Луки и арбалеты в бою - Григорий Панченко

Между прочим, достойный шевалье мог бы и не так глубоко задумываться. То есть «Графиню Монсоро» он по вполне уважительным причинам не читал (на дворе – середина XVII в.!), но очень модные в ней сарбаканы – не выдумка Дюма. И со времен описываемых в «Графине…» событий из моды они отнюдь не вышли. Ни в Европе вообще, ни во Франции.

Сарбакан к бою готов! На бедре – колчан, на груди – сумочка с «запасными обоймами»: плотно закупоренным отрезком бамбука, полным кашицеобразного яда

«Духовое ружье» (сарбакан) было завезено в Европу еще в начале эпохи Великих географических открытий и сразу же стало любимой «игрушкой» самых разных слоев общества. Оно использовалось и для забавы, и для отработки навыков прицеливания, иногда даже – как средство тайной связи (пульки сарбакана порой скатывались из секретных записок, которые таким образом можно было беззвучно «переправить» в окно или прямо в руки адресату). Как развлекательно-игровой снаряд эта «плевательная трубка» бытует до сих пор, прежде всего – у подростков. Но все-таки мало кто из подростков, даже успев вырасти, представляет ее возможности как боевого или охотничьего оружия.

Первое и главное. Почему-то все, ну прямо-таки все обожают стрелять из сарбакана колючками, сорванными со ствола ближайшей пальмы или ветки ближайшего куста. Напрасно! Надо делать очень ровную и чрезвычайно тщательно обработанную стрелку длиной сантиметров 15–20, иногда даже 30, толщиной – поменьше вязальной спицы; надо обматывать ее черенок близ середины специальным уплотнителем, чтобы как следует прилегала к стволу; надо кропотливо заострять наконечник, порой даже делать на нем надрезы перед острием, чтобы он обламывался в ране (ну и, соответственно, чтобы яд, скапливающийся прежде всего в глубине этих надрезов, без помехи мог делать свое дело)… Попроще, чем изготовление лучных стрел, но тоже целая история.

Хотя вообще-то «снаряд» сарбакана может напоминать собой не спицу, а, извините за выражение, тампакс. Но это уже оружие исключительно «межчеловеческих» отношений, причем – только совсем ближнего боя, городского, уличного, даже скорее коридорного. Плотный короткий жгут волокнистого (не обязательно ватного) «тела», пропитанного ядом, – и торчащее из него тройное игольчатое жало в виде мини-остроги. Вот этот наконечник, разумеется, кованый. А стрела-спица обычно обходится без металла на острие.

… Это все еще «первое и главное». Переходим ко второму. В нашей реальности сарбакан отмечен прежде всего в индонезийско-малайском и пр. регионе – а также в регионе южноамериканском. Сарбакан Старого Света чуть-чуть мощнее и удобней в обращении, потому что снабжен (ну, не всегда – но часто) раструбом-нагубником. Именно он-то и попал в Европу на еще только-только постсредневековом этапе. Современные читатели «Графини Монсоро», наверно, никак не могут понять: через какой раструб один из ее героев ухитряется издавать замогильные звуки, смущая королевскую душу. А это – воронка нагубника. В стреляющих бузиной или рябиной «харкалках» нынешних тинейджеров ничего подобного не имеется, но ведь они – деградировавший тип «оружия», для смертоубийства не предназначенный (и слава богу!).

Неожиданная подробность: для изготовления лучших типов сарбакана требуется ОЧЕНЬ высокий уровень… кузнечного мастерства. Ничего удивительного: представим себе, легко ли просверлить по длине трехметровый шест твердого и упругого дерева, да так, чтобы канал был идеально ровным!