышлявшими дворцовый переворот.

Лично я подобных слухов не доводил до сведения Его Величества, не считая возможным их осуществление; но знаю, что эти разговоры стали известны и Государю, и Государыне». (Воейков В.Н. С царем и без царя. М., 1995. С. 116)

В начале ноября 1916 г. в Государственной Думе шла резкая критика деятельности правительства. «Прогрессивный блок» огласил свою декларацию, в которой требовал отставки лиц, чье пребывание у власти «грозит опасностью успешному ходу нашей национальной борьбы». Известный депутат кадет П.Н. Милюков произнес 1 ноября 1916 г. свою скандально знаменитую речь. В частности, он заявил: «Мы имеем много, очень много отдельных причин быть недовольными правительством. Но все частные причины сводятся к этой одной общей: к неспособности и злонамеренности данного правительства». С парламентской трибуны он бесстрашно призывал: «Вы должны понять, почему у нас сегодня не осталось никакой другой задачи, кроме той задачи, которую я уже указал, – добиваться ухода этого правительства. Вы спрашиваете, как же мы начинаем бороться во время войны. Да ведь, господа, только во время войны они и опасны. Они для войны опасны… Кучка темных личностей руководит в личных и низменных интересах важнейшими государственными делами… Я вам назову этих людей: Манасевич-Мануйлов, Распутин, Питирим, Штюрмер…» Следующая фраза: «Победа придворной партии, группирующейся вокруг молодой царицы» – была произнесена Милюковым по-немецки для того, чтобы председатель заседания Думы не остановил его и не лишил слова. В речи Милюкова, прежде всего, имелось в виду назначение (протеже Распутина) Б.В. Штюрмера председателем Совета Министров. Он выступил с резкой критикой действий правительства, задаваясь риторическим вопросом: «Что это: глупость или измена?» (Государственная Дума: Четвертый созыв. Сессия V. Пг., 1916. Стб. 12, 35–48). Она была напечатана в газетах с большим количеством «белых мест», как результат работы цензуры. Эти пропуски в сознании многих граждан заполнялись своим им только созвучным смыслом. Однако по рукам ходили полные списки текста речи без всяких пропусков, а иногда и со своеобразными добавлениями, которых не было на самом деле. Царица обвинялась в принадлежности к «немецкой» партии – сторонникам мира с немцами. Обвинение строилось на тезисе, что «сама императрица была родом из Германии», и что среди воюющей против России армии Вильгельма II было немало ее августейших братьев. Кроме того, в Думе прозвучали прямые обвинения о влиянии Григория Распутина через царицу на государственные дела. Впоследствии многие называли эту речь штурмовым сигналом революции!

Уже до войны Распутин пользовался большим влиянием, которое во время войны еще сильнее возросло и укрепилось: постепенно все честные и преданные долгу люди увольнялись; увольнялись даже те, которые горячо любили лично самого Государя, и на место их приходили ставленники Распутина.

Между тем миллионы жизней погибали на фронте; покорно один за другим люди шли на смерть.

Героизм русских войск был исключительный, неслыханный.

Русская армия на огромном фронте, растянувшемся на тысячи верст, вела войну иногда в таких условиях, которых не могла бы выдержать никакая иная армия в мире. При страшных морозах, зачастую лишенные всякого продовольствия^[233] люди сидели в занесенных снегом окопах, не помышляя об отступлении. Бывало, что отдельные части, не получая вовремя достаточного военного снаряжения, падали под неприятельским огнем, на который не могли отвечать. Случалось, что целые полки шли в атаку, вооруженные палками и камнями вместо винтовок, и бросались в рукопашную на закованных в сталь прусских солдат.

Русская армия не знала ни усталости, ни ропота, ни страха смерти, не только в тех случаях, когда она защищала свою территорию, но и когда, жертвуя собой, должна была поддерживать своих союзников. Так, например, перед знаменитым боем на Марне целая армия генерала Самсонова, сознательно идя на верную смерть, ворвалась в Восточную Пруссию, чтобы оттянуть от французского фронта на русские часть неприятельских сил. Немцы, встревоженные неожиданным наступлением, уменьшили численность своих войск на Западном фронте, французы одержали победу, а русские в Восточной Пруссии ради этой победы были принесены в жертву.